мозга. Но то, что её выпороли – это спровоцировало гибель её. Поэтому он и возил туда золото. Причём всегда обкладывал себя людьми, которые могли за него, буквально, на плаху пойти.
Ну, блин, он же кумир для многих был. Многие потом отошли, потом уже, как и я. Поэтому, допустим, Дима, его дольщик и друг, когда уже всё произошло, уже после мэрства Ройзмана, после разрыва, мне сказал: «Да ты мне ничего нового не открыл. Я это всё и сам знаю». Но он его знал изначально. Какой он есть на самом деле. Поэтому для него ничего нового, он такого его и знает. Как и Костя. Он для них давно уже не загадка. Они мне об этом и раньше говорили. Это я потом своей тупой головой понял. Они мне об этом говорили, у них уже векселя безвозвратные. То есть, и он про них всё знает, и они про него всё знают. То есть, это пожизненные векселя, их никуда не деть, они с этим грузом живут и живут. Они друг про друга всё знают – страшная вещь. И получилось только то, что получилось.
Более того, я-то ведь всегда Ройзмана считал близким, а у него самого никаких близких-то нет и не было. Только попутчики. Он будет говорить красивые слова, но это только слова. Он и сейчас говорит, когда, например, его спрашивают про Кабанова, он отвечает: «Нет. Я про бывших товарищей не говорю». Но здесь подоплека только одна.
Я уже об этом говорил, он просто не может ничего про меня сказать. Потому что, во-первых, нечего, а во-вторых, он написал про меня три книги, где я, ну, супергерой. И если он начнёт переобуваться, я просто начну спрашивать: «А ну-ка, давай-ка, братан, поясни, а вот здесь что?» И поэтому со мною он попал в капкан, но есть ещё люди, которые про него всё знают. И он про них тоже знает. У них это всё никуда не деть.
Когда Толик Белик со Светой летели вместе с Ройзманом в Москву… Они часто в Москву гоняли, а мы очень давно дружили и с Толиком, и со Светой. А ещё Варов начал свои отношения с Толиком выстраивать и со Светой. И Ройзман Свете говорит: «А что у Вас с ними (с Варовым и Кабановым) общего? Один – пьяница, другой – быдло. Вот что у Вас с ними общего?» Видимо, как бы ревность какая-то у него была. А Света к Толику подходит и говорит: «Толик, прикинь тогда, что он про нас с тобой говорит?» А Толя – он пересидок, восемнадцать лет отсидел, где-то там стрелял налево-направо. И он без «волыны» не ходил вообще, он такой уголовник, знаешь, матёрый. Просто жена была хорошая. Она его от всего этого отвела. Царствие ей Небесное.
И вот она ему и говорит: «А прикинь тогда, что он про нас с тобой говорит». То есть, это изначально было. То есть, Ройзман – это супер-мошенник, но он супер-мошенник-манипулятор. Манипулятор. И я его ставлю на один уровень, хотя он повыше, конечно, с Аксаной Пановой (одиозный журналист).
Смотри-смотри, интересная вещь. Аксана Панова, чтобы ты понимал, это тот человек, который нас вывел на Центральное телевидение, на «Взгляд». Это она договаривалась. Потом, когда Ройзман отказал ей в близости, она как начала нас щемить. Это я потом узнал. Я потом говорю: «Ты чего? Чёрт, не мог сразу это сделать?» Мы ещё друзьями были, и я ему говорю: «Ты что, не мог с ней переспать, что ли?» Я говорю: «Дурак что ли, нафиг». Она тогда, как дала-дала нам прикурить. То есть, это женщина с яйцами, причём со стальными яйцами. И они друг друга стоили, они нашли себя и друг друга. Они просто одно целое.
– Вот, ты вспоминал события в Сагре. А как к ним относиться?! То есть, он создал нарратив, который «зайдёт» публике?
– Да, да-да-да. Он супер PR-щик.
– Тут даже не в режиме «за» кого-то, против кого-то.
– Нет, он для себя всегда. Всё только для себя. С ним дело даже не в режиме вранья. Вот эта история – реальность. Она сложная очень. Она противоречива. А он гладенький нарративчик такой из неё сделал – и тут все встрепенулись.
Он мне эту ситуацию рассказал. В субботу. Он мне рассказывает, что в своё время пришла к нему на приём бабушка, (по фамилии) Ледовская. Я её отправляю к Олегу Кинёву (врач, позднее – депутат Гордумы Екатеринбурга, осуждён за убийство пенсионерки Ледовской, в настоящее время – на СВО в штурмовом отряде «Шторм Z»). Через некоторое время она мне говорит – «он (Кинёв) мне прописывает лекарства». А через некоторое время приходит и говорит: «Он у меня квартиру отнял». И говорит: «Я думаю, что её (пенсионерки Ледовской) уже нет!» Я говорю: «Пиши заявление!» В воскресенье звоню: «Ты написала?» – «Нет!» В понедельник звоню – «написал?» – «Да!» – «В ГУВД?» – «В ФСБ!»
– Там что, Аксана помогла, подсказала? Как правильно обернуть момент?!
– Нет-нет. Аксана уже потом включилась. Он сам сначала всё построил. Он построил, а Аксана сделала красиво. Но опять же, когда с Кинёвым был момент, Аксана ему помогла. Ройзман бежал, когда этого доктора арестовали. В понедельник пишет (Ройзман заявление на Кинёва) и выходит, что арестовали по его заявлению! А ему говорят: «Слышь, ты, дебил, уже месяц как и ты на прослушке». И Ройзман убегает в Синячиху (село в Свердловской области), а Аксана говорит: «Едь сюда, бздлявая ты лошадь, иди сюда». Вот Ройзман приехал и дал пресс-конференцию. А до этого-то он убежал.
Школа № 25. 8 класс. 1974 год
ДК ВИЗ. «Хорошие все парни. И Валька!» 1988 год
Он же трусливый, он думает – «спрятал башку, а в жопу стреляют». Ройзман очень трусливый. Но до такой ситуации, когда вот она реально опасна. Если там что-то по мелочи произошло, то он убежит. Он убежит не просто так. Он, если он всё-таки сотрудник, убежит знаешь, для чего? Чтобы сведения собирать, информацию. Я же не зря сказал тогда, на нашей пресс-конференции, что, я думаю, пройдёт какое-то время, он ко мне подойдёт и скажет: «Андрюха, я же Родину защищал». Не смейся, это может так и получится. Вполне может.
– Может.
– Я, понимаешь, в чем дело, я вот сейчас всё больше пытаюсь сам понять. Это очень интересно. Если ты зайдёшь к
