Мы можем смириться с некоторыми из этих проблем, но если они все долгое время остаются нерешенными, это создает опасную ситуацию, в которой здоровью пациентов причиняется вред из-за недостатка знаний. Не страшно, если рынок, например, наводнен посредственными лекарствами или такими, качество которых хуже аналоговых препаратов. Если врачи и пациенты знают об этом, они могут быстро и без вреда для себя выбрать нужное средство. Однако это невозможно, если нам ничего не известно о вредных и полезных свойствах препаратов. Всегда были и будут существовать программы и внедряться меры, направленные на поддержание этих стандартов: NICE (Национальный институт здравоохранения и качества медицинской помощи), попросив предоставить больше сравнительных данных, чтобы вынести решение по отношению цены и качества, сделал благое дело. С моей точки зрения, для исправления ситуации требуется изменить сознание людей и их отношение к появлению на рынке новых лекарств. Но прежде чем сделать это, нужно обязательно выполнить несколько простых мероприятий.
1. Фармацевтические компании нужно обязать предоставлять данные, показывающие, как их новое лекарство сравнивалось с лучшим имеющимся на текущий момент препаратом. Информация должна быть предоставлена по каждому новому лекарству до того, как оно попадет на рынок. Пусть иногда будет лицензироваться лекарство, полезные свойства которого не так хороши, как у его имеющегося на рынке аналога. Если у пациента наблюдается реакция отторжения на обычно используемое средство, полезно иметь у себя в арсенале другие, менее действенные препараты. Однако нам нужно знать относительные риски и полезные свойства медикаментов, если мы хотим принимать осознанные решения.
2. Государственные ведомства и спонсорские организации, оплачивающие оказание медицинских услуг, должны использовать свое влияние, чтобы заставить компании проводить больше информативных исследований. Правительство Германии лидирует на этом поприще, так как еще в 2010 году основало агентство IQWiG, которое занимается изучением фактов, подтверждающих действие новых сертифицированных лекарств, с целью принятия решения, должны ли они оплачиваться компаниями Германии, оказывающими медицинские услуги, или нет. IQWiG оказалась достаточно смелой, чтобы потребовать проведения качественных исследований с выполнением оценки реальных результатов, и уже отказала в оплате за некоторые лекарства, по которым были поданы неубедительные подтверждающие факты. В результате компании отложили выпуск новых лекарств на рынок в Германии и теперь занимаются поиском более убедительных данных, подтверждающих, что препарат действительно оказывает определенный эффект.55 Пациенты не введены в заблуждение, так как нет весомых фактов, доказывающих эффективность этих новых лекарств. Германский рынок лекарств — самый большой в Европе. Он насчитывает 80 млн пациентов, проживающих в далеко не бедной стране. Если все покупатели по всему миру откажутся покупать лекарства, эффективность которых подтверждена слабо, тогда компании будут вынуждены проводить качественные исследования гораздо быстрее.
3. Вся информация о неблагоприятных и полезных свойствах лекарств, которую предоставляют фармацевтические компании в государственные ведомства, должна находиться в открытом доступе, а все данные должны храниться в международных и национальных органах надзора, кроме информации частного характера. Это не только обеспечит открытость и прозрачность деятельности, но и принесет ряд других преимуществ. При наличии свободного доступа к информации о лекарствах мы можем прибегнуть к помощи сразу нескольких специалистов для решения различных проблем, связанных с данным конкретным препаратом, анализируя его более тщательно и рассматривая с разных точек зрения. Росиглитазон, лекарство от диабета, был удален с рынка из-за побочного действия на сердце, однако эта проблема была выявлена не государственным агентством по надзору за медикаментами, а учеными, работающими над данными, которые вдруг стали более доступными обществу для ознакомления, благодаря судебному разбирательству. Вредные свойства «Виокса» были замечены независимыми учеными, не принадлежащими к кругу работников госведомств. Опасные свойства препарата от диабета под названием бенфлуорекс опять-таки были выявлены не госорганом, а независимыми учеными. Чиновники государственных органов не должны быть единственными, у кого есть доступ к подобного рода данным.
