— Да, тогда в Таранто та бомба взорвалась…
— Точно так, Ваше Величество. Ту бомбу делали профессионалы из группы Бориса Савинкова, а эту — какие-то самоучки с кривыми руками.
Наталья постаралась хотя бы немного разрядить обстановку, прекрасно зная, что это воспоминание крайне болезненное для ее госпожи. Лишь чудо, толщина дубовых досок трибуны да отчаянный прыжок помощника князя Волконского господина Жилина, прикрывшего принцессу Иоланду своим телом, уберег тогда будущую русскую Императрицу от верной гибели.
Но Царицу было непросто сбить с линии ее размышлений. Упрямство было фамильной чертой не только Романовых.
— Натали, что говорил этот безумец во время допроса об Армагеддоне?
Досадуя на неудавшуюся попытку, перевести разговор на другую тему, Иволгина была вынуждена отвечать. А что отвечать? Императрица сама все слышала там на улице. И многие слышали вокруг: «Шестой Ангел вылил чашу свою в великую реку Евфрат: и высохла в ней вода, чтобы готов был путь царям от восхода солнечного… И я увидел жену, сидящую на звере багряном… И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом… Горе, горе тебе, великий город! Рим — блудница вавилонская, вновь возрождается! Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его шестьсот шестьдесят шесть!» И надо же было так совпасть, что прибывшая с Востока Государыня была в багряном платье, а случайно подвернувшийся один из коней охраны, на котором она вернулась на место происшествия, оказался именно рыжим! Да еще и в момент провозглашения возрождения Римской Империи! Это был не просто скандал, это могло иметь катастрофические последствия. Столько сил, времени и денег было положено на создание образа «Благословенной Марии», а тут такое! Да, и, вообще.
— Это трудно назвать связной речью, Ваше Величество. Его разум помутнен. Он все время выкрикивал какие-то цитаты из Библии, причем довольно хаотически, перескакивая с одного места на другое. Все время впадал то в глубокое отчаяние, то случалась с ним вспышка ярости, то вновь наступала депрессия, и тогда он лишь бормотал проклятия.
— В чей адрес?
— В том числе и в свой собственный, проклиная себя за то, что не смог осуществить задуманное. Сейчас с ним работают дознаватели, в том числе и римские. Ваш царственный отец прислал одного из лучших психиатров Италии. Думаю, что со временем у нас будет больше сведений. Служба безопасности и полиция ищут след сообщника или сообщников. Но, Ваше Величество, не следует забывать о другом покушении, о котором предупреждала баронесса Эфрусси де Ротшильд. Возможно было бы благоразумным отменить сегодняшние встречи? Те же суфражистки, с которыми вы желаете встретиться, весьма опасны и терроризм у них в почете.
— Ты же сама докладывала о том, что в среде этих самых суфражисток я весьма популярна.
— Это так, Государыня. Но никто не может гарантировать, что в их рядах не появится та, которая пронесет бомбу или пистолет на эту встречу. Кого-то из них могут подкупить, запугать, шантажировать. Конечно, в зале будет ваша охрана, в толпе будут барышни из службы безопасности, я буду рядом, в конце концов, но…
Императрица покачала головой.
— Нет, Натали. Ты и так вычеркнула из списка всех, кто вызывал у тебя сомнения. Я не могу отказаться от этих встреч. Заседание совета общества «Италия-Россия», доклад принципессы Боргезе о моих интересах в Италии, встреча со знаковыми семьями и людьми на вилле Боргезе, газета, суфражистки те же. Это большая политика и Большая Игра. И ты, как глава моей личной разведки, должна это прекрасно понимать.
— Да, моя Государыня.
— Суфражистки — наши агенты влияния, как сказал бы мой царственный супруг. Они — тот самый вагон динамита, который взорвет патриархальную консервативную Европу. Россия и Ромея уже стали образцом для подражания, и мы должны сохранить идеологическое лидерство среди пассионарной публики.
— Да, моя Государыня.
