— Как, я вам не сказал? — всплеснул руками Алендил. — Прошу простить, ну конечно же, имя того, кого вы ни в коем случае не должны упоминать, Алвур…
Глава 7
Высокие и могучие
Тронный зал Лесных чертогов являл собой большую овальную поляну, вокруг которой на одинаковом расстоянии друг от друга росли двадцать пять огромных меллиронов. Их нижние ветви вздымались на высоту пяти человеческих ростов, а верхние образовывали купол, смыкающийся над поляной, причем так высоко, что под этим импровизированным куполом свободно порхали сойки и ласточки. В десятке шагов за меллиронами поляну окружал следующий круг, состоящий из дубов, увитых плющом. Ну а дальше зеленые стены лабиринтом разбегались по всем Лесным чертогам, совершенно запутывая и сбивая с толку гостей… как званых, так и незваных. В дальнем углу этой необычной залы возвышалось что-то вроде причудливого холма, покрытого то ли травой, то ли ковром, искусно ее имитирующим. Впрочем, кусты роз и благородных эмиандров, разбросанных по всему залу в живописном кажущемся беспорядке, между которыми порхали стайки ярких бабочек, намекали на то, что это все-таки трава. Только удивительно мягкая и прочная. По обе стороны этого возвышения располагалось одиннадцать кресел с высокими спинками, очень похожих одно на другое, а на его вершине нечто вроде изящной беседки, увитой плющом и плетьми вьющейся розы.
Трой и его друзья появились в тронном зале в сопровождении элора Алендила. Все время, пока они; следовали нескончаемыми коридорами, Трой постоянно ловил на себе взгляды присутствующих… Весьма странные взгляды…
Едва они вошли в зал, как Трой заметил Аслендила. На этот раз тот был одет по-другому. Из ворота давешней «кольчуги» проглядывала ослепительно белая рубашка, а плечи охватывал тяжелый плащ из какой-то неярко мерцающей ткани или меха. Заметив их, он легко кивнул и направился к ним. В этот момент слева раздался громкий и возмущенный голос:
— Почему этот человек находится здесь?
Легкий гул голосов, заполнявший зал, мгновенно умолк. Все взгляды устремились на них.
Трой повернулся. Прямо перед ним стоял высокий эльф в одеждах, в которых преобладали темно-зеленые и синие тона, с яростно пылающим лицом. Его рот был искривлен в брезгливой гримасе, а подбородок возмущенно вздернут.
— Э-э, не понимаю, элор Аэливар, что дом Асгевар может иметь против личного посланника императора?
— Этот человек, — эльф еще более высокомерно вскинул подбородок, — этот человек НЕ МОЖЕТ быть личным посланником императора. Иначе это означает, что император людей попрал наши законы.
— Вот как? — удивленно всплеснул руками Алендил. — И почему это?
— Потому что НИКОГДА император людей не послал бы посланником владычице эльфов того, кто побратался с Проклятым лесом!
Все замерли. На лице Первого советника трона возникло непритворное удивление.
— Как, барон, вы — побратим того… чье имя здесь не дозволено произносить? Почему вы скрыли это от меня?
Трой окинул взглядом замерший зал. Похоже, сегодня ему предстоит нечто большее, чем просто сообщить владычице о том, что Арвендейл — не просто легенда. Ему предстоит экзамен… экзамен его права находиться в ряду тех, кто действительно правит людьми. И играть с ними в одной лиге. Пусть и не на равных, но не являясь пустым местом в команде. Ибо на таких эшелонах всегда играют команды — друг против друга либо вместе, но уже против некого третьего. А весь вчерашний день был репетицией этого экзамена. Его проверяли на то, насколько он способен соткать свой рисунок, не портя общий расклад. Если бы не тот разговор с Ликкетой, Трой, почувствовав, что ему отводят роль пусть не статиста, но одного из самых младших игроков в чьей-то очень большой игре, скорее всего, возмутился бы и гневно отказался играть в какие-либо игры, кроме своей собственной. И проиграл бы… ибо игроки, собравшиеся здесь, не чета ему, они привыкли распоряжаться судьбами таких, как он, словно шахматными фигурами. И им совершенно плевать на согласие фигур играть на их доске, они просто двигают их как хотят.
— Прошу простить мое невежество, уважаемый элор, но я не настолько хорошо знаю законы эльфов… — Трой сделал паузу, давая всем возможность взвесить и оценить свой аргумент. — И я предполагал, что отсутствие здесь моего побратима служит достаточным доказательством уважения к законам Светлого леса.
Глаза Алендила таинственно блеснули, будто давая намек на то, что Трой сделал верный ход, но тон его, когда он заговорил, был холоден и отстранен. Именно таким тоном и должен говорить Первый советник трона с гостем, вольно или невольно преступившим законы.
— Нет, барон, этого совершенно недостаточно. Никто, разделивший с Проклятым лесом ночлег либо разделивший с ним хлеб, не имеет права переступать пределы Светлого леса. Я прошу вас немедленно покинуть этот зал и наши пределы.
Трой склонил голову в легком поклоне, как бы указывая, что слова благородного элора услышаны, а затем выпрямился, гордо вскинув голову:
— Я не могу этого сделать, пока не исполню поручение, которое возложил на меня император людей.
— Это ложь! — голос элора Аэливара едва не сорвался на визг, и по изумленной реакции окружающих Трой понял, что это было делом совершенно невероятным.
— Император людей НЕ МОГ бросить Светлому лесу столь дерзкий и наглый вызов, посылая сюда оскверненного Проклятым лесом. Этот человек — самозванец!
Трой холодно повел взглядом в сторону пылающего ненавистью элора. А в голове его внезапно вспыхнули слова: «Ни один из тех, кто имеет отношение к ТАКИМ силам, не имеет права принимать что бы то ни было просто на веру…» Похоже, этот элор поверил в то, во что ему очень хотелось поверить, что, вероятно, ему доложил кто-то заслуживающий его самого высшего доверия.
— Я готов удостоверить свои права посланника в присутствии той, к которой и был послан, — тихо, но твердо заявил Трой и вытащил из сумки верительные грамоты. По залу пронесся тихий изумленный шепот. Все узнали зеленоватое сияние личных печатей императора. Но дело было даже не в этом. Дело было в том, что предложил Трой. Обычно послы вручали верительные грамоты в запечатанном виде. И на все время их службы они оставались в руках владычицы также в запечатанном виде, ибо считалось, что столь высокое лицо уже облечено высоким доверием, и не требуется никаких подтверждений. А Трой заявил, что готов лично сломать печати и предоставить Светлой владычице полные подтверждения своего статуса и полномочий… Элор Аэливар отшатнулся. Его глаза изумленно расширились. Похоже, такой исход был для него полной неожиданностью. А до Троя дошло, почему его вчера так долго и дотошно расспрашивали целых ДВА главы дома и почему на него так смотрели все, встретившиеся ему по пути в тронный зал. Видимо, граф Лагар принадлежал к той же лиге…
