Что забыл в наших краях, а, красноглазый?
— Я не красноглазый, — парировал я, но судя по выражению лица вояки, я был не прав.
Тот замахнулся, но не ударил меня прикладом. Замер, вглядываясь в мое лицо.
— Один глаз красный, второй белый. Болеешь чем, поди?
— Да не болею я, — парировал я. — Как вы здесь оказались? Вы обычные люди?
— Что в твоем понимании обычно, когда вокруг такой ужас творится? — злобно ответил он, направляя дуло мне в лоб. — Что забыл в портале? Кто ты, одаренный или красноглазый все-таки?
— Одаренный, — ответил я. — Так… что там за стрельба?
Вышло еще двое военных, которые начали спор, на кого я больше похож. А затем просто ударили меня в живот. Так как говорится, чтобы было. Да поволокли к себе.
Шмыгу я видел лишь краем глаза. Он оббегал луч и затем ушел вперед. Видимо, не хотел меня покидать.
* * *
В норму я пришел спустя пару часов и то, когда мне в лицо вылили целый котелок воды. Меня оглушили перед заходом на базу, в той же грубой манере, но не по животу прикладом, а по голове. Видимо, чтобы я не видел пути на базу. Хотя… мне слов Шмыги было достаточно, на самом деле-то. Да и до нее было «рукой подать».
Проснулся связанным, в одной майке и штанах. С меня сняли мою робу, в которой я работал на АЭС, а также сняли ботинки. К слову, тот самый прапорщик с удовольствием рассекал передо мной в белый, раньше, ботинках.
Сидел я жопой на холодной земле, у ствола дерева. Вокруг все было закрыло какой-то тканью, словно маскировочной сеткой. Вроде бы…
— Очнулся, перец? — улыбнулся тот. — Что же ты нам не сказал, что с атомки пришел?
— С вами хрен поговоришь, — огрызнулся я. — Чуть что, сразу бить. Как по-военному…
— Ну а как еще с вами, с одаренными поступать? Знаешь, сколько у нас тут таких было за последние полгода, как мы сюда попали? Штук пятьдесят, не меньше. И все пальцы веером крутят, фраера сраные.
Ага, пальцы веером. Сам вон, по тюремному сленгу разговаривает. Черт блять.
— Я вот не понимаю только одного. Вроде ты работник АЭС. Документов при себе нет, одаренным тебя не назвать, но и красноглазым тоже. Что ты?
— Что с теми одаренными, кто приходил сюда? — ответил я вопросом на вопрос и появился второй вояка.
— Убивали, — спокойно ответил тот. — Одного только отпустили, Лесником в народе кличут.
Лесник? Такое имя я уже во второй раз слышу от других людей. Что же это за культовая личность? М?
— И тот, красавчик, и нам помог и еды принес.
— Убиваете за еду, — понял я. — Как по-человечески.
— А как иначе? — удивился «Задов». — Мы обычные, нам нет проходу через порталы, как вам.
— И как же вы сюда тогда попали? — озадачился я. — Вас бы убило бы просто!
— Че, рассказать ему? — солдафон, который посетил нас, явно хотел поделиться своей плачевной историей. — Нам-то, разве убудет?
— Был бы от него толк…
— Смотря что вам надо, — улыбнулся я. — Как видите, еды нет, но может, смогу, чем помочь помимо этого…
— Смотри-ка, как лесник говорит, — радостно заговорил Задов. — Ладно, Вепрь, заводи шарманку.
Вояка, начал свой рассказ после того, как пулемет, который вновь зазвучал, затих.
Военные группы «Монолит», так они себя называли, были бойцами частной военной кампании в пригороде моего города. Я даже знал о части, про которую он говорит, так как из нее, к нам на АЭС постоянно приводили народ на службу.
ЧВК нормальная, я бы сказал, в свои отряды не набирали хрен пойми кого, тщательно выбирали солдат на службу. Без, так скажем, уголовных ограничений в жизни.
Приход в мир системы, они застали перед командировкой в Африку. Собственно говоря, поэтому до зубов вооруженные. Они встретили реальность нового мира, с некоторым азартом. Возомнили себя освободителями четных людей. Защищали выживших, срубали монстров и потихоньку знакомились с другими обитателями нашего мира.
Но спустя полгода, когда их ряды и так были поредевшие после дождей, вылазок и зачисток, они наткнулись на аномалию в торговом центре в западной части города. Про купол, разумеется, они лишь слышали, но вблизи никогда не были.
То есть, они такие же, как и я раньше. Существовали в «нормальном» режиме города, а не под колпаком.
В общем, попали на большую группу красноглазых и наблюдателей одновременно. Вояки и одаренные друг друга давно невзлюбили, поэтому пришлось отбиваться одновременно от двух «рас». Одна владела оружием, а вторая когтями и навыками, от которых кишки скручивались.
Провалились под землю, на цокольный этаж и… оказались здесь.
Новое место встретило их чередой смертей от невидимок. Существа рвали их на куски каждые десять минут, нападая со всех сторон. И если бы они не отступили сюда…
А потом обнаружилось, что красные лампы…
«Так, это уже на бред походит. Либо я что-то не понимаю, либо его история пиздеж. Откуда нахер эти прожектора, башни?»
— Стоп, — перебил его я. — Вы пришли, а тут уже были вышки? Откуда вы пришли, с метро?
— Какого метро? — удивился Вепрь. — Мы из стены пришли, были в таком же месте…
— Странно, — пробормотал я. — Я к вам попал также, через стену, но был совершенно в другом месте!
— А, — улыбнулся Вепрь. — У всех одаренных так. Кто попадет через магазин к нам, через портал, кто-то через квартиру, кто-то через другие места. Все различно, кроме этого места.
— Тогда, — протянул я. — Откуда у вас башни, палатки и красные лампы, которыми, как я понял, вы обнаруживаете невидимок? Откуда вообще вооружение? Если вы здесь полгода, то с таким натиском, давным-давно бы все померли. Патроны бы закончились и так далее. Уж не говорите мне, что одаренные вам и оружие оставляют. Явно ты темнишь…
Вепрь с «Задовым» переглянулись, улыбнулись и позвали еще одного человека.
Глава 22
Когда мужчина чуть ниже меня ростом, замер в двух метрах от меня, изучая мое лицо с неприкрытым удивлением, у меня аж от души отлегло.
Толя Мазуров жив. Тот самый дозиметрист из моей смены, который первым и последним попал в
