А ведь он едва до нее дотронулся.
Она была на удивление чувственна и… честна. Если бы ему нужно было охарактеризовать Кассандру одним словом, со всей ее красотой, умом и загадками, он бы выбрал именно это – честная. Он не мог представить, чтобы она могла кого-либо предать, точно так же, как и он сам. Честь и все, что с ней связано, объединяли их.
Но и огромная страсть значила очень много.
Он сжал ее лицо ладонями и целовал снова и снова, потом коснулся изящного изгиба шеи, на секунду задержавшись там, где в такт ее сердцу билась жилка, вновь возвратился к губам и нежно ласкал их языком, прежде чем стремительно проникнуть вглубь. Он был вознагражден тихим стоном, и она изогнулась в его руках. Языки их сплелись, тела устремились друг к другу. Он скользнул бедром меж ее бедер и почувствовал влажный жар.
Ее била дрожь. Она никак не могла прижаться к нему достаточно сильно, чтобы погасить пламя, бушевавшее внутри. Волны удовольствия одна за другой сотрясали ее тело, но этого тоже было недостаточно.
Она не была абсолютно несведущей. Более взрослые женщины рассказывали о силе страсти достаточно откровенно. Она понимала, что могли женщина и мужчина испытать вместе… по крайней мере ей казалось, что понимала.
Но это… это было далеко за пределами ее воображения.
Он вновь прикоснулся к ней, как будто точно знал, чего она хотела. Кассандра задохнулась, схватившись за его плечи.
– Ройс…
– Так, как я хочу, – промолвил он, хотя голос его скорее напоминал стон, – мы сделаем так, как я хочу.
И оказалось, это значит, что ее подвергнут сладким мукам и пылкой нежности, сладострастной осторожности, пока накал ее чувств не достигнет предела. И пока самый настойчивый и на удивление выдержанный мужчина не убедится в этом, ничего не произойдет.
«Он огромен», – поняла она; одинокая мысль, затерявшаяся в сознании. Он знал это, учел был так осторожен, потому что она девственница и…
Крик, но не боли, а чистого и безграничного удовольствия вырвался из ее груди. Он взлетел над маленьким храмом, захороненным под землей, пронесся по пещере и, казалось, поднялся к самым небесам.
Гораздо позже, обнявшись, они прошли через пещеру и поднялись по каменным ступеням. Наблюдая, как Ройс заменил факел на подставке, Кассандра неожиданно осознала, что прошло гораздо больше времени, чем ей казалось. Они провели внизу несколько часов, день закончился, и наступила ночь.
Атрей.
Они вместе пошли в его комнату. Федра и Эндрю по-прежнему оставались с ним, как и Елена. Целительница выглядела очень уставшей, но во взгляде сквозило облегчение.
– Ванакс ненадолго открыл глаза около часа назад, принцесса. Он не заговорил, но все равно это весьма обнадеживающий знак.
– Он выживет, – сказала Брайанна, появляясь из тени. Она была бледна, но решительна. – Я в этом уверена.
– А как остальные? – спросила Кассандра, обрадовавшись этой надежде.
– Им уже лучше, – ответила Елена.
Кассандра вздохнула, наслаждаясь сладким ночным ароматом Акоры.
– Когда все это закончится, – заявила она, – у нас будет день благодарения. Нет, даже несколько дней. Будем пировать и петь. Соберем в полях цветы и заполоним ими Илиус. Украсим себя венками и будем пить вино.
Ройс тихо сказал:
– Когда все это закончится. Когда виновные в содеянном будут наказаны.
– Ну конечно, – согласилась она и повернулась, чтобы взглянуть на мужчину, открывшего ей прекрасные неизведанные дали.
– Когда восторжествует правосудие. Когда вернутся мир и спокойствие. Когда Акора будет в безопасности.
– Да будет все так, как ты говоришь, – пробормотала Федра и прижала к себе дочь.
Обнимая мать, Кассандра внезапно вспомнила себя ребенком, как когда-то Федра успокаивала ее. Федра, такая надежная мать, такой верный друг. Она всегда знала, что нужно сказать и сделать.
А сейчас ей самой нужна была поддержка.
– Так и будет, – сказала Кассандра, и в этот момент почувствовала себя намного старше, чем она была всего несколько часов назад, как будто годы вдруг взяли свое и детство неожиданно кончилось, а она до этого еще и не знала, что значит быть взрослой. С грустью она подумала о своем детстве, но знала, что пришло время двигаться вперед.
Эндрю шагнул вперед, он был ее отцом, но был и мужем. Он прижал Федру к себе. Через ее плечо он сказал любимой дочери:
– Думаю, тебе нужен отдых.
– Да, он ей необходим. – Ройс выступил вперед. – Елена, если что-то изменится, пришли кого-нибудь, пожалуйста.
Целительница кивнула:
– Как скажете, лорд Хоук… – Мудрые глаза, мягкая улыбка.
– Со мной все в порядке, – настаивала Кассандра, но он уже вел ее по коридору. Неожиданно она поняла, что совсем не против. Она хотела, чтобы он вел ее за собой, по крайней мере сейчас.
– Когда ты ела в последний раз? – спросил он. Прежде чем она успела ответить, они вместе вошли в ее покои. Он взял молоточек, лежавший возле маленького гонга, и ударил по мягкому металлу.
– Ела? Я даже не знаю.
– Вот и я об этом. А, Сида…
Служанка возникла как по мановению волшебной палочки.
– Лорд Хоук, – сказала она, поклонившись. – Принцесса… – Она слегка улыбнулась.
– Еды, пожалуйста, Сида, – сказал Ройс, – что-нибудь, что не займет много времени.
– А тебе, – сказала Кассандра, когда они вновь остались вдвоем, – все больше нравится командовать.
– Мне всегда нравилось, – сказал он и усмехнулся, переворачивая ее сердце, – ты просто не обращала внимания. Где здесь ванная?
– Что? К чему ему это?
– Ванная. Я в восторге от ванных на Акоре. На корабле я тогда поразился, но то, что потом увидел здесь, восхитительно.
– Я очень рада, что тебе нравится…
– Ванная… а, вот она где. – Он вошел в просторную комнату и осмотрелся с довольным видом. – Очень мило. А из чего сделаны трубы?
Она вошла следом:
– Из меди… наверное. Давным-давно они были глиняными, но с тех пор как стали медными, тоже прошли века.
– Вот это мне и нравится в вашей стране! – сказал он, открывая кран в форме лебедя, чтобы наполнить огромную ванну. – Все буквально дышит историей. В Англии даже пара веков кажется вечностью, многое теряется, многое неизвестно. Но здесь все совершенно по-другому. Здесь вы внимательно относитесь к каждой мелочи и бережно ее храните.
– Мы пытаемся…
– Да-да, конечно. Раздевайся.
– Что?
– Ну, ты же слышала! Раздевайся. Это что, масло для ванн?
Она взглянула на стеклянную бутылку, которую он взял, и медленно кивнула:
– Да, это цветочное масло… кажется. Ройс на мгновение задумался и сказал:
– Пожалуй, это то, что нужно. По крайней мере тебе этот запах подходит.
