отходами, хоть ручей. В зависимости от возраста и силы Лазурного Цвета, он может покрыть различные объемы воды, поэтому их используют на проточных участках.
По факту же, это источник энергии Воды, и Илья хотел забрать его себе. Как, собственно, и тушку Водяного. В бестиарии говорится, что кости его позвоночника отлично подходят для создания артефактом на водной основе, а жидкость из усов может уплотнить духовную силу испившего ее втрое! Объем духовной силы будет продолжать расти, как и должен был, но ее качество изменится раз и навсегда. Это как новая ступень эволюции духовной силы.
— Ты, мой ответ на долгие молитвы, Водяной, — улыбнулся ему, как родному, Илья. Достал меч, слил его с намерением, со своей аурой, и буквально вспыхнул невероятным жаром. Лед использовать против водной твари смысла не имеет. А вот огонь — очень даже
Навстречу его удару метнулись сотни и тысячи усиков. Илья выжал из своего тела все, до капли, и все же сумел проскользнуть мимо усов, чтобы срубить их как можно ближе к голове сома. Вжить! И усы попадали в воду. Илья едва успел их подхватить, и кинуть на сухое место на островке неподалеку.
Рывок, и он едва увернулся от усов с другой стороны морды Водяного. Они словно окружили его со всех стороны, как тысячи змей, вставших на хвосте. Водяной бился в воде, а вот его усы вели себя словно отдельно от своего хозяина. Илья чувствовал в них духовную силу. Плотную, мощную духовную силу, словно каждый ус, это тварь примерно третьего ранга! Об этом в бестиарии не написано!
Усы-змеи ринулись на зависшего в воздухе парня. Илья встретил их ураганом огня, слетающего с клинка. Прием, известный как Защитных Вихрь, подошел практически идеально, защитив его со всех сторон. Острая энергия меча стала превосходной защитой, так что он смог отбить удар усов, пусть и оказался ранен в ногу. Один уродский ус все же пробился сквозь защиту, и проткнул ногу, хотя уже через мгновение Илья и срубил его. Новая атака, и на этот раз усов стало меньше. Поврежденные сом втянул под воду. Илья снова отбил атаку, и снова оказался ранен, на сей раз в плечо. Благо, что в левое, потому как правой рукой он орудовал мечом. Его тело буквально смазывалось от скорости и пламени, которым его объяло. Он рубился в полную силу, и был в этот момент по-настоящему счастлив, жив, как никогда, весел и азартен. Да, бой, это его стихия, и только в нем он является сам собой. Илья Залесский-Ключевой бился, и дышал полной грудью!
Атаки сыпались на него, как из рога изобилия, и он выжимал из своего тела все, что только мог. Приемы, стили, движения, даже техники бега и прыжков, все вдруг отошло на второй план. Все стало не важно, хоть без них и никак. Главное, он на совершенно новом уровне осознал сам бой. Система взаимодействий словно на мгновение разрушилась в его голове, и собралась заново, но совершенно иначе. Каждая клетка его тела желала этого боя, каждая сражалась на своем уровне, сливаясь с волей самого Ильи. Он чувствовал это, и подумал, что даже если убрать все эффекты от пламени, ауры меча и прочего, то вокруг него будет подавляющее поле его воли. Его и тела, слившего свою волю с его. Намерение Меча вдруг взяло новую высоту, а в душе появилась некая свобода, словно раньше он сражался в кандалах!
Дух ощутил это, и слился своей волей с волей тела и разума Ильи. Мощь ауры взлетела непомерно, Сила Намерения стала немыслимой, и парню показалось, что хватит одной лишь мысли, чтобы разрезать Водяного на куски. Решив проверить, он легко сформировал «побочное» Намерение Меча, и разъединив его на сотню клинков, швырнул в водяного, который прятался под водой.
Вода вдруг взбурлила, послышался заглушенный рев, и все затихло. Через пару минут, на поверхность всплыл водяной, пузом кверху. Но это Илью не заинтересовало. Он экстренно осмысливал новое состояние сознания. Состояние единения тела, духа и разума. Он весь стал… цельным?.. Стал… собой?.. Пока что это было непонятно, и многое ускользало от понимания, но по большей части он вполне смог осмыслить себя по-новому. И ему это нравилось до дрожи.
Прошло не менее получаса, когда Илья все же медленно, и полностью подконтрольно вышел из этого состояния, и приземлился. Схватил первый попавшийся ус, и вытащил за него водяного на сушу. Нырнул в воду, и почти тут же вынырнул со странноватым растением в руке. Оно буквально светилось от внутренней энергии, так что он спрятал его в очередной минисейф, и убрал до лучших времен. А пока, Илья подобрал отрезанные усы, и достав небольшой таз, слил с них духовную жидкость. Отрезав остальные усы с морды сома, слил жидкость и с них. Запечатал ее, и пока убрал. Нужно нормальное место для поглощения, и уж точно не на болотах. Вернулся к Водяному, и разделал его труп, забрав все полезные трофеи, вплоть до чешуи. Создать из них доспех пятого ранга сможет даже безрукий ученик артефактора. А тетушка… При грамотной подготовке и ресурсах, смогла бы создать доспех пика шестого ранга.
В общем, ободрал он тело сома до костей, да и тех оставил самый минимум.
После этого боя в нем что-то изменилось. Словно сама точка сборки прошла через чудесное превращение. Решив, что бессмысленно медлить, Илья рванул от болот подальше. Потому как сом-Водяной был вовсе не сильнейшим. После его убийства, Илья ощутил волну духовной силы куда более высокого порядка, а потому, решил поспешить, и свалить в горы.
Без остановок, и лишь пару раз подравшись с летающими тварями третьего и четвертого ранга, Илья покинул область болот, и вырвался в горы. Сориентироваться было довольно трудно, но за месяц он нашел нужные ориентиры, и направился прямо к Бурому Крабу.
Горное озерцо не каждый может посетить, слишком оно высоко, и добираться до него крайне сложно. В прошлый раз он раз тридцать едва не сорвался со скал. Сейчас же, просто взлетел, глядя на могучий водопад с другой точки зрения. Природа этого места невероятно красива, тут не поспоришь. Умел бы хорошо рисовать, нарисовал бы.
Илья приземлился на здоровенный камень у озера, и стал медитировать. Бурый Краб точно ощутит то, как он вбирает внешние энергии, так что скоро сам выползет. Так и вышло. Не прошло и часа, как тварь вылезла из озера, и угрожающе пощелкала кулаками. Восемь лап весьма резво переносили могучее тело,
