Читаем без скачивания Отдел 15-К - Андрей Васильев

Хлоп — и по лицу Кольки, спешащего за своим наставником, как будто размазалась какая‑то холодная и влажная пленка, тут же по ушам хлестнула оглушительная музыка с визжащими скрипками, а в нос шибанул спертый запах горящих свечей и одуряюще пахнущих духов.

— Добро пожаловать ко мне в гости — прозвенел колокольчиком девичий голос — Теперь вы в моем мире!

Жительница зазеркалья стояла в центре огромной залы, по которой под музыку кружились пары. Все это навеяло Кольке воспоминания о длинном старом фильме 'Война и мир', там он видел нечто подобное. Эполеты, камзолы, платья до пола, люстры, вон, со свечами. Забавно!

— Так доброй волей, без твоего участия и через твое зеркало — Герман и не подумал смущаться или пугаться — Ты думай лучше, что с нами делать будешь? Власть твоя над зеркалами — только до рассвета, потом все. А если мы живы до него останемся, — а так оно и будет, поверь — и отсюда не уйдем? И что тогда, а?

Красавица снова закусила губу и махнула рукой, после чего в зале как будто притушили свет. Это погасли три зеркала, из который струился светлый поток.

Танцующие пары поблекли и стали больше напоминать тени. Они никак не реагировали на гостей, знай, кружились по огромной зале.

— И что? — пожал плечами Герман — Ничего же не изменится. Мы не принадлежим этому миру, а без нашего согласия ты ничего сделать не сможешь. Ты откусила кусок, который не сможешь прожевать.

Девушка ничего ему не ответила и уставилась на Кольку.

Тот наконец поймал ее взгляд и автоматически отметил, что глаза зазеркальной красавицы воистину прекрасны, их голубой свет притягивал к себе. Его лицо как будто опутала тончайшая паутина, а в ушах раздался шепот, правда слов он разобрать не смог.

Парень потер лицо и все закончилось.

— Да кто вы такие? — как‑то совершенно по — людски возмутилась девушка.

— Мы потомки тех, кого призвал на службу Брюс — с достоинством ответил Герман — Ты ведь про нас слышала, еще в той, настоящей, жизни.

— Довелось — по ее лицу вновь пробежала рябь — Но я все равно вас не отпущу. Да, мой дом погибнет, но и вы из него не выберетесь. Это зеркала работы семейства Торильо из Лекко. Они не так просты, как ты думаешь. Вы будете веками скитаться по лабиринтам отражений, но не найдете дорогу в свой мир.

Колька не знал почему, но как‑то сразу ей поверил.

— Вот ты вроде и красивая, но — глупая — огорчился Герман — Это я тебя не обидеть хочу, это я факт констатирую. С каждым шагом ты свое положение все ухудшаешь и ухудшаешь. Казалось бы — чего нам еще там, на лестнице, не договориться? Дала бы ты мне слово, что закончишь свои визиты в мир живых — и все. И развлекайся тут, на балу пляши, дурачков с той стороны рамы пугай. Нет, не захотела. И сейчас по — доброму не хочешь.

— Мне нужна живая сила — лицо её перекосилось, потеряв красоту. Оно стало похоже на маску, причем страшненькую — Мне она пришлась по вкусу.

— Это‑то понятно — кивнул Герман — Еще бы. Вот только не дело это. Живым живое, мертвым — мертвое, а тем, кто в зеркалах — тем в них сидеть и надо.

Девушка подошла к нему, встав лицом к лицу.

— И тебя я заберу. Я не умру, я сильна. И я буду стоять за вашими спинами в зеркальных лабиринтах, я буду ждать, когда вы ослабеете и призовете смерть. Она — не придет, а я — приду.

— Нельзя с тобой по — хорошему — печально сказал Герман, быстро и ловко достал из кармана маленькое зеркальце и поднес его к её лицу — Вот она и она — твоя.

В руке его как будто на секунду оказался прожектор, он сверкнул лучом света, и Серега с Колькой увидели, что к тем, кто был в этой зале, добавился еще один персонаж — та самая немолодая женщина из зеркала, которая так их перепугала на лестнице.

— Как договаривались — показал на красавицу пальцем Герман и повторил — И она твоя.

— По какому праву ты пришла в мой дом? — требовательно, высоким голосом спросила пожилая женщина — По какому праву ты наводишь в нем свои порядки?

Повелительница залы явно опешила, такого она не ожидала, на ее лице появился страх, самый настоящий.

— Я сдержал свое слово — без особых сантиментов сообщил пожилой леди Герман — Она — ваша, а нам пора. И — я хочу клятву.

— Я, хозяйка зеркал этого дома, клянусь в том, что пока он принадлежит мне, ни один человек не попадет сюда, в зазеркальный мир, если только он сам не проведет обряд перехода — медленно и торжественно произнесла она.

