Никто не знает, сколько «рыцарей ледовых полей» — так называли в XIX веке полярных исследователей и мореходов — навсегда остались в студеных просторах. И все же и эти «пропавшие странники» вернулись в Стокгольм скульптурными монументами, песнями, преданиями, книгами...
Знаменитых и малоизвестных путешественников чтят и помнят в шведской столице. Они любили Стокгольм, и он отвечает им тем же.
Свен Ваксель и король
Странная судьба этого французского солдата, который в старости попал на шведский престол, пробыл на нем несколько лет, не зная ни слова по-шведски, и сделался родоначальником династии, твердо держащейся и поныне.
Справочник. Швеция и Норвегия. Москва, 1904 год.
«Поворот, которого я не ожидал»
Маршал Франции Жан Батист Жюль Бернадот, по его собственному признанию, никогда не думал, что станет королем. Да еще где? В Швеции!.. В которой он не бывал и даже не собирался посещать.
Коронация Карла XIV. Художник Я. Мунк. 1818 г.
До 1810 года маршал почти ничего не знал об этой северной стране.
Бернадоту исполнилось 47 лет, когда после хитроумных политических договоренностей и интриг его усыновил шведский король Карл ХШ. Существует мнение, что с помощью влиятельного маршала правящие круги Швеции рассчитывали при поддержке Франции отобрать у России Финляндию.
После монаршего усыновления Жан Батист Жюль стал фактически правителем Швеции. Карл ХIII к тому времени был слишком стар, чтобы возглавлять государство. Именно тогда принц-чужестранец якобы и заявил приближенным о своем возвышении: «Вот удивительный поворот, которого я не ожидал...»
Опытный военачальник, Бернадот понял, что Наполеону долго не продержаться на императорском троне, и в 1812 году заключил союзный договор с Россией, а затем — и с Англией. Эти страны обязались содействовать присоединению Норвегии к Швеции.
Вскоре Бернадот принял участие в войне против наполеоновской Франции.
В 1818 году Карл ХIII, сын Адольфа Фредерика, внезапно скончался. Так шведским королем под именем Карла XIV стал пятидесятипятилетний Бернадот.
Как ни странно, именно этот человек, всю свою сознательную жизнь посвятивший войнам, придя к власти, провозгласил: «Мир — вот благороднейшая цель всякого мудрого и просвещенного правителя». Отныне важнейшим принципом Шведского государства стали: «Политика неприсоединения в мирное время, нейтралитет в войне».
Известно, что Швеция не участвовала в войнах с 1814 года.
Мальчик, смотрящий из окна
Как однажды заметила известная шведская писательница Сельма Лагерлёф: «О монархах любят распространять милостивые, трогательные истории. Особенно детские писатели...»
Сохранилось подобное предание и о Карле XIV. В отличие от некоторых других шведских монархов он не баловал жителей Стокгольма встречами на улицах, задушевными беседами, выслушиванием жалоб подданных вне стен официальных учреждений.
Но однажды, когда Карл XIV проезжал в карете по городу, его внимание привлек мальчик, сидящий у раскрытого окна.
Обычно при появлении королевского кортежа взоры встречных устремляются на монарха. А этот подросток смотрел куда-то вдаль, и ни роскошная карета, ни блистательная кавалькада не вызывали у него никакого интереса.
Заметив недоуменный взгляд государя, один из сопровождавших пояснил:
— Это Свен Ваксель... Пару лет назад в северных морях погиб его отец — славный моряк. С той поры мальчуган заболел, он не может ходить, но мечтает стать капитаном, как многие его предки, и отправиться в Ледовитый океан, чтобы отыскать остров Ваксель...
— А где именно расположен этот остров? — поинтересовался король.
— Такого острова не существует, Ваше Величество, — ответил придворный. — Остров живет лишь в мыслях этого маленького инвалида. Бедолага вбил себе в голову, что его предок, служивший русской короне в прошлом веке, открыл неизвестную землю в Ледовитом океане, нанес ее на карту и назвал ее своим именем. Об открытии доложили русской императрице. Но впоследствии этот клочок суши никто из мореплавателей не смог отыскать. Подобное не раз случалось в Ледовитом океане. Откроют первопроходцы неизвестный остров, отметят его на карте, а потом он исчезает. И долго потом ученые мужи ломают головы, что за этим стоит: ошибка первооткрывателя, его заведомая ложь или катастрофа, погубившая огромный участок суши?..
— Вы помните имя того шведа — путешественника, служившего русской короне? — спросил Карл.
— Свен Ваксель, Ваше Величество...
— Как и этого несчастного мальчугана? — удивился государь. — И куда же заносила судьба Свена Вакселя-старшего?..
По указу Петра
Зимой 1725 года, за несколько дней до своей кончины, тяжело больной император Петр I написал приказ о проведении Камчатской экспедиции: «... Надлежит на Камчатке или в другом тамож месте зделать один или два бота с палубами.
...На оных ботах возле земли, которая идет на норд и по чаянию (понеже оной конца не знают), кажется, что та земля — часть Америки.
...И для того изыскать, где оная сошлась с Америкою и чтоб доехать до какого города европейских владений...»
Эта экспедиция, организованная по приказу Петра I и, по существу, открывшая тихоокеанское побережье Америки, длилась много лет.
23 мая 1741 года из Авачинской бухты, где теперь расположен Петропавловск-Камчатский, вышли два пакетбота: «Св. Петр» — под командованием начальника экспедиции капитан-командо-ра Витуса Беринга и «Св. Павел» — под командованием капитана Алексея Чирикова.
Старшим офицером на корабле «Св. Петр» был швед Свен Ваксель.
Спустя три недели из-за сильного тумана экспедиционные суда потеряли друг друга, и дальнейшее их плавание к берегам Америки и возвращение на Камчатку проходили раздельно.
17 июля 1741 года моряки пакетбота «Св. Петр» наконец увидели американский берег. О трудностях и открытиях экспедиции подробно писал Свен Ваксель в своем дневнике. Страшные бедствия начались на обратном пути корабля «Св. Петр». Плавание затрудняли неблагоприятные ветры, шторм и болезнь моряков.
«...В нашей команде оказалось теперь столько больных, что у меня не осталось почти никого, кто бы мог помочь в управлении судном.
Паруса к этому времени износились до такой степени, что я всякий раз опасался, как бы их не унесло порывом ветра. Заменить же их другими за отсутствием людей я не имел возможности...
Матросов, которые должны были держать вахту у штурвала, приводили туда другие больные товарищи, из числа тех, которые были способны еще немного двигаться.
