Атлас взяла меч Дамона, до того висевший на столбике кровати.
— Ничего не стоящий, говоришь? Хм… — Девушка обнажила клинок, провела по лезвию большим пальцем, но тут же порезалась, отдернула руку и сунула палец в рот, присосавшись к нему, словно к горлышку бутылки. — Может, для тебя он ничего и не стоит, но держу пари, за него можно выручить немало стальных монет. Представь себе, мы тоже покидаем Блотен — теперь, когда у нас есть достаточно богатств для этого. И все благодаря тебе и твоему приятелю.
Эльсбет тем временем надела заплечный мешок и склонилась над Грозным Волком. У нее на поясе тоже висел нож с длинным лезвием, точно такой же, как у трех других девиц, с рукоятью, обмотанной коричневой змеиной кожей, на которой был вышит символ, означающий принадлежность к воровской гильдии.
— Вы — не единственные воры в этом жалком городе. И мы, очевидно, намного более опытны в воровстве, чем вы. Чем были вы. — Эльсбет сняла с пояса нож и рукоятью ударила Дамона в грудь, потом еще и еще, затем лезвием провела по его животу, оставив тонкую кровавую полосу. — Поскольку порошок не усыпил тебя полностью, держу пари, ты сейчас все чувствуешь. По крайней мере, я очень надеюсь на это. — Женщина наотмашь хлестнула Грозного Волка по лицу, отступила на пару шагов, чтобы оценить свою работу, и продолжала наносить удар за ударом.
Дамон попытался справиться с веревками, которыми его привязали к кровати, но единственное, что ему удалось, это слабо пошевелить руками и ногами. Путы были слишком тугими, а узлы затянуты так, словно над ними трудился матрос. Грозному Волку подумалось, что он сумел бы освободиться, будь у него прежние силы и острый ум, но отравленное пойло поубавило и то и другое.
С трудом повернув голову, Дамон увидел, что к лежащему без сознания Мэлдреду подошла Атлас.
Почувствовав взгляд бывшего рыцаря, девушка обернулась к нему:
— Когда я услышала, что за тебя назначена награда, то сначала подумала сама получить ее, но все-таки я воровка, а не охотник за головами.
— Так что будем с ними делать? — спросила одна из девиц.
— Никаких свидетелей, — ответила Атлас. — Ты же знаешь наши правила.
Эльсбет поцокала языком:
— Что-то ты плохо выглядишь, господин Дамон Эвран Грозный Волк. Я бы с удовольствием развлекалась с тобой и дальше, но Атлас права — оставлять свидетелей нельзя. — Она подняла голову Дамона, расстегнула золотую цепь и повесила себе на шею, браслет с правого запястья Грозного Волка перекочевал на ее руку. — Мы не можем позволить себе этого, иначе о наших делах станет известно. Ты же меня понимаешь, не так ли?
Две женщины подхватили мешки с награбленным и вылезли в окно. Третья подняла двуручный меч Мэлдреда, прикидывая, как лучше его нести.
Атлас надела Скорбь Лэхью и покрасовалась перед Дамоном, чтобы он мог видеть камень, висящий на платиновой цепи, спускающейся почти до самой ее талии, и рассыпающий крошечные искры отраженного пламени свечи. Решив, что Грозный Волк полюбовался достаточно, девушка спрятала камень под рубаху и хитро улыбнулась.
— Этот здоровяк… Мэлдред, так, кажется, ты его называл? Он мой, — заявила Атлас. Она занесла Убийцу Червей над телом силача и, продолжая смотреть на Грозного Волка, направила острие в самую середину позвоночника.
— Я убью его твоим ничего не стоящим мечом. Это будет быстро. Возможно, он даже ничего не почувствует.
— А ты, полагаю, достанешься мне, Дамон Грозный Волк. — Эльсбет вытащила длинный нож и приблизилась.
Внезапно Дамон перестал видеть женщин — его зрение помутилось, перед глазами закружилась серо-черная муть. В центре серого водоворота различалась только маленькая светящаяся точка, очевидно пламя свечи.
— Я и вправду с радостью провела бы с тобой ночь, сладкий мой. Ты не представляешь, какое наслаждение способна я доставить в обмен на драгоценности.
— Сначала я, Эльс, — промурлыкала Атлас. Стройная эрготианка подмигнула сообщнице и еще выше подняла клинок над спиной Мэлдреда, но внезапно в изумлении отпрянула от кровати, поскольку дверь распахнулась от чьего-то мощного пинка и с такой силой ударилась о стену, что зеркало, висящее на ней, сорвалось и разлетелось по полу сотней осколков.
— Во имя Богов, что это?… — Эльсбет повернулась, схватилась за кинжал и сузила глаза, рассматривая женскую фигуру, возникшую в дверном проеме.
Фонарь, висевший в коридоре, высветил невысокую полуэльфийку с ниспадающей на плечи гривой серебристых волос, в просторных одеждах цвета морской волны. В каждой руке девушка держала по кинжалу с длинными волнистыми лезвиями, лепестки ее розовых губ кривила усмешка.
— Не что, во имя Богов, — поправила она. — Кто. Во имя Богов, кто! Меня зовут Рикали Локвуд. Я не буду возражать, если вы убьете двух червей, которых так старательно связали, и тем самым принесете нашему миру большую пользу. Мне бы очень хотелось, чтобы вы сделали это медленно и болезненно. А пока вы будете этим заниматься, я бы хотела получить немного тех сокровищ, которые вы забрали, потому что тоже намерена принять некоторое участие в вашей работе.
Глава 6
Странное семейство
Три воровки уставились на полуэльфийку.
— Слышите? Я хочу присоединиться к вашей компании, — продолжала Рикали, поочередно разглядывая Эльсбет, Атлас и третью девицу, которая тут же бросила возиться с мечом Мэлдреда, с грохотом швырнула его на пол и потянулась к ножу на поясе.
— Свинство какое! Но вам нет причин проявлять недружелюбие. Я только хочу принять участие в вашем деле, леди. — Последнее слово она презрительно растянула, после чего сплюнула. — Я отлично знаю, что здесь произошло. Эти люди пришли сюда, чтобы весело провести время, и скорее всего, получили то, чего хотели. А вы тем временем опоили их, потом ограбили и едва не убили. Я подкупила трактирщика, и он сказал, что на сегодняшнюю ночь вы сняли все комнаты, чтобы никто не явился и не потревожил вас, не смог вам помешать. Но я явилась — и потревожила. Вот так.
Атлас оглянулась через плечо и отметила, что Мэлдред до сих пор не очнулся после влитого в него отравленного пойла.
— Послушай, эльфийка…
— Полуэльфийка. — Рикали откинула волосы так, что стали видны заостренные уши.
— Не важно. Я не знаю, откуда ты явилась, женщина, но…
— Я пришла из столицы Блотена. Поистине прекрасный город… — При этих словах в ее голосе прозвучал неприкрытый сарказм. — Дамон Грозный Волк бросил меня там одну без гроша в кармане, пообещав, что вскоре вернется за мной. — Рикали на мгновение умолкла, впившись в Дамона раздраженным взглядом. — Я должна была сразу догадаться, что он лжет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
