— Вот смотри, — взялся пояснять демон, — Бывают в жизни события, о которых ты жалеешь. Думаешь, лучше бы этого с тобой совсем не происходило.
— Ну допустим, только что тут поделаешь? Что случилось, то случилось.
— Ты ничего не поделаешь. А если это происходит с кем-то очень могущественным, — Двуликий многозначительно указал пальцем куда-то вниз, — Тот просто берет и изымает событие из ткани бытия.
— Ни фига себе. То есть князь тьмы изъял событие…
— Э, фраерок, — оборвал меня Двуликий, — Я такого не говорил.
— Пардон, — поправляюсь, — То есть кто-то очень могущественный изъял событие, и его как бы вовсе не происходило?
— Правильно понимаешь. Изъял, и его как бы вовсе не происходило. Но! — на этот раз Двуликий ткнул пальцем вверх, — Закон сохранения энергии никто не отменял. А время — это тоже энергия в некотором смысле.
— Так, — даю понять, что слежу за мыслью.
— Так вот. Это изъятое время не пропадает бесследно, а запечатывается в том самом зеркале.
— Теперь начинаю понимать. Это зеркало никто не изготавливал. Оно появилось само после того, как кто-то очень могущественный изъял событие из ткани бытия.
— Верно.
— А зачем его тогда отдавали Зеркальщику для шлифовки?
— А-а, дебилов среди свиты хватает… — Двуликий сморщился и явно кого-то передразнил, изменив интонацию, — Если зеркало ничего не отражает, то его надо отдать специалисту.
— То есть его отдали Зеркальщику по ошибке.
— В том и дело, — усмехнулся Двуликий, — Потом, как это бывает, бюрократы вообще забыли, что было какое-то зеркало. Тем более, что его шлифуй — не шлифуй, один черт ни черта не отражает.
— Понятно. И как всякий потерянный артефакт оно в конечном итоге всплыло на блошином рынке.
— Соображаешь, — похвалил Двуликий.
— Ну хорошо, а как его использовать?
— Его никак не надо использовать, — жестко возразил демон, — Его надо вернуть тому, кто… ну ты понял.
— Понял. Вернуть тому очень могущественному… Но если какой-то дурачок захочет провести с этим зеркалом ритуал.
— Этого случится никак не должно, — категорически настоял Двуликий, — Поверь, фраерок, для всех будет лучше, если оно просто вернется обратно.
Давать дальнейшие пояснения демон отказался. А я тоже не могу просто взять и ляпнуть, что зеркало сперли. Политическая обстановка и так напряжённая.
— Спасибо, что уделили время, — поблагодарил я демона.
— Да ладно. Все равно собирался на шестой круг, заодно Гекту повидал… кстати, фраерок, Гекта сказала, ты типа коммерс.
— Есть такое.
— Могу подогнать бочку черной маны. Недорого. За шестьсот тысяч всего.
— Честно сказать, я вообще про черную ману впервые слышу, — пытаюсь откреститься, покупать что-то у демона в аду я бы не рискнул даже в присутствии Гекты, — Да и как я ее унесу? Бочка — это же двести литров.
— Ну да, пятая часть куба, — подтвердил Двуликий, — Ты вот что, фраерок, когда вернешься в город богов, тему провентилируй, а потом свяжемся.
— У меня виза однодневная. Связаться, допустим можно, знаю один канал. Но я не представляю, как что-то передать через адские ворота.
— А мы не через ворота, — Двуликий хитро усмехнулся, — Есть другой способ.
— Какой? — переспрашиваю недоверчиво.
— Не боись, фраерок, для тебя способ безопасный. Я тебе карту сейчас дам, — он развернул кусок кожи, как мне показалось, человеческой, — Доезжаешь на подземке до конечной вот по этой ветке…
Водя пальцем по карте, Двуликий разъяснил маршрут до места в тоннелях, где по его словам пленка между мирами фактически истерта. Брать в руки карту я не стал, посчитал это кощунством, а просто сделал снимок через интерфейс, как это раньше делала Лула.
— Хорошо, — сказал я, подводя итог, — Узнаю спрос и цену на черную ману. Завтра подъеду.
— Договорились, — обрадовался Двуликий, — Там бесенок связной постоянно сидит. Скажешь ему, что к Двуликому, он метнется.
На этой взаимо-заинтересованной ноте демон попрощался с Гектой и умотал куда-то за бараки, а мы сели в карету.
— Марк, — Лула укоризненно покачала головой, когда мы тронулись в обратный путь, — Ты даже с адом готов торговать.
— Сотрудничать и торговать, всегда лучше, чем враждовать и воевать.
— Но с демонами!
— Ну так не детей мне с ними крестить. Я ж понимание имею. За границы дозволенного заходить не собираюсь.
Лула махнула на меня рукой, как на безнадежного, и замолчала.
Мы успели и покинули ад без осложнений. Оказавшись за его вратами, я выдохнул облегченно.
— По этому курорту я вряд ли буду скучать.
— Да уж, — согласилась Лула, — Лично я назагоралась. Впечатлений надолго хватит.
— Понимаю вас, — сказала Гекта, — На самом деле в аду делать нечего. Теперь понимаю, что правильно поступила, изменив свою природу. Раньше нет-нет, да жалела. А теперь поняла, Город Богов — тоже не рай, но ад — это тупик.
— Ты нам здорово помогла, Гекта, спасибо.
— Тебе спасибо, Марк. Для меня эта поездка была не менее важна.
Гекта призвала бледного червя, который доставил нас до подземного этажа стоянки.
— Вы как хотите, а я сегодня буду долго отмокать в ванне, — мечтательно заявила суккуба, — Если захотите присоединиться…
— Спасибо, у нас на сегодня еще дела, — отказываюсь тактично.
— Ну как хотите, — согласилась Гекта без особых сожалений, — Но если надумаете, стучитесь.
Мы с Лулой вышли из лифта на первом надземном этаже, а суккуба поехала выше.
— У нее еще и ванна есть, — Лула раздраженно фыркнула, но быстро переключилась на деловой тон, — Так, Покапль