— И вот еще что, Натали. В Рим прибыла французская Августейшая семья. России нужен союз с Францией и нужны хорошие отношения с французской монаршьей семьей. А посему, мне нужны сведения из первых рук о том, что происходит вокруг юного короля, его королевы-матери и Изабеллы-младшей. И нужно переключить внимание матери и дочери с моей персоны на другие дела и перспективы. Ты меня понимаешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да, моя Государыня. Задачу я поняла.
Что ж тут не понять, если Изабелла-младшая мечтала (да и мечтает) выйти замуж за русского Императора, а французская королевская семья видит в браке Михаила Второго с итальянской принцессой не только досадное недоразумение, но и прямую угрозу Франции? А при таких раскладах так легко возникает соблазн зайти очень далеко.
Очень далеко.
Если дать такую возможность. И не принять меры предосторожности.
Что ж, как говорится: «Если занять людей их собственным делом, то в чужие дела они уже не сунут носа», не так ли?
* * *
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. САПИЕНЦА — РИМСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ. 24 сентября (7 октября) 1917 года.
И вот теперь Натали стояла у кресла своей повелительницы и готова была в любой момент стать тем последним заслоном, который спасет Императрицу Марию в случае возникновения реальной угрозы.
А собравшейся публике палец в рот не клади, ибо откусят по самое ого-го. Одно слово — суфражистки.
— Кристабель Панкхёрст, Женский социально-политический союз, Великобритания. Правда ли, что многие женщины из Европы и Америки, которые не готовы мириться с ущемлением своих прав, переехали сейчас в Россию и многие из них записались в русскую армию? И второй вопрос, с вашего позволения, Ваше Императорское Величество. Считаете ли вы справедливой борьбу женщин за свои права?
— Благодарю вас за хороший вопрос, синьора Панкхёрст. Да, в Россию и Ромею сейчас устремились многие женщины, это правда. В Единстве не делают различий в правах мужчин и женщин, не случайно наше общество зовётся Единством, а наша основная идея — Освобождение и Служение обществу. Что касается борьбы за женские права в Европе и мире, то, конечно, я им симпатизирую. Однако я против любых насильственных действий, тем более против взрывов бомб и прочего непотребства.
— Но, простите, Ваше Величество, а если мужчины-шовинисты не хотят видеть в нас людей?
Маша развела руками.
— Ну, что я могу тут посоветовать? Боритесь мирными методами. Или приезжайте к нам, у нас всех встречают по способностям, а не по особенностям предметов гардероба. Вообще же, как говорится, мужчинам проще дать женщинам то, что они требуют, иначе они возьмут это сами. Мирными методами, разумеется…
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МИТАВА. ОПЕРАТИВНЫЙ ШТАБ СИЛ СПЕЦИАЛЬНЫХ ОПЕРАЦИЙ. 24 сентября (7 октября) 1917 года.
Слащев обвел взглядом присутствующих офицеров.
— Итак, господа. Поступили новые данные разведки. Судя по всему, германцы начали спешный вывод своих войск из Курляндии. Не мне вам рассказывать об отчаянном положении союзных войск на Западном фронте, а судя по всему, именно туда и перебрасываются войска с нашего участка. Наша задача максимально затруднить и замедлить отвод немецких войск, давая возможность американцам перебросить во Францию дополнительные дивизии.
Граф указал на карту.
— После взятия нашими войсками Либавы, Виндавы, Митавы и Шавли, 20-й армейский корпус немцев оказался на севере Курляндии под угрозой окружения. Сплошной линии фронта там, как вы понимаете, нет, равно как и сил на полноценное окружение у нас недостаточно. Однако, особенности грунта Прибалтийского края и начавшаяся осенняя распутица, привязывают германский корпус к дорогам. По поступившим сведениям, одним из пунктов, через который планируется эвакуация частей корпуса, станет узловая станция Туккум, соединяющая дороги на Виндаву, Митаву и Ригу. После завершения вывода войск, команде минеров поставлена задача уничтожить все стрелочное хозяйство на указанной станции, взорвать вокзальные строения и депо, что, как вы понимаете, весьма затруднит наши собственные транспортные возможности.
