Ничего интересного и захватывающего в это время не происходило – просто тяжелая и нудная работа.
Вечерело.
Адмирал Сэмпсон с подавленным видом стоял на своей «Айове», которая едва выдавала семь узлов, имея носовой дифферент в пять и крен на правый борт в семь градусов соответственно. Головная башня была заклинена попаданием снаряда и не могла стрелять. Пожары удалось потушить совсем недавно, однако все, абсолютно все было покрыто сажей. В общем «картина маслом».
Но наступающая ночь не принесла успокоения, даже несмотря на отсутствие у испанцев дестроеров. Скорее чувство нарастающей тревоги.
- Сэр, - начал ближе к полуночи докладывать старший офицер «Айовы», так как капитан лежал в лазарете с тяжелым осколочным ранением. – Убито или умерло от ран двести десять человек, еще сто тридцать один ранен. Врач говорит, что не все из них доживут до утра. Просто не успевают даже перевязать.
- Почти половина команды… - покачал адмирал головой.
- Вода продолжает прибывать, - продолжил старший офицер. – Подкрепления едва справляются с нагрузкой. Любой близкий разрыв их просто сметет. А у нас и так воды принято изрядно.
- И что вы предлагаете?
- Застопорить ход и постараться остановить поступление воды.
- Я про завтра.
- Сражаться, сэр. Но шансы у нас не велики. Разве что развернуться кормой. Она еще не так избита.
- Вряд ли это что-то изменит, - хмуро произнес адмирал. – Что по «Массачусетсу» и «Орегону»?
- Команды выбиты еще сильнее. На «Орегоне» так и вообще только сто девяноста два человека на ногах. Но носовые башни исправны.
- И они также нахватались воды. Верно?
- Так точно, сэр. Но прогнозы оптимистичны. Если застопорить ход, они тоже смогут серьезно выправить свое положение.
- Хорошо, командуй стоп-машины. И вызови капитанов на «Айову».
- Сэр, при всем уважении ни шлюпок, ни катеров у нас нет. Исправных.
- Боже! Придумайте же что-нибудь!..
Утром, когда адмирал Сервера, вновь вышел на боевой курс, американские корабли представляли собой жалкое зрелище. Сбившиеся в кучу и еще сильнее осевшие воду, обгорелые с едва теплящимися котлами. А на «Орегоне» так и вообще потушенными из-за опасности взрыва. Все-таки у любых людей имеются пределы прочности. Вот и американские моряки, пытаясь сделать все от них зависящее, просто попадали от усталости. Что и сказалось. Со стороны казалось, что первый же снаряд отправит их на дно. Все сразу. Даже если не попадет. О каком бое в таких условиях можно было вести речь? Понятно, что ни о каком. Поэтому Паскуале Сервера-и-Топете поднял сигнал, предлагающий им сдачу в плен. И Вильям Т. Сэмпсон принял это предложение. Что позволило не только спасти корабли от затопления, но и помощь выжить тремстам двадцати пяти раненым, которые очевидно не смогли бы выплыть. Да и по здоровым в случае затопления, все было не так уж и радужно.
Эпилог
1 июля 1899 года. США. Вашингтон.
Война официально закончилась точкой, поставленной вот буквально несколько минут назад . Полная и безоговорочная капитуляция. Второй опыт войны янки с европейской державой закончился знатными «люлями», которые они отхватили. Кто же знал, что об их замыслах в курсе и тщательно расставляют им ловушку?
Разгром был страшный.
После морской битвы у полуострова Флорида, в которых США понесли сокрушительное поражение, ситуация развивалась стремительно и ужасающе. Лишившись тяжелых сил крейсера предприняли несколько атак на позиции испанцев в бухте Делавэр, но безрезультатно. В сущности, они добились этим только того, что на дно ушли бронепалубные крейсера «Колумбия» с «Филадельфией», плюс оказался серьезно поврежден и принужден к сдаче единственный оставшийся в США броненосный крейсер «Нью-Йорк». Да и остальные корабли получили «на орехи» и после довольно кратковременных маневров оказались заблокированы 10 января 1899 года в Чесапикском заливе. Куда они спрятались под прикрытие береговых батарей.
На суше дела обстояли не лучше.
