мне противоречивые чувства. Как демону, почти лишённому способности испытывать сострадание, мне были чужды её стремления и образ жизни. Но в то же время я невольно вспоминал Веселину, которая обладала схожими с дочерью солнечного бога добродетелями, и в моей тёмной душе пробуждалось странное тёплое чувство.
Я вдруг осознал, что мне отчаянно хотелось узнать Аурелию получше. Более того, несмотря на кошмар, испытанный при попытке поцеловать её руку, меня к ней тянуло. Причём намного сильнее, чем я готов был признать. Возможно, именно поэтому я решил за ней проследить, а вовсе не из практических побуждений ради успеха нашей миссии.
Кучер остановил паромобиль за углом в трёх зданиях от дома номер семь по улице Дегтярная. Выйдя из экипажа, я направился в указанном Кайрой направлении, двигаясь осторожно, избегая редких прохожих, держась в тени парадных и деревьев, растущих в палисадниках. В моём грузном, неповоротливом теле отчаянно не хватало изящества и ловкости, но я старался действовать как можно незаметнее.
Улица Дегтярная казалась тихой и спокойной. Фонари, установленные через каждый десяток саженей, создавали мягкие оазисы света, окружённые тенями. Их мерцание отражалось в окнах домов, придавая им загадочный вид. В воздухе витал слабый аромат сирени, смешанный с прохладой позднего вечера. Это место казалось идеальным для того, кто искал уединения и покоя.
Вскоре я заметил трёхэтажный доходный дом из красного кирпича с белоснежными декоративными элементами, расположенный напротив старинного особняка. На первом этаже красовались парадные входы с массивными дверями, украшенными латунными ручками и искусной резьбой. Над входом возвышалась вывеска с указанием номеров квартир и условий найма.
По словам Кайры, квартира Аурелии находилась на втором этаже. Я укрылся в тени раскидистого дерева и, прежде чем войти в парадную, попытался разглядеть что-нибудь в окнах. Однако единственное, что удалось заметить сквозь плотные шторы, — свет в её квартире всё ещё горел. Это означало, что она уже вернулась домой, но ещё не отошла ко сну.
Я угрюмо уставился на двери, не решаясь сделать следующий шаг. Новая встреча с Аурелией одновременно манила меня и вызывала трепет, подобный тому, что охватывал перед аудиенцией у богини Тьмы и Луны в те редкие моменты, когда мне приходилось приносить ей не самые радостные вести.
— Сударь, а что это вы тут высматриваете, словно какой-то форточник? — вдруг раздался позади меня хмельной голос, полный развязной уверенности.
Я резко обернулся и увидел перед собой троих молодых людей в одинаковых светло-зелёных тужурках, фуражках и брюках того же оттенка. Они покачивались, явно перебрав с возлияниями, и смотрели на меня с нескрываемым неодобрением, пытаясь выглядеть грозно, несмотря на свой тщедушный вид.
— А вы кто такие? — нахмурившись, поинтересовался я.
— Студенты, — ответил парень в центре, делая шаг мне навстречу. — Но вы так и не ответили, сударь, кто вы и чего выглядываете? Это приличное место, и всякого рода проходимцев мы здесь не потерпим!
Вероятно, мне следовало проявить осторожность и придумать какую-нибудь правдоподобную отговорку. Например, что высматриваю любовника супруги, заподозрив её в неверности. Возможно, такое объяснение нашло бы отклик в сердцах молодых людей. Однако дерзкий тон и неприкрытые оскорбления, прозвучавшие из уст пьяного студента, в мгновение ока вывели меня из себя. Мне уже хватало колкостей от Кайры Весперы и капризов Эллисандры, которых я вдосталь натерпелся за последние дни.
— А ну пошли прочь, щенки! — прорычал я с угрозой в голосе. — Пока руки-ноги целы!
— Да как ты смеешь, старый урод?! — вскричал всё тот же студент и вдруг схватил меня за грудки. Его лицо исказилось от злости, а глаза горели вызовом.
От гнева в моём неповоротливом теле вдруг пробудились недюжинные силы. Схватив студента левой рукой за горло, я наотмашь ударил его правым кулаком в живот, затем лихо развернул, прижал к стволу дерева и только потянулся во внутренний карман пиджака за револьвером, как в моих глазах вспыхнули искры, а голова загудела от мощного удара по затылку каким-то тяжёлым предметом. Едва не потеряв сознание, я отпустил студента, начал оседать на подкосившихся ногах и безвольно повалился прямо в траву.
— Петька, ты что наделал?! — услышал я испуганный голос.
— Так он же чуть не прибил Андрюху! — ответил второй голос.
— Эй, вы что творите, душегубы?! — раздался откуда-то со стороны третий голос, явно принадлежащий более взрослому человеку.
— Бежим! — закричали студенты. — Петька, хватаем Андрюху и тикаем, пока опять в кутузку не упекли!
Я всё ещё был не в силах разлепить веки, но отчётливо расслышал топот удаляющихся молодых людей и тяжёлые шаги того, кто их спугнул.
— Что ж это деется-то, прости Господи, — пробормотал мужчина, склонившись надо мной. Его голос звучал хрипло, с тяжёлым просторечным акцентом, а в глазах читались тревога и недоумение. — Сударь, вы живы?
С трудом разлепив веки, я мутным взором разглядел фигуру мужика с густой бородой, в сером переднике и с метлой в руках.
— Остап, что там случилось? — раздался девичий голос откуда-то сверху, в котором я, несмотря на звон в ушах, сразу признал Аурелию.
— Беда, Анастасия Александровна! — запричитал дворник. — Какие-то лиходеи напали на неизвестного господина! Видать, ограбить желали. По голове булыжником треснули так, что всё в кровище!
— Погодите, я сейчас выйду!
«Какой позор! — пронеслось в моём затуманенном сознании. — Получил по голове от кучки сопляков, да ещё и предстану в таком жалком виде перед Аурелией! И это сразу после первого инцидента».
Я попытался перевернуться, но моё непослушное тело будто налилось свинцом. Толстые пальцы отказывались слушаться, а перед глазами плавали багровые круги, словно кто-то разлил чернила в хрустальный бокал. Вскоре из парадной выбежала взволнованная Аурелия в одном домашнем платье и присела на корточки рядом со мной.
— Господи, ужас какой, — с сочувствием пролепетала девушка, но затем её тон резко сменился на удивление: — Степан Игнатьевич, это вы? Что вы тут делаете?
Бежать возможности не осталось, поэтому я не придумал ничего лучше, чем прикрыть глаза и претвориться, будто потерял сознание.
— Вы знаете этого господина, барышня? — спросил Остап.
— Только сегодня познакомилась, — ответила девушка, её голос дрожал от волнения. — Необходимо занести его в дом. Я обучена оказывать медицинскую помощь и сумею его перевязать. Но с такой травмой без доктора не обойтись. Остап, помогите!
К этому моменту к девушке и дворнику присоединилось несколько зевак. Один из них сразу вызвался сбегать
