И прежде чем Доннаг успел сказать еще что-нибудь, Грозный Волк отпрыгнул от стола, опрокинув стул, выхватил из ножен Убийцу Червей и бросился на повелителя людоедов.
— Стра… — начал было Доннаг в этот момент, но тяжелый кулак Дамона врезался в его живот, и Вождь рухнул обратно в кресло.
— Он стоящий, — задыхаясь и тщетно пытаясь подняться, прохрипел Доннаг. — Поверь нам. Он действительно…
— …кусок коровьей лепешки, — отрезал Дамон. — Такой же, как и ты. Его магия не работает.
Людоед печально покачал головой и удобнее устроился в кресле, тщетно стараясь держаться с достоинством. Вытянув шею, он попытался взглянуть на сына, но того загораживали широкие плечи Дамона, поэтому Вождь не увидел, что Мэлдред сидит с каменным лицом, не выражающим никаких эмоций.
— Сейчас магия действует не так, как в те времена, когда ковали меч. Возможно, сейчас…
— Я думаю, ты всегда знал, что этот меч бесполезен.
Вождь поднял дрожащую руку, призывая дослушать, но в ответ Дамон коленом вжал Доннага в кресло и приставил лезвие к его горлу. Мэлдред за его спиной медленно поднялся и осторожно отошел от стола.
— Дамон… — предупредил силач.
— Да! Бесполезен! Но твою никчемную жизнь он оборвать способен!
Дамон поглядел на эльфийскую вязь, выгравированную на лезвии. Меч будто догадался, что его обсуждают — магические знаки светились слабым голубым светом. Грозный Волк не мог прочесть их, да это и не имело значения. Он знал только, что Убийца Червей, меч Таниса Полуэльфа, был выкован эльфами и, как говорили, за прошедшие столетия сменил множество хозяев и имен. Предполагалось, что он был братом-близнецом Губителя Червей, которым во время Второй Драконьей Войны владел эльфийский герой Кит-Канан.
Легенда гласила, что этот клинок был передан оружейниками Сильванести королевству Торбардин. Оттуда он попал к эрготианцам, а потом уж в руки Таниса Полуэльфа. Считалось, что клинок был похоронен вместе с великим Героем Войны Копья. Да и Доннаг утверждал, что получил меч от одного грабителя могил.
— Тебя и в самом деле нужно убить, — твердо сказал Дамон. — Твоей стране это пойдет только на пользу.
— Мэлдред, сынок, — прохрипел Доннаг. — Останови его.
Дамон напрягся, ожидая, что силач бросится на помощь отцу, но Мэлдред стоял, не меняя каменного выражения лица.
— Оставь нас, — приказал Дамон служанке, которая неподвижно стояла у стены. — И держи язык за зубами. Поняла?
В его голосе и взгляде был лед, и девушка быстро выбежала из столовой, бросив поднос с кубками. Грозный Волк помолчал, прислушиваясь к ее удаляющимся шагам, в любую минуту ожидая топота стражников, потом яростно продолжал:
— Ты ничтожество, Доннаг. Такое же никчемное, как этот меч. Единственная разница — он не дышит и лишает этой способности людей, более достойных жизни, чем ты. Меч Таниса Полуэльфа? Ха! Очень в этом сомневаюсь. Его нужно расплавить и залить тебе в глотку.
Лицо Дамона побагровело от гнева, черты заострились, темные глаза расширились. От страха Доннагу показалось, что перед ним разверзлись две бездонные пропасти.
Вождь людоедов пытался что-то сказать, но свободная рука Грозного Волка молниеносно сдавила ему горло. От ужаса лицо Доннага, бледное от природы, стало мертвенно-белым.
— Не спорю, меч уберег меня от дыхания потомков — их кислота не жгла меня.
— Дамон… — вновь предостерег Мэлдред, подойдя на несколько шагов.
— Но меч Таниса, насколько я знаю, помогает находить его владельцу места, где спрятаны сокровища и артефакты. Вот это было бы действительно нечто стоящее.
Глаза Доннага умоляли о пощаде, но пальцы Грозного Волка все крепче впивались в его горло, а колено сильнее давило на грудь.
— Тебя также немного оправдывает, что клинок правильно выбрал Скорбь Лэхью, когда я попросил его подыскать что-нибудь достойное моего внимания среди безделушек в твоей сокровищнице.
— Дамон… — Теперь Мэлдред стоял прямо позади него.
— Но он не раскрыл тайну того, что мне действительно необходимо — лекарство от проклятой чешуйки у меня на ноге. Видение болота — вот что он мне показал. Странные туманные образы. Ты что, дразнишь меня, Доннаг?! Водишь за нос, как коварный лис?! Ничтожество!
Мэлдред подошел к креслу и взглянул на мертвенно-бледное лицо Вождя.
— Это мой отец, — тихо произнес людоед в обличье человека, обращаясь к Дамону. — Я не испытываю к нему особой любви, иначе жил бы здесь, вместо того чтобы путешествовать с тобой. Но если ты убьешь его, управление страной ляжет на мои плечи. Отказаться будет невозможно, так что лучше, если это случится как можно позже.
Челюсть Грозного Волка шевельнулась, он чуть-чуть ослабил хватку на горле Доннага:
— Я бы должен продырявить тебя этой никчемной вещью, ваша ничтожная светлость. — Дамон потянул носом воздух и презрительно усмехнулся — Вождь людоедов испачкал свои царские одежды. — Я бы оставил этот проклятый меч здесь, но ты ведь найдешь другого глупца, который купит его, а мне бы не хотелось, чтобы ты получил двойную плату.
— Ч-чего ты хочешь? — просипел Доннаг, силясь вздохнуть.
— Чего я хочу? — Дамон отпустил горло людоеда и помолчал, пока Вождь хватал ртом воздух. — Я хочу… я хочу?… Я хочу больше никогда не встречать тебя! — взревел он. — Хочу больше никогда не появляться в твоем расчудесном городе, никогда не ступать на землю твоей несчастной страны и… — Тут Грозный Волк взглянул на брошенный мешок, и его лицо озарила по-настоящему довольная улыбка. — …И я хочу два мешка, набитых твоими самыми изысканными драгоценностями. Один для меня, второй для твоего сына. Я наполню все карманы золотом. Увешаю руки браслетами, обмотаю цепочками. Но это не все. Я хочу еще кое-что…
— Ч-то еще?
Бывший рыцарь задумчиво пожал плечами. Доннаг беспомощно посмотрел на сына, но тот сделал вид, будто судьба отца его не заботит.
— Еще фургон сокровищ. Два фургона, Доннаг. Десять! Я хочу получить назад в десять раз больше, чем заплатил за этот проклятый меч.
Доннаг тяжело дышал, потирая горло.
— Мы можем дать тебе все, что ты хочешь, но это будет украдено прежде, чем ты минуешь наши горы. Ты и наш сын — не единственные воры в этой стране. На каждой дороге могут встретиться грабители. И хоть оба вы выглядите достаточно внушительно, вас возьмут числом.
— Либо разбойники возьмут числом, либо настигнут его наемные убийцы, — прошептал Мэлдред.
Дамон с такой силой ударил кулаком по подлокотнику кресла Доннага, что старая древесина раскололась:
— Я хочу…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