Решительное наступление семи легких полков Конфедерации, оказалось полной неожиданностью для Вашингтона. Особенно активное применение ими железных дорог, эрзац-бронепоездов и современного стрелкового оружия. Отдельные заградительные части едва успевали отступать, избегая окружения. Это крайне удачное наступление генерала Нориса получило с его легкой руки название «Drang nach Osten». А 2 февраля 1899 года рядом с местечком Геттисберг, что в Пенсильвании, произошло решающее сражение, в котором федеральные силы столкнулись в обороне с объединенными частями Конфедерации и интернациональных батальонов. Чуда не произошло. Да, численное превосходство было на стороне Вашингтона, но у союзников была прекрасная полевая артиллерия Круппа, да и стрелковое оружие на поколение превосходило то, что использовали солдаты Штатов. Что в сочетании с талантом генерала Нориса обеспечило решительную победу. Так что, сопоставив все «за» и «против» 8 февраля президент США Уильям Мак-Кинли объявил капитуляцию. Тем более, что войска Конфедерации были уже в пригородах Вашингтона.
Если бы у Штатов было время, то они, конечно, смогли выкрутиться. По крайней мере в рамках сухопутной кампании. Но времени у них не было. А тут еще пришла новость о том, что в Сан-Франциско высадились первые туземные батальоны, набранные испанцами из филиппинцев. Так что, каждый день промедления играл против Белого дома, усугубляя его положение….
- Уильям, - обратился Владимир к Вандербильту, с кислым лицом сидящему на приеме по случаю подписания мирного договора. – Я как раз вас искал.
- Меня? Но зачем? Вы добились того, что хотели.
- Война войной, а бизнес бизнесом. Мне очень понравилось, как вы работали. Поэтому я хотел бы предложить вам новый контракт.
- Я не понимаю вас, - хмуро произнес Уильям. – Тогда зачем все это?
- Честно?
- Ну, насколько это возможно.
- Понимаете, - голосом заговорщика произнес князь, оглянувшись по сторонам. – Я не собирался ничего подобного делать. Но, как вы понимаете, я не один играл в эту партию.
- Вы серьезно?
- Вполне. Мне было бы достаточно мягко проигранной штатами войны, чтобы предложить вам массу интересных контрактов в России. Но наши островные друзья считали иначе. А так как они обеспечивали основной объем финансирования, то… - Владимир развел руками. – Кто девочку платит, тот ее и танцует.
- А вам зачем было нужно наше поражение? Ведь мы сотрудничали.
- Ваша победа над Испанией открывала Штатам выход на рынки Центральной и Южной Америки. Как вы понимаете, там пока доминируют англичане. Но рынки не насыщены товарами в должной мере, поэтому вытеснить их оттуда было бы довольно просто. Чего на Туманном Альбионе и опасались.
- Вы не ответили почему непосредственно вы хотели этого поражения.
- Рынки Южной Америки намного проще, легче и доступнее, чем в России. Хочешь – не хочешь ваш интерес будет смещен туда. А мне это не нужно. Но этот разгром… нет, это слишком. Это кошмар! Но я не хочу потерять таких партнеров как вы. Поэтому я и предлагаю вам новый, куда более интересный контракт.
- О чем конкретно будет идти речь?
- Мне потребуется железная дорога вдоль Охотского моря до Петропавловска-Камчатского.
- Но зачем? Там ведь пустующие земли.
- Да, но у меня есть кое-какие задумки. Во-первых, по пути следования будет очень крупное месторождение золота.
- О!
- Вот-вот. А во-вторых, мне очень понравилась идея железнодорожного тоннеля под Беринговым проливом. И я хочу ее реализовать. Соединение Северной Америки и Азии в единую транспортную сеть – это огромный шаг вперед.
- Вы понимаете, что речь будет идти о чудовищной сумме?
- Строительство будет идти не быстро и ежегодные вложения окажутся вполне умеренными. Я уверен, что золотое месторождение полностью покроет расходы. Кроме того, мне будут нужны и другие железные дороги в регионе. Но уже южнее. Это контракт на многие годы вперед. Два-три десятилетия, полагаю. Вам это интересно?
- Более чем, - кивнул он после небольшой паузы. – В этом деле вам нужен только я или…
- Я более чем заинтересован в активизации экономического сотрудничества между нашими странами. И постараюсь спасти вас от неизбежного коллапса, который должен последовать уже в ближайшее время.
- Чувствуете вину? – Удивленно выгнул бровь Уильям.
- Господь с вами! – Отмахнулся Ульянов. - Какая вина? Это только бизнес. Вы толковые ребята и нужны мне. И до тех пор, пока будете нужны, я буду прикладывать все усилия к тому, чтобы ваш корабль не пошел ко дну. Надеюсь, мы поняли друг друга?
