и их повторение где-либо еще крайне маловероятно. Поскольку последнее условие подтвердить невозможно, такая теория, скорее всего, так и останется всего лишь «наилучшим (выведенным) объяснением». Если заселение произошло 4 миллиарда лет назад, вряд ли можно надеяться найти какие-либо прямые тому доказательства. Если же оно происходило так, как, по мнению Маутнера и других футуристов, человечество сможет сделать в ближайшем будущем — по сути, путем запуска контейнеров с земными бактериями к различным планетным телам в надежде, что достаточное их количество выживет, пустит корни и создаст новую местную биосферу, — то любые надежды найти остатки зондов-сеятелей нереалистичны, поскольку их неизбежно низкая стоимость и одноразовый характер, без сомнения, обусловят их недолговечность.
С другой стороны, эту гипотезу, по-видимому, можно было бы подтвердить, обнаружив цивилизацию, ответственную за заселение Земли, или найдя ее артефакты, хотя подобная ситуация породила бы массу дополнительных проблем. Очевидно, что эта цивилизация была бы на миллиарды лет старше нашей, что сразу же вызвало бы вопрос в духе Ферми: почему мы не замечали ее саму и ее деятельность раньше? А это, в свою очередь, могло бы подтолкнуть нас к рассмотрению другой связанной с этим радикальной гипотезы — лемовской «Новой космогонии», которая будет обсуждаться в разделе 4.7. Но прежде чем мы перейдем к ней, позвольте лишь упомянуть, что, если цивилизация Сеятелей в сценарии направленной панспермии окажется вымершей, все равно останется возможность, по крайней мере в принципе, установить наше биохимическое родство с ними через их артефакты, включая другие биосферы, заселенные из того же источника. Разумеется, нам потребовалось бы опровергнуть гипотезу о том, что за появление множества биохимически сходных биосфер ответственна обычная, ненаправленная панспермия (в случае чего StrongFP (сильный парадокс Ферми) останется столь же огромной проблемой, как и прежде). Существуют современные модели межзвездной панспермии вполне «естественным» путем (то есть непреднамеренным и не предполагающим присутствия каких-либо софонтов), однако возможность их реального действия в настоящем Млечном Пути остается, мягко говоря, под вопросом.70
Предпринимались попытки получить подтверждение направленной панспермии путем поиска предполагаемых закономерностей в универсальном генетическом коде. При направленной панспермии геном конкретных организмов, как и сам генетический код, был бы искусственным творением, поэтому, в принципе, можно было бы ожидать, что он содержит свидетельства своего преднамеренного происхождения, подобные сигналам SETI или METI (Messaging to Extra-Terrestrial Intelligence — отправка посланий внеземным цивилизациям). Раннюю и довольно наивную попытку в этом направлении предпринял Накамура, обнаружив якобы графическое послание в обезьяньем вирусе SV40.71 Недавно два казахстанских исследователя, Владимир Щербак и Максим Макуков, заявили, что арифметические закономерности в универсальном генетическом коде убедительно подтверждают его искусственное происхождение, то есть гипотезу направленной панспермии.72 Однако у подобной нумерологической аргументации есть та же скрытая проблема, что и у печально известного аргумента «Боинга-747 на свалке» в пользу невероятности абиогенеза: нам вовсе не обязательно предполагать, что альтернативой разумному замыслу является чисто случайное происхождение. Как раз наоборот: процессы, не являющиеся «ни случайностью, ни разумным замыслом», имеют решающее значение для современного понимания абиогенеза,73 и можно надеяться, что они помогут пролить свет на происхождение генетического кода. Подобно бесчисленным другим аргументам в пользу разумного замысла (даже натуралистическим, как в данном случае), аргумент Щербака и Макукова по сути не отличается от вывода Афанасия Кирхера, который в XVII веке провозгласил, что нашел доказательство существования сверхъестественного Творца, обнаружив в нетронутом куске кальцита возрастом миллионы лет узоры, напоминающие латинский алфавит. Поскольку существует множество гипотез о происхождении генетического кода, подобная свобода трактовки вполне допустима; один недавний обзор завершился отрезвляющим утверждением о том, что «общие аргументы в пользу принятия той или иной гипотезы о происхождении и эволюции генетического кода в значительной степени основаны на личных симпатиях авторов, а не на строгих научных рассуждениях».74 Пока мы не станем понимать эту тему гораздо лучше, крайне спекулятивные гипотезы с оттенком нумерологии будут время от времени появляться, как и во всех незрелых научных областях.75 Но естественный ход вещей таков, что по мере развития нашего понимания это будет происходить все реже (как это было, например, с физической космологией в первые десятилетия ее существования76).
Но зачем вообще использовать материю? Армянский физик Ваагн Гурзадян и его коллеги предложили радикальную концепцию информационной панспермии: формы жизни, существующие и путешествующие по Вселенной в виде чистой закодированной информации.77 В такой картине они вполне «могут быть здесь» без нашего ведома; следовательно, перед нами еще одно солипсистское решение загадки Ферми:
Захватчики в виде битовых строк: развитые софонты путешествуют и/или существуют (неопределенность сохраняется как на онтологическом, так и на технологическом уровне) в Галактике в виде закодированных битовых строк. Согласно популярной алгоритмической теории информации, (колмогоровская или битово-строчная) сложность любого объекта определяется длиной (в битах) наиболее компактного алгоритма, способного сгенерировать или воссоздать этот объект.78 Биологическая информация закодирована в геномах, которые из-за глубокой избыточности обладают гораздо меньшей колмогоровской сложностью, чем можно было бы наивно ожидать, и могут передаваться на межзвездные расстояния и декодироваться при скромных затратах. Такие битовые строки, закодированные в радиосигналах или электромагнитных волнах иного типа, могли бы стать гораздо более предпочтительным способом межзвездных путешествий для развитых софонтов — при условии, что в пункте назначения имеются декодирующие и воссоздающие устройства. Поскольку такие «призрачные потоки информации, потенциально способные стать живыми»,79 могли присутствовать на Земле и в Солнечной системе в эту эпоху, парадокса Ферми не существует.
Как и в случае с «Параноидальным стилем в галактической политике», мы имеем дело с глубоко закодированной информацией, которая выглядит как шум, но в данном случае это могут быть сами софонты, а не просто их сообщения. Заметим, что гипотезу «Захватчики в виде битовых строк» можно рассматривать как решение даже более слабых форм парадокса Ферми лишь при наличии целого ряда дополнительных допущений. Должна существовать сеть обнаруживающих и декодирующих устройств, что подразумевает цивилизацию, способную к межзвездным полетам и потенциально обнаружимую прямым путем. Чтобы объяснить столь единообразную культурную эволюцию, требуется особенно вопиющее нарушение требования неисключительности: по каким-то непостижимым причинам все многообразные потенциальные софонты в Галактике приходят к выводу, что они должны передавать себя в виде описаний битовыми строками. Если отправка таких квазиживых битовых строк действительно столь дешева, как утверждает Гурзадян, развитая технологическая цивилизация могла бы использовать этот способ, не прекращая при этом всей остальной своей потенциально обнаружимой деятельности, включая астроинженерные свершения. Следовательно, даже принятие всех предпосылок захватчиков в виде битовых строк может не принести никакого объяснительного преимущества. С положительной стороны, идея Гурзадяна предлагает
