— Эх ты… вот это да-а-а…
И это действительно было «да-а-а». Лес… СИЯЛ! Оказывается, он не просто так именовался «светлый». Он действительно излучал свет.
Некоторое время все стояли, зачарованно глядя на это чудо, а потом крестьянин внезапно начал слезать со своего коня. Все недоуменно уставились на него, а Трой спросил:
— Эй, Марел, ты чего?
Крестьянин, уже соскочивший на землю и взявший коня под уздцы, ткнул пальцем в сторону леса и энергично замотал головой, промычав:
— М-м, — а потом повернулся и указал пальцем на край обычного леса, из которого они только что выехали и промычал: — М-гум.
Трой озадаченно уставился на крестьянина, то есть он что, боялся въезжать в этот величественный сияющий лес, что ли?
— Э-э, командир, — послышался голос Арила, — мне кажется, если Марел не хочет туда ехать, пусть подождет здесь. На парня и так столько свалилось… в конце концов, он и в наемники-то попал не по своей воле, так уж сложилось…
Трой покосился на Марела, который с упрямым видом уже тронулся в сторону обычных деревьев, и задумчиво кивнул:
— Ну что ж, пусть… — после чего тихо окликнул: — Марел.
Тот оглянулся. Трой поднял руку в прощальном приветствии.
— Жди нас, мы скоро вернемся.
Марел кивнул и, помахав им издали, скрылся за деревьями. Трой оглянулся на остальных:
— Ну что, еще желающие подождать здесь есть?
Его спутники обменялись испытующими взглядами, и Бон Патрокл подвел итог:
— Нет, такого приключения мы не упустим! Трой усмехнулся и пришпорил коня. Спустя полсотни шагов они въехали в Светлый лес…
Когда они отъехали от опушки, наезженная дорога внезапно исчезла. То есть она не обрывалась, а просто сначала трава по обочинам стала гуще, затем она вроде как начала теснить сухую, утоптанную поверхность дороги, заставляя ее сжиматься и съеживаться, еще чуть дальше трава начала пробиваться в середине колеи, а потом колеи превратились в тоненькие полоски и исчезли окончательно. Но Трой и остальные не сразу это обнаружили. Они вертели головами и смотрели по сторонам. Сияние леса, так бросающееся в глаза у его опушки, здесь внутри, уже сказалось совершенно естественным. Да и сам лес выглядел как совершенно обычный лес в яркий солнечный день. Они так и ехали, обмениваясь мнениями об увиденном, пока Глав внезапно не воскликнул:
— Эй, а куда делась дорога?
Они остановились, в растерянности вертя головами. На ум тут же пришли разные истории о том, как эльфы своим колдовством отводили путникам глаза, заставляя их плутать во вроде бы хорошо знакомых и хоженых местах. А чего уж им ожидать здесь? Но тут Бон Патрокл развернул коня и устремился обратно. Трой похолодел от мысли, что вот сейчас он скроется между этими величественными деревьями и пропадет… совсем. Поэтому он сердито рявкнул:
— Стоять!
Бон Патрокл натянул поводья:
— Мой лорд, я…
— Вот именно, — прорычал Трой, — прежде чем что-то сделать, неплохо было бы поинтересоваться, что по этому поводу думает твой лорд и командир.
Бон Патрокл осекся:
— Я просто думал…
— Если бы ты сделал именно это, то командир вряд ли бы так рассердился, — поддержал Троя Глав. Но Трой ожег его сердитым взглядом, поймав себя на том, что ревниво относится к своим вассалам. Сам он готов был буквально высечь Бон Патрокла, но позволить кому-то другому сделать своему подчиненному замечание…
— Ладно, — буркнул он, — слушай приказ: в этом лесу никому не отделяться от группы. Все ясно?
— Понятно, командир…
— Да, лорд…
Бон Патрокл так же согласно кивнул головой и произнес потерянным тоном:
— Я просто хотел посмотреть, куда делась дорога…
Трой кивнул:
— Хорошо, вместе посмотрим.
Вернувшись на двадцать шагов назад, они увидели, как дорога исчезает в густой траве, а чуть далее, будто приглашая покинуть столь великолепный на первый взгляд, но на самом деле оказавшийся таким пугающим лес, виднелась опушка обычного леса. Все остановились, оглядывая обычные ели, внезапно оказавшиеся столь милые сердцу, буки и грабы и у всех слегка засосало под ложечкой. Трой повернулся, окинув взглядом разом посуровевшие лица и, стиснув зубы, коротко приказал:
— Все следуйте за мной.
Каждый из них имел право покинуть маленький отряд до того момента, как они въехали в лес, и никто им не воспользовался, кроме одного, а теперь настало время идти до конца. Человеку надо предоставлять возможность сделать выбор, но после того, как он сделан, надо следовать выбранному пути, иначе он постепенно потеряет право называться человеком. Поэтому Трой развернул коня и молча двинулся назад по их собственным следам, которые, несмотря на то что по этой траве проехало шестеро верховых, уже были едва различимы.
Едва они успели проехать пару сотен шагов, как у них на пути вырос высокий эльф с мечом на боку и лейтенантским шевроном на груди…
— Мы можем ехать, уважаемый барон!
На этот раз лейтенант Симмириль появился не один, а в сопровождении двух лучников. Причем все трое были уже на скакунах. Лейтенант явно повеселел. Похоже, тот, кому он докладывал, отреагировал на его доклад гораздо лучше, чем Симмириль ожидал…
— Вы первый раз в Эмдлорсилле, барон?
— Да, эрл. И… поражен увиденным.
Лейтенант удовлетворенно кивнул:
— Подождите, вы еще не видели Лесных чертогов.
Трой кивнул:
— Да, представляю себе…
Эльф отрицательно качнул головой:
— Вряд ли, барон, вы можете это представить.
Но Трой упрямо качнул головой:
— Не думаю, что это настолько невозможно для того, кто уже видел один смеллор-элинир.
Эльф натянул поводья и резко развернул коня:
— Вы… но… как… вы сказали, смеллор-элинир?
Трой кивнул:
— Да.
— Но где? Какой? — глаза эльфа, сузившись, впились в лицо Троя.
— Мне сказали, что когда-то его называли Эллосиил…
В Лесные чертоги они въехали под вечер. На протяжении последних двух часов пути Трой, украдкой косясь по сторонам, примечал знакомые линии сельфрилла, возвышающиеся над лесом верхушки крон меллиронов. И вынужден был признать, что, если бы не опыт той бешеной гонки по Проклятому лесу, когда все чувства были обострены до предела жгучим ощущением опасности, не рассказ гнома, не тайные проходы, по которым их провел эльф, здесь, в лесу живом и солнечном, он вряд ли смог разглядеть все это. Вокруг был просто лес. Прекрасный, сияющий, удивительно красивый, величественный, но ничего более — лес с полянами, густыми зарослями, купами удивительно близко растущих деревьев, овражками, источниками, крутыми косогорами и только…
