— Ладно, побратим, Алвур останется с тобой.
Гном кивнул и покосился на эльфа. Тот так же серьезно кивнул в ответ…
Когда все семеро приблизились, гном пыхнул клубом дыма и, вскинув руку в приветствии, заявил:
— Отлично, я как раз велел хозяину заколоть кабанчика.
Но Трой не принял его небрежного тона. Он перекинул ногу через луку седла и, соскользнув с седла, шагнул к эльфу.
— Я видел ее, Алвур, и… мне кажется, что она по-прежнему тебя любит.
Эльф вздрогнул и отшатнулся, а затем покачнулся, собираясь отойти в сторону. Но Трой ухватил его за плечи.
— И еще я обещаю тебе, что сделаю так, что вы опять встретитесь.
Глаза эльфа полыхнули, и он впился в лицо Троя горящим взглядом, но потом его взгляд потускнел, и он едва заметно качнул головой.
— Нет, — твердо произнес Трой, — я все эти двенадцать дней, всю дорогу до Пармелины, думал, могу ли я сказать тебе эти слова или мне лучше промолчать. И я решил, что… могу. Могу и должен!
И тут, впервые за все то время, что они были вместе, губы эльфа тронула легкая улыбка. Он медленно кивнул и, подняв руки, стиснул Троя за плечи…
— Ладно, — Трой обернулся к остальным, — сегодня заночуем здесь, а завтра тронемся дальше.
Гном кивнул:
— До западных ворот Рудного хребта доберетесь за день.
Однако на следующий день они понесли еще одну потерю. С утра крестьянин так же отказался ехать дальше. Когда все уже спустились из своих комнат, полностью одетыми и с седлами и переметными сумами на плечах, Марел вышел на улицу в легкой рубашке. Трой окинул его взглядом и молча кивнул, а гном хмыкнул:
— Ну что, дите полей, неохота лезть под землю?
К полудню они добрались до сторожевой башни. Гном рассказал Трою о ней. Она была построена в незапамятные времена, когда люди еще не пришли в этот мир. Трой остановил коня. На первый взгляд она напоминала башню, которую могли построить люди, но только на первый. Всё, даже бойницы, были устроены здесь совершенно не так. Бон Патрокл удивленно хмыкнул:
— Интересно, в этом гарнизоне что, одни карлики служили?
— Гномы, — бросил Трой и, спрыгнув с коня, приказал: — Привал сделаем здесь. Дальше вроде как вообще ни одного укрытия.
— То есть? — удивился Глав, который вчера рано ушел в свою комнату и не слышал рассказа гнома.
— Эта башня означает конец или, если хочешь, начало наземных владений Подгорного трона, — повернулся к нему Арил, — раньше здесь действительно стоял гарнизон — под башней огромные подземелья, а дальше вдоль всей дороги срублены все скалы и убраны все более-менее крупные валуны. А в скалах, что по левую руку от дороги, прорублены тысячи бойниц. На армию, прорвавшуюся мимо этой башни, весь путь до Больших ворот сыпались тысячи арбалетных болтов, каменных ядер и копий тяжелых метательных машин. А там, уже у самих ворот, их ждал хирд. А когда они в ужасе бежали, из подземелий башни выходил гарнизон и встречал их копьями и секирами.
Глав хмыкнул:
— Это ты Гмалина, что ль, цитируешь?
— Точно! — расхохотался Арил…
К вечеру они доехали до самих Больших ворот. О том, что они к ним приближаются, стало ясно еще задолго до того, как они их увидели. Сначала, еще лиги за четыре, они наткнулись на огромный водопад, низвергающийся прямо поперек дороги. Но когда они приблизились, выяснилось, что дорога, все время вьющаяся по краю ущелья, свернула направо и нырнула между скал, следуя по краю бурного потока, с ревом обрушивающегося со скалы у них за спиной. Затем, спустя еще лигу, они увидели и первый источник этого потока. Из скалы, что возвышалась по левую руку, на высоте в сотню локтей вырывалась вода и обрушивалась в бурлящий водоворот, шумевший слева от них. Они проехали мимо, выворачивая головы, настолько странным и необычным было зрелище воды, вырывающейся прямо из скалы. Но едва они проехали поворот, как им открылось еще несколько водопадов, три из которых обрушивались в поток справа, образуя над дорогой призрачные водяные арки.
— Вот это да-а-а… — восхищенно выдохнул Бон Патрокл.
— То ли еще будет, — горделиво, как будто это великолепие было делом его собственных рук, заявил Глав. Но Бон Патрокл не обратил на это никакого внимания.
Под сводами таких, призрачных арок они ехали около двух лиг, а затем дорога вдруг сделала еще один поворот и расплескалась вширь, превратившись в… Трой даже не находил этому названия, площадь? Но он даже не мог себе представить, что на свете бывают ТАКИЕ площади. Это было нечто невероятное. Ровное пространство, тянущееся почти на лигу в каждую сторону. По краям площади, начинаясь в сотне шагов от въезда, шел широкий подиум, на который вели десять ступеней, змеей опоясывающих все это пространство. А дальше, в глубине подиума, в скалах были вырублены сотни статуй, изображающих гномов. Здесь были гномы с кузнечными молотами, гномы с кирками и горными молотками, гномы в доспехах и с боевыми секирами, гномы в надетых на лоб зеркалах ювелиров и еще сотни или даже тысячи гномов в иных видах и с иными инструментами. Все статуи были искусно расположены в групповых композициях, причем ближние из них были самыми маленькими, всего лишь в два с половиной — максимум в три человеческих роста. А те, что подальше, — гораздо выше, затем еще выше и еще. А две фигуры, возвышающиеся по обеим сторонам Больших ворот, вообще вздымались вверх на высоту не менее чем десяти человеческих ростов. Некоторое время все путники стояли, ошарашенно разинув рты и пялясь на все эти чудеса, а затем Трой, усилием воли оторвав взгляд от всего этого великолепия, буркнул:
— Ладно, двинулись, а то солнце уже садится. Еще десять минут, и придется здесь ночевать.
Большие ворота действительно оказались большими. Они состояли из трех арок, средняя из которых возвышалась вверх почти на двадцать ярдов, а две боковые были не менее шестнадцати ярдов высотой. И шириной не менее пятнадцати. Средняя и правая арки были закрыты, а у левой была приоткрыта одна створка. И в проеме этой приоткрытой створки сейчас толпилось с десяток гномов, разглядывающих их не очень доброжелательно.
Когда они приблизились на два десятка шагов, гном, стоящий впереди, сложив на груди могучие руки, сварливо проорал:
— Ну вы там что, уже спать нацелились или думаете, что я так и буду стоять здесь до утра, ожидая, пока вы не соизволите дотащить до ворот свои задницы?
Арил хмыкнул:
— Знакомые интонации… — Но все слегка пришпорили коней.
Едва они въехали под своды арки, как все тот же гном задрал голову и проорал:
— Все, пускай…
Сверху что-то зарокотало, послышался шум падающей воды, и открытая створка плавно и величаво поползла на свое место. Глав удивленно присвистнул. Она была толщиной не менее трех ярдов. Что ж, тогда становилось понятным, почему гномы изготовили для закрывания своих ворот специальный механизм, приводимый в движение водой, ибо сдвинуть подобную тяжесть руками было совершенно невозможно.
