за жопу и получают хвостом по тянущимся граблям. Игра судя по всему одинаково нравится как посетителям так и самим чертовкам.
Мы заняли свободный столик, одна такая чертовочка с торчащими из-под густой шевелюры рожками тут же возникла рядом.
— Что будете заказывать?
— А что у вас есть? — спросила Лула.
— У нас все есть, — официантка вздохнула, — Но все едят мясо.
— Мясо хоть у вас не человеческое?
— Ну что вы, — категорично возразила чертовка, — Кормим исключительно бараниной и свининой. Баранов и свиней в аду несопоставимо больше, чем людей.
Лично мне этот довод не показался убедительным, но Гекта с усмешкой утвердительно кивнула.
— Заказывай смело, Марк. Человечиной не накормят.
— Тогда мне мясо. Что-нибудь фирменное.
— Пить что будете? Черное пиво рекомендую.
— Ну пусть будет черное пиво.
— Мне тоже самое, — безразлично сказала Лула.
— Ну и мне тогда, — весело добавила Гекта, — Не буду отрываться от коллектива.
Приняв заказ, чертовка повернулась ко мне спиной. Рука сама потянулась к упругой попе, но я сдержался. Хвост крутанулся, ударив в пустоту. Чертовка усмехнулась и убежала выполнять заказ.
В ожидании заказа я стал пялиться по сторонам. За соседний освободившийся столик уселась новая компания. Крупный бухой демон с двумя в дымину пьяными чертями. Чтобы черти смогли дойти до столика, демон сцепил их друг с другом рогами, отчего они могли передвигаться только боком, зато не падали.
Добравшись до цели, демон расцепил чертей и усадил на стулья. Черти тут же уронили головы на стол и совсем перестали подавать признаки жизни. Удовлетворенно оглядев своих овощеподобных собутыльников, демон уселся сам и громко позвал официантку.
— Чего изволите?
— Три бутылки черной водки и… и…
— И мясо? — подсказала официантка.
— И мясо, — пьяно согласился демон.
— А овощи? — официантка явно решила приколоться.
— Овощи? — удивился демон и обвел взглядом бухих чертей, — Овощи тоже будут мясо.
Наша официантка не заставила долго ждать, примчалась и выставила три порции еще шкворчащего мяса и три огромные кружки чёрного пива.
— Приятного аппетита, — пожелала чертовка с улыбкой, но так и не ушла, осталась стоять, преданно глядя на суккубу.
— Узнала что ли? — усмехнулась Гекта.
— Конечно узнала, — чертовка потупила глазки в притворном раскаянии.
— И уже растрепала?
Чертовка часто закивала. И тут я увидел, что в нашу сторону обращены взгляды половины стадиона.
— Гекта!
— Это же Гекта!
— Ге-екта. Ге-екта. Ге-екта, — начал скандировать стадион, позабывший про красное мясо и черное пиво.
Гитарист заиграл на электрогитаре проникновенную мелодию, его медиатор цеплял по струнам гитары, как по струнам души. Толпа взревела.
Гекта поднялась с места.
Музыкальная группа дала нижние частоты. Барабаны забили где-то в нижней части живота.
Гекта прошла к помосту.
Бас-гитара обволокла стадион тягучим мясным звуком. Толпу забило в экстазе.
Гекта одним движением сменила наряд. Из одежды на ней только туфли и головной убор, напоминающий корону. Она начала двигаться под музыку. Толпа застонала от вожделения.
Пока Гекта танцевала, посетители смотрели, разинув рты. И только бухой демон умудрился не поддаться ее магии целиком. Он подловил засмотревшуюся чертовку официантку, нагнул над столом, намотав на кулак ее хвост. Демон уложился в аккурат к концу исполнения, а затем вытер со лба крупные капли пота.
— Ну вот, а ты говоришь, овощи… Мясо. Однозначно мясо.
Отпущенная чертовка посмотрела на демона обиженно и одобрительно одновременно. С одной стороны ей вдули, реноме неуловимости испорчено, а это плохо. Но и с другой стороны ей опять-таки вдули, а это, как хвостом ни крути, приятно. Она хлестнула демона хвостом по довольной морде и убежала выполнять заказы.
Гекта вернулась за наш столик. На ее губах блуждает счастливая улыбка.
— Вот, — призналась она, — Это именно то, что мне было нужно. Что не давало мне покоя в городе богов. Я исполнила последний танец в Котлах. Гештальт закрыт.
— Теперь мы можем заняться делом? — сухо спросила Лула.
Прежде, чем ответить, Гекта с наслаждением прожевала кусочек мяса, запила черным пивом.
— Да. Теперь я в вашем полном распоряжении.
Я рассчитался за обед, в очередной раз прифигев от ценника. Мы вышли на Темную и быстро поймали карету.
— Зеркальщика знаешь? — фамильярно спросила Гекта у беса возницы.
— Знаю.
— Давай к нему на пальму… и не вздумай возить нас кругами, рога оторву.
Бес привез нас в рабочий район, в котором атмосфера кардинально отличается от вечного праздника Тёмной улицы. Здесь праздником и не пахнет. Здесь воняет серой, потом и рабским дармовым трудом.
— Жди здесь, — приказала бесу Гекта и пояснила для меня, — В этом районе извозчика не поймаешь.
— Заплатить бы сначала, — прохныкал бес, — Задаток бы.
— Со временем будет и задаток, — веско ответил я словами великого комбинатора Остапа Ибрагимовича, и суккуба показала мне большой палец, мол, браво… Марк, что значит школа…
Мы подошли к дверям длинного, косого барака. У дверей крутился мелкий черт.
— Метнись до зеркальщика, — небрежно бросила ему суккуба, — Скажи, Гекта ждет.
Чертёнок исчез за дверью, слегка испортив воздух, а через пару минут вышел тот самый демон, обвешанный кусочками зеркал. В барак он нас приглашать не стал, чему я только рад. Обстановка там, подозреваю, не казарменная даже, а каторжанская.
— Не думал, что снова встретимся, — прогудел крупный демон, — Говорят, ты выступала в Котлах.
— Узнаю седьмой круг, — ухмыльнулась суккуба, — Слухи бегут быстрее кареты.
— Останешься? — застенчиво спросил демон.
— На день здесь, — коротко ответила
