кресло, а следом заваливаемся на пол. Точнее, на него заваливаюсь я, а Мили сверху. Она хохочет от души, говоря что-то о том, что Бог любит троицу, а мне вообще не до смеха. Я пи*дец как возбуждён. До смерти её желаю. Даже не собираюсь тратить время на повторную попытку добраться до спальни.
Переворачиваю Мили на спину, опираюсь предплечьями на мягкий ковёр и упираюсь головкой в мокрую промежность. Ох, чёрт! Все мыслительные процессы разом отрубаются. Дыхание учащается, пульс бомбит в висках, своим шумом скрадывает бо́льшую часть внешних звуков. Только Мили слышу. Вижу её исступлённый взгляд. И чувствую хаотичные прикосновения пальцев на моей шее и плечах.
Не терпится ангелу. Я знаю. Мне тоже. Но сначала нужно её подготовить. Спускаю руку между нашими телами и без труда нащупываю влажные складки. Провожу по ним, размазывая соки, и ныряю пальцем в девственную дырочку, дурея от мысли, что совсем скоро заберусь в неё другой частью своего тела.
– Марк… Ох… Но я не так хочу, – стонет милашка, а затем в противовес своим словам расставляет ноги шире и прогибается дугой, удачно подставляя мне под нос свою пышную грудь. – Я член твой хочу.
– Прекрасное желание, – издаю смешок. – И я его обязательно исполню. Только чуть позже, – обещаю я вкрадчивым голосом и смыкаю губы на призывно торчащем соске. Всасываю его и смакую, наслаждаясь звучанием дыхания и блаженных стонов Мили. Дьявол! Какая же она сладкая. Вся. Внешне невинная, внутри горячая, безумная, страстная… Дичайшее сочетание. Редкое. Раскладывающее мои нервные клетки на атомы. Сожрать её хочу. Опять. Без остатка.
Активно проникаю в Мили одним пальцем, чуть позже добавляю и второй. Он мычит, чуть морщится, кусает губы, но притормозить не просит. Отлично. Всё равно не смог бы уже остановиться.
С хлюпающим звуком погружаю пальцы в тугую влажность, терзаю её сиськи рукой, губами, зубами, не жалея, не сдерживаясь и издавая какие-то странные мычания. Наверняка на её бледной коже останутся отметины. И это прекрасно. Как представлю их, так член ещё сильнее каменеет, а выдержка вконец трещит по швам.
К счастью, долго ждать и терпеть не приходится. Ещё несколько проникновений — и горячие тугие мышцы начинают сокращаться вокруг моих пальцев. Мили до боли сжимает мои волосы в кулаке и издаёт протяжный громкий стон. Её мокрое тело, пахнущее дождём и мной, содрогается в экстазе. Залипательная картинка. Не могу отвести взгляд. Так и пялюсь на неё, пока в темпе дотягиваюсь до джинсов, достаю из кармана презерватив и дрожащими пальцами раскрываю упаковку. Жесть! Даже пару раз роняю квадратик фольги на пол. Так колбасит, словно это я вот-вот лишусь невинности. Хотя нет… Меня даже в первый раз так сильно не лихорадило. И не было настолько остро, горячо и приятно, как это происходит сейчас.
Нависаю над разморённой милашкой, хватаю одной рукой за задницу и, поймав момент, когда она максимально расслаблена, одним резким движением толкаюсь в тугое отверстие, заполняя Мили до упора.
Она тут же вскрикивает, а я… я… бля, кажется, я сдохну сейчас. В глазах темнеет, дыхание стопорится, сердце слетает с катушек, из горла вырывается хрип. Разве может быть настолько обалденно? Сладко? Тесно? До помутнения рассудка? Разве может настолько сносить крышу от простого проникновения? И почему с другими такого кайфа не было? Почему я испытываю его только с ней?
Мили напрягается и сильно впивается ногтями в мои плечи, пока я в себя прийти пытаюсь. А как только более-менее ловлю контроль над физикой и разумом, целую её опухшие губы и выдыхаю:
– Укуси меня. Сильно.
– Что? Зачем?
– Хочу, чтобы не тебе одной было больно.
– Нет, – мотает головой.
– Давай, Мили. Кусай.
– Я не буду, – скулит она и тут же вонзается зубами в моё плечо, когда я выхожу из неё почти полностью и погружаюсь вновь.
– Да, блять… Умница, – удовлетворённо шепчу я, захлёбываясь смесью острой боли и наслаждения.
Сердце громко бьётся в ушах, тело трясёт. Делаю глубокий вдох-выдох. Беру себя в руки, обнимаю Мили крепче и начинаю совершать движения бёдрами. Неспешные. Плавные. Но глубокие. До самого конца, ощущая тесный влажный рай каждым сантиметром члена. Улёт! Картинка перед взором плывёт. Дыхание рвётся на череду рваных вдохов. Вхожу и выхожу. С титаническим трудом сдерживаюсь, чтобы не сорваться на бешеный темп и, чтоб меня, не кончить с первых же толчков. Не спешу. Растягиваю малышку, даю ей привыкнуть к новым ощущениям. Вижу, что ей до сих пор больно. И адская пульсация в моём плече — прекрасное тому подтверждение.
Мили кусает меня, на каждом толчке сильнее сцепляя зубы на саднящей коже. И обнимает так, словно без тактильного контакта со мной она не выживет. Чёрт! Нереально. Слишком сильно. За гранью. Выше моих сил — бороться с этим умопомрачительным коктейлем боли и нежности. Он рушит ко всем чертям мою выдержку, и я всё-таки кончаю.
Оргазм обрушается на меня неожиданно. Нет ни единой возможности тормознуть его или отсрочить. В горле вибрирует протяжный стон, ярких всполохов в глазах становится в разы больше. Мощный раскат удовольствия на долго выбивает из реальности, тело сотрясают конвульсии, пока я изливаюсь внутри Мили и шумно таскаю воздух.
– Охренеть! Это бомба! – хриплым голосом описываю только что пережитый мной оргазм, выбираюсь из Мили и устало опадаю на неё. Щекой к груди прижимаюсь и с минуту просто лежу, пытаясь нормализовать свой пульс и слушая гулкий стук её сердца.
Ангел зарывается пальцами в мои волосы и поглаживает голову. Ничего не говорит, а только вскоре начинает всхлипывать. Слышу её плач и сразу приподнимаю голову, даже во мраке замечая Милины слёзы.
– Всё было настолько ужасно, да? – с сожалением спрашиваю я, нежно стирая капли с её горячих щёк.
– Нет, конечно нет, – хлюпает она. – Было больновато, но всё было потрясающе. Мне очень понравилось.
Я безрадостно усмехаюсь.
– Мили, твой первый секс произошёл на полу с мудаком, который даже до постели тебя донести не смог, а потом ещё кончил всего через две минуты. Как это могло понравиться? Ты явно совсем иначе представляла свой первый раз.
– Да, иначе, – ещё один всхлип, раздирающий все внутренности на части. – Но реальность оказалась в разы круче всех моих фантазий.
– Что за ерунду ты несёшь?
– Это не ерунда, а правда. Мне очень понравилось.
– Ага. Вижу я, какая ты