— Все старые зеркала снимут и отправят на чердак — сообщил ей Герман, как только она закончила — Это не обсуждается. И ваше, мадам, тоже.

— Ничего не имею против — сварливо сказала его собеседница — Мне на эти плебейские рожи смотреть радости мало. И потом — у меня теперь есть компания, мне там будет нескучно. Из моего дома эта мерзавка уже не выйдет.

Девушка выставила вперед ладонь и что‑то выкрикнула, чем очень рассмешила и Германа, и женщину.

— Давай — давай — посоветовал оперативник ей — Еще чего попробуй. Чудо ты в перьях — это ее дом, и она в нем хозяйка. А ты в него без спросу залезла, как воровка.

— Подумай теперь, что хозяева делают с ворами, когда их ловят — жестко сказала пожилая женщина окончательно растерявшейся девушку — Хорошенько подумай.

— Ладно, пойдем мы — сказал оперативник своей собеседнице и кинул на пол свое зеркальце, которое со звоном разлетелось на мелкие осколки — Рассвет на носу.

— Прощайте — та взмахнула рукой и одно из зеркал засветилось — У вас есть минута.

— Быстренько — Герман, как спринтер, взял из места в галоп, добавив на ходу — Она не шутит.

Как не странно — и впрямь светало, в окнах не было темноты, там появилась предутренняя серость.

— Не понял — Серега взглянул на часы — Это как так?

— Разные миры — разный ход времени — пояснил Герман — Надо же, а девка эта и впрямь сильной оказалась. Недооценил я ее.

— Так что, она могла нас ухайдокать? — Колька только глазами захлопал.

— Не совсем так, но по сути — да — Герман зашагал по направлению к лестнице — Силу она набрала большую, понимаешь? Видишь ли, если человека заманили в зазеркалье, но при этом пришел он туда по своей воле и до рассвета остался жив, то происходит три вещи. Зеркало это лопается, хозяин или хозяйка его навеки развоплощается, а человек оказывается в своем, то есть нашем мире. А эта тварь силу взяла большую, народу‑то она погубила уже немало. В результате зеркало бы лопнуло, но мы бы сюда не попали, а она не сгинула бы.

— И? — Серегу слегка пошатывало.

— Мы бы побрели по зеркальным мирам в поисках выхода, а она потащилась бы за нами, выжидая момент, пока мы не сдадимся — пояснил Герман — Но не учла одного.

— Твоего великого ума? — предположил Колька.

— И невероятной предусмотрительности — уточнил Герман — А вот ты слушать не умеешь. Тебе же сказано было — тут жили Барятинские, потом Романовы. Пока мы плыли на кораблике, я пошарил в сети и выяснил, что никаких молодых хозяек в этом доме не было, а вот одна из старых то и дело мелькает в зеркалах. Сайты любителей страшилок — они для нас первое подспорье. Вывод?

— Она, то есть эта, молодая, — тщательно подбирал слова Колька — не имеет права тут промышлять?

— Верно — погладил его по голове Герман — Толковый какой ученик попался! Не имеет. И делает это против воли хозяйки дома, которая заперта в своем зеркале. А у нее — имущественное право. Вот я и перенес ее в свое зеркальце, а потом спустил на эту дуру. Помните, я у зеркала на лестнице стоял?

— А если бы вы договорились с этой молодухой? — поинтересовался Крылов, садясь на ступеньку и беря в руку недопитую бутылку коньяку — Ну, еще тут, на дальних подступах? Дала бы она тебе тут клятву, что больше шалить не будет, а её они, я так понимаю, нарушить не могут. И что бы ты тогда с этой хозяйкой дома делал?

— Я бы завтра утопил это зеркальце в Неве — Герман отобрал у него бутылку — Чем их меньше — тем нам лучше.

— Ты подлый человек — констатировал факт Серега — Оставь на пару глотков.

— А вот ты там про коридор из свечей говорил? — Колька стремился выяснить все детали, пока они из памяти не исчезли — Это что такое?

— А, это — крякнул оперативник, хлебнув ароматной влаги — Это когда отдельные раздолбайки из тех, что помоложе, пытаются древний колдовской обряд к гаданию приспособить. Что к чему не знают, и дорогу таким образом всякой нечисти в наш мир открывают, или сами по ней уходят на ту сторону. Да ты такое видел, сейчас это модно в сериалы вставлять. Ну, знаешь — берется зеркало, зажигаются свечи…

— Видел, видел! — обрадовался Колька — У нас девки так гадали.

— Дуры несусветные у вас девки — зло сказал Герман — Это же какими надо быть идиотками? Старые маги перед такими вещами защитные руны неделю рисовали, — а эти максимум шампусика хлебнут! А потом везде плакатики висят — 'Ушла из дома и не вернулась…'. А откуда она вернется? Из зазеркалья?