когда я пытался соединить обрывки воспоминаний о прошлой жизни с происходящими событиями. Никакой явной связи не находилось, но я не верил в такие случайности или совпадения. Возможно, во мне и впрямь пробудилась паранойя, но почему видения начали являться мне незадолго до того, как Девора Асура Анимас отправила меня с миссией на Землю? И почему кульминацией стал момент, когда ко мне прикоснулась Аурелия?
Уж не забавлялась ли со мной сама лунная богиня? Только у неё хватило бы на это могущества, дерзости и коварства. Но с какой целью? Этот вопрос терзал меня сильнее всего.
«Возможно, Девора испытывает мою верность? — размышлял я, вглядываясь в туманный городской пейзаж за оконцем экипажа. — Но я никогда не подводил её настолько, чтобы усомниться в моей преданности. Разве что случай с архангелом Викторией… И видения начались как раз после того, как я её отпустил. Могла ли богиня Тьмы и Луны покарать меня столь изощрённым способом?»
Но она дала мне шанс, и я не мог её подвести. Просто не имел на это права.
«Так, Нокс, пора вспомнить, что ты великий архонт! — одёрнул я себя. — Нужно отбросить лишние мысли, сомнения и сосредоточиться на миссии! Выполню её достойно — и богиня, безусловно, простит меня, а затем возвысит ещё больше. Она милостива, щедра, любит своих детей и умеет прощать. Достаточно посмотреть на Кайру Весперу».
Однако тревога не отпускала меня, словно цепкая паутина, опутывающая разум. К тому же я не мог выбросить из головы образ Веселины и прочно связавшийся с ним образ Аурелии. Когда я лежал с разбитой головой, дочь Люминара смотрела на меня с жалостью. Но это не вывело меня из себя, как случилось с Эллисандрой. Наоборот, её внимание и забота даровали мне незнакомое тепло, будто она являлась для меня самым родным существом во вселенной — таким, какого я так и не обрёл за двести лет демонической жизни. Нечто подобное я испытывал лишь тогда, когда был человеком.
Резкий визг тормозов разорвал тишину, словно сталь по стеклу, вырвав меня из плена горестных размышлений. Паромобиль замер так внезапно, что я едва не придавил демоницу, сидевшую напротив. Кайра Веспера, не теряя ни секунды, оттолкнула меня и распахнула окошко для связи с кучером.
— Стойте! — донёсся с улицы взволнованный мужской голос.
— Что это значит? — прорычала Кайра. — Фёдор, объяснись!
— Простите, ваше сиятельство! — в голосе возницы слышалось искреннее беспокойство. — Какой-то господин выскочил на дорогу прямо перед экипажем! Едва не задавили!
Демоница молниеносным движением задрала подол платья и извлекла револьвер. Я последовал её примеру, выудив оружие из внутреннего кармана пиджака. В этот миг дверца экипажа распахнулась, и в тусклом свете потолочной лампы появилось лицо молодого человека в чёрных одеяниях и шляпе, надвинутой на самые брови.
— Максимилиан? — удивлённо произнесла Кайра, опуская оружие. — Что вы делаете ночью посреди дороги, любезный кузен?
— Клара, милая, — выпалил молодой человек скороговоркой. — Я только сегодня прибыл из Лондона, и меня тут же арестовали! Прямо на вокзале меня ждал тайный сыск! Они обвинили меня в шпионаже в пользу Британской короны! Мне чудом удалось сбежать!
Кайра нахмурилась, её пальцы сжали рукоять револьвера чуть сильнее. Она молчала несколько секунд, словно оценивая ситуацию.
— Залезайте в экипаж, — приказала она. — Расскажете всё дома.
— Нам никак нельзя в имение, кузина, — отчаянно замотал головой молодой человек, его голос дрожал. — Я пытался туда добраться, но там уже ждала засада! Они арестовали всех ваших слуг и устроили обыск. Похоже, вас тоже обвиняют в государственной измене! Я прятался здесь больше часа, надеясь перехватить вас.
— Проклятье! — выругалась демоница, её изумрудные глаза сверкнули в полумраке. — Этого я никак не ожидала. И как же не вовремя! Садитесь, кузен. Отправимся в особняк Арсения Владимировича Раевского. Он член Государственного совета. Он нас укроет и поможет разобраться с этими нелепыми обвинениями.
— Хорошо, — кивнул молодой человек, его лицо отражало смесь тревоги и надежды.
И только он поставил ногу на ступеньку, как вдали раздались резкие хлопки, похожие на те, что издал револьвер Кайры при выстреле в Эквиона. Стеклянное окно в распахнутой дверце со звоном разлетелось на осколки. Шляпа Максимилиана слетела с головы, словно её сорвал внезапный порыв ветра.
Молодой человек коротко вскрикнул. Вскинув руки, он наполовину завалился в салон экипажа. И сразу затих. Я заметил кровь, которая уже начала сочиться из его простреленной головы.
— Фёдор, гони! — крикнула Кайра, затаскивая кузена внутрь.
Но кучер не откликнулся. Через окошко я увидел, как его тело накренилось и безжизненно рухнуло с козел, глухо ударившись о мостовую. В этот момент из темноты вынырнули силуэты всадников, одетых в плащи и шляпы, не похожие на форму местных стражей порядка. Копыта лошадей выбивали по мостовой дробь с искрами, пока они стремительно приближались к нашему паромобилю.
— Степан Игнатьевич! — демоница метнула в меня яростный взгляд. — Чего вы застыли как истукан? За мной!
— Конечно, — ответил я, натужно протискивая своё грузное тело из тесного салона вслед за ней. Моя неуклюжесть казалась почти карикатурной на фоне её грациозности. — Сударыня, а не в этого ли кузена вы любезно планировали переселить меня?
— Нашли время! — рявкнула Кайра. — Именно в этого!
Прикрываясь дверцей экипажа словно щитом, демоница высунула руку с револьвером и выпустила пять пуль в сторону всадников, которые находились уже в двадцати саженях от нас. Трое нападавших, сражённые её меткими выстрелами, рухнули с сёдел. Лошадь четвертого взвилась на дыбы, пронзительно заржала и, падая, придавила своего седока, который истошно закричал. Двое оставшихся всадников резко осадили коней и открыли ответный огонь.
— Какая досада, — пробормотал я, кинув взгляд на безжизненное тело молодого человека. — И что же нам теперь делать?
— Сражаться, мать вашу!
— Это можно.
Выглянув из-за импровизированного укрытия, образованного крепкой дверцей экипажа и стройной фигурой демоницы, я попытался восстановить в памяти науку обращения с револьвером двойного действия. Прицелился в ближайшего всадника, затем плавно, как учила Кайра, нажал на спуск — курок послушно щёлкнул, но выстрела не последовало. К своему стыду, я запамятовал, что одна камора в барабане оставалась пустой в целях безопасности хранения и ношения данного оружия.
— Отдайте, — процедила демоница, бесцеремонно выхватывая у меня револьвер. — У меня кончились патроны. Вот толку-то от вас, господин великий архонт…
Я