4. Мы должны стремиться создать лучшую площадку для информирования пациентов о полезных и неблагоприятных свойствах лекарств. В госорганах используются косные, формальные, устаревшие подходы, не приносящие результатов, а сами госслужащие действуют в интересах ведомства, а не в интересах врачей и пациентов. Если вся информация абсолютно доступна, ее можно облечь в более подходящую для использования форму, и это может сделать любой, у кого есть доступ к ней. Данное мероприятие должно быть проведено за счет общественных фондов и продано, в зависимости от бизнес-модели.
Все это просто. Но есть более общий вопрос, которому ни одно правительство не уделило должного внимания, так как чиновников больше волнуют аспекты культуры в медицине: нужно проводить больше исследований. Если мы не можем точно сказать, какое лекарство лучше, нужно просто сравнить два разных препарата между собой и выбрать то, которое будет эффективнее влиять на болезнь и иметь менее тяжелые побочные эффекты.
Всего этого можно достичь, и в конце следующей главы я изложу свои предложения относительно того, как можно проводить исследования дешево, эффективно и почти универсальным способом. Такой подход можно будет использовать на стадии лицензирования каждого нового лекарства и на протяжении всего лечения. Но сначала я хочу рассказать вам о том, какие чудовищные нарушения имеют место во время проведения фармацевтическими компаниями клинических исследований.
Глава 4
Обман в исследованиях
До сего момента я говорил о проведении клинических исследований как о чем-то само собой разумеющемся, как будто в них нет ничего сложного: просто берете несколько пациентов, разделяете их на две группы, даете первой одно лекарство, а второй — другое, потом немного погодя смотрите, есть ли разница в результатах, продемонстрированных обеими группами.
Скоро мы увидим, как можно различными способами фундаментально исказить и ход эксперимента, и анализ результатов так, чтобы преувеличить эффективность лекарств и скрыть вред, приносимый ими. Некоторые из применяемых уловок и приемов являются грубым нарушением закона: мошенничество, например, непростительно и бесчестно. Некоторые трюки балансируют на грани, превращая информацию в полуправду. Некоторые могут пойти на крайние меры в трудной ситуации, чтобы сэкономить деньги или получить результаты как можно быстрее, и поэтому можно судить о каждом конкретном исследовании, только зная все его обстоятельства. Однако, я думаю, ясно то, что во многих случаях люди прибегают к нечестным приемам под давлением ложных стимулов.
Также следует помнить, что многие нечестные исследования, включая те из них, о которых речь пойдет дальше, проводятся независимыми учеными. Фармацевтические компании не устают подчеркивать, что при проведении сравнения методов независимо проспонсированных исследований с методами исследований, оплаченных производителями лекарств, последние оказывались более удачными. Возможно, это и правда, но данная информация почти что не относится к делу по простой причине: независимые исследователи всего лишь статисты в этом спектакле. 97 % клинических исследований, о которых сообщается в печати, спонсируются фармацевтическими компаниями. Они составляют львиную долю всех проверок лекарств, поэтому организующие их специалисты задают тон и устанавливают стандарты.
Наконец, прежде чем мы перейдем к сути дела, хочу предупредить читателей, что следующая глава довольна сложна. В ней излагается сложная для понимания обычного, рядового гражданина информация научного характера, которую по силам усвоить каждому, однако в некоторых случаях от вас потребуется прилагать больше мыслительных усилий, чем обычно. Для особо трудных случаев я привожу краткое резюме в начале, после чего идет изложение всей истории. Если подробная информация окажется слишком сложной для вас, можете пропустить все детали и полагаться на краткую выжимку в начале статьи. Я не обижусь. Что касается последней главы, посвященной уловкам в маркетинге, то она просто нашпигована ужасными историями, которые вам никак нельзя пропустить.
Итак, об обмане в исследованиях.
Явный подлог
Подлог и фальсификация данных — это настоящая пощечина обществу. В этой главе мы познакомимся с различными коварными уловками, с пограничными случаями (балансирующими на грани полуправды и полулжи), и случаями изящного плутовства на грани дозволенного. Из всех способов одурачивания больше всего я не люблю подлог, потому что для подделки чего бы то ни было большого ума не требуется. Мошеннику не нужны ни изощренная методология, ни умение правдоподобно отрицать вину, ни доводы, подкрепляющие факты. Мошенник берет и просто выдумывает результаты. Уничтожать информацию, игнорировать факты, придумывать — и так по кругу — вот и все, что ему нужно уметь делать.
