обсуждения. Гипотезы зоопарка и запрета могут быть нефальсифицируемыми, как указывали многие,44 однако экстраординарный характер загадки Ферми таков, что традиционная эпистемология для нее, пожалуй, слишком узка. Как уже упоминалось, исследования SETI разделяют с археологией и подобными историческими дисциплинами одну особенность, отсутствующую в большинстве естественных наук: в отличие от бозонов Хиггса, гранита или хромосом, софонты (как земные, так и внеземные) способны на намеренный обман. Эта же идея заходит еще дальше в следующих двух гипотезах, которые мы рассмотрим.
4.5 Жизнь в планетарии — или в SimCity
Гипотеза планетария: наши астрономические наблюдения представляют собой не реальность, а разновидность иллюзии, созданной передовой технологической цивилизацией, способной манипулировать материей и энергией в межзвездных или галактических масштабах. В то время как Земля и Солнечная система, исследованные нашими межпланетными зондами, вполне реальны, Вселенная в целом представляет собой иллюзию, подобную планетарию
проекторам или 3D-фильмам. Поскольку «реальная» Вселенная за пределами нашего планетарного театра может сильно отличаться — и действительно обитаема по меньшей мере одним невероятно могущественным разумным видом (назовем их Режиссерами), — парадокса Ферми не существует.
Гипотеза планетария была предложена известным британским писателем-фантастом и инженером Стивеном Бакстером в 1999 году.45 Эту гипотезу можно рассматривать как частный случай гипотезы зоопарка, где пассивное «скрывание» передовой цивилизации заменяется «активным экранированием» подлинной реальности. Является ли тот или иной вариант более или менее правдоподобным — вопрос интересной инженерной и технической дискуссии; при этом следует помнить, что даже если мы полностью согласны относительно объективного содержания научного знания, в развитии технологий остается гораздо больше свободы для проявления исторической случайности.
Одноименный Планетарий, таким образом, станет предельным инопланетным артефактом (в привычном понимании артефактов как «намеренно созданных вещей»; более широкое понимание этого термина мы рассмотрим в разделах 4.6 и 4.7), охватывающим всю наблюдаемую «природу». Само по себе это несколько парадоксально, поскольку в этой главе мы отвергаем реализм в широком смысле, а не натурализм. Следует помнить, однако, что, по замыслу Бакстера, иллюзией являются лишь крупномасштабные астрономические объекты физической Вселенной: Солнечная система, Земля, наши лаборатории, атомы, элементарные частицы и так далее по-прежнему считаются реальными в обычном смысле. Более того, мы могли бы использовать их свойства, чтобы сделать вывод, что «реальная» Вселенная за пределами Планетария на самом деле очень похожа на ту, которую мы видим в наши телескопы: не обязательно те же самые звезды, газовые облака или галактики, но схожие звезды, газовые облака и галактики. Единственное действительно важное отличие в интересующем нас контексте состоит в том, что, скорее всего, Вселенная за пределами Планетария обитаема Строителями Планетария (и/или софонтами других видов). Таким образом, этот артефакт — по сути лишь завеса или экран: человек с газетой Магритта действительно присутствует на всех картинах, но скрыт тонкой и мощной технологией маскировки. Поскольку мы придерживаемся общепринятого физического редукционизма, мы можем даже сделать выводы о важных свойствах Строителей Планетария, так как у нас с ними общая физика (и, возможно, химия).
Что, если вся космологическая область (а не только наши непосредственные окрестности в Солнечной системе) является результатом намеренного вмешательства? Этому посвящена «гипотеза равных» Пола Бирча. Бирч, британский ученый, инженер и писатель, особенно интересовавшийся проектами астроинженерии, верно понимал, что подобные масштабные свершения лишь обостряют парадокс Ферми, и в неопубликованной рукописи предложил радикальное решение:46
Гипотеза равных: Сверхцивилизация создала всю нашу космологическую область в качестве эксперимента, используя, по-видимому, процессы, неотличимые от тех, которые, согласно «общепринятой» космологии, происходили на самых ранних этапах развития Вселенной в эпоху инфляционного расширения. Вселенная не просто пригодна для жизни, но действительно обитаема, поскольку исследовательская или творческая цель эксперимента состоит в создании «интересной истории» путем формирования множества биосфер с примерно схожими свойствами и возрастом (наших одноименных «равных»). Поскольку другие подобные цивилизации не существенно более развиты, чем мы, проблематика парадокса Ферми теряет силу, и мы можем ожидать контакта с кем-то из наших равных уже в самом ближайшем будущем.
К сожалению, похоже, что гипотеза равных не справляется с современными версиями парадокса Ферми. В частности, если «созданная в подвале» вселенная развивается в соответствии с заданными физическими законами,47 то величина τL в уравнении (2.4) все еще требует — натуралистического — объяснения. Мы по-прежнему не являемся типичными с точки зрения хронологического порядка появления, если только эволюция на более старых планетах (тех, что ближе к медианному возрасту Лайнвивера) не была намеренно замедлена Создателями. Но если она была замедлена намеренно, то последнее ощутимое различие между гипотезой равных и Особым творением исчезает! В гипотезе Бирча нет реального объяснительного преимущества.
Но почему бы нам полностью не отказаться от субстрата и его традиционной онтологии? Гипотеза симуляции Бострома, хотя и продиктованная совершенно иными причинами и сформулированная так, что, казалось бы, не имеет ничего общего с парадоксом Ферми, предлагает рамки, в которых эта загадка находит естественное объяснение:48
Гипотеза симуляции: Наблюдаемая нами физическая реальность на самом деле представляет собой симуляцию, созданную Программистами из лежащей в основе истинной реальности и запущенную на передовых компьютерах этой базовой реальности. В силу некоторой формы принципа индифферентности мы никогда не сможем надеяться доказать симулированную природу нашего мира, при условии, что Программисты никак не обнаружат своего присутствия. В качестве попутного следствия, симуляция настроена на изучение довольно ограниченного пространственно-временного объема, предположительно сосредоточенного вокруг Земли — в ней нет симулируемых внеземных разумных существ, а следовательно, нет и парадокса Ферми.
Бостром предлагает байесовский аргумент в пользу того, почему мы можем вполне рационально полагать, будто живем в компьютерной симуляции, созданной развитой технологической цивилизацией, обитающей в «реальной» Вселенной. Этот аргумент в духе SimCity имеет давнюю философскую традицию, восходящую как минимум к знаменитому второму «Размышлению» Декарта, где обсуждается уровень уверенности, которой мы можем обладать в отношении нашего эмпирического знания.49 Новые моменты в изложении Бострома включают предположение о том, что мы можем быть технологически ближе к необходимому уровню сложности вычислений, чем нам обычно кажется (со ссылкой на закон Мура), а также добавление байесовской обусловленности числом (или достаточно обобщенной ресурсной «стоимостью») таких «симуляций предков». Нетрудно заметить, как в рамках этой гипотезы решается любая версия парадокса Ферми: внеземные цивилизации, скорее всего, попросту находятся за пределами симуляции — точно так же, как, например, современные численные симуляции внутренней структуры Солнца пренебрегают существованием других звезд во Вселенной. Таким образом, гипотеза симуляции не так уж сильно отличается от Особого творения: в обоих случаях именно телеологический элемент разрешает проблему — наблюдаемая реальность, в
