эмиссарами Абдул-Вали и «Хезболлы», но и людьми из «Талибана», «Харакята» и других исламских организаций. Некоторые из них были прямыми конкурентами друг друга в битве за спонсорскую помощь, а некоторые периодически создавали временные союзы для проведения конкретных операций скорее демонстрационной направленности, нежели реального захвата власти. Силенок у них пока не хватало для ведения серьезных боевых действий с регулярными войсками. Но кто знает, как долго это будет продолжаться… В последние месяцы после разгрома исламских боевиков в Сирии наблюдается их активная миграция в северные провинции Афганистана. И если раньше афганское движение «Талибан» очень ревностно относилось к «варягам» из ИГИЛ, желающим распространить свой халифат и на территорию Афганистана, то сейчас они заявили об их полной поддержке. Вот так вот накопят силы, и тогда оперативные игры с Абдул-Вали на территории Таджикистана потеряют всякий смысл: игиловцы вместе с бандами «Талибана» сметут федаинов Абдул-Вали в приграничье, оставив ему никому не нужный Ваханский коридор.
Доклады по линии административных органов и вопросам взаимодействия силовых структур тоже носили бодрый оптимистический характер, не оставляя сомнений в своевременной реакции на всевозможные всплески клановой или партийной борьбы в отдельно взятых районах.
– Ничему история не учит, – проворчал себе под нос Евгений Владимирович. – Все уже забыли такие же бодрые доклады в начале девяностых, перед гражданской войной в Таджикистане.
По мере окончания докладов сопроводительных подразделений группа специалистов и аналитиков постепенно сокращалась, а информация приобретала все более закрытый характер. И вот наконец наступил день, когда перед большим аналитическим докладом с предложениями о дальнейшей работе оставалось лишь заслушать доклад, переданный через офицера связи из Генерального штаба. По просьбе Черняева с началом весны, когда от снега освободились горные перевалы, вместе с Тахиром Миробовым на осмотр вооружения, оставленного осенью прошлого года в пещере в Ваханском коридоре, направили спецгруппу офицеров, которые незадолго до этого в рамках договора о взаимодействии с подразделением горных стрелков пакистанской армии проходили обучение недалеко от горных вершин Читрала. Тогда такое взаимодействие пакистанских и российских специальных групп вызвало большой дипломатический скандал и сильно охладило отношения между Россией и Индией, и лишь спустя несколько месяцев нашему военному атташе в Дели удалось убедить обиженных индусов, что нам срочно нужны военные специалисты с навыками службы в высокогорье. А лучшие военные альпинисты – это горные стрелки Пакистана. Это знали англичане еще два века назад. И вот эти специалисты неожиданно быстро стали востребованы в Службе внешней разведки.
Доклад Генерального штаба был по-военному четкий и конкретный. В небольшой докладной записке были перечислены виды стрелкового оружия, содержащиеся в укупорках, заводы-изготовители и склады, в которые они первоначально были отправлены. Отдельным листом были переданы результаты осмотра пещеры и предварительные выводы о ее первичном предназначении и состоянии на время осмотра. Для Черняева, да и для других сотрудников разведки, это была весьма интересная и неожиданная информация. Выяснилось, что изначально пещера была была гораздо больших размеров и по краям дисковой пилой оформлена в виде широких лестничных ступеней для складирования неизвестного оборудования. Дальняя часть пещеры обрушена, очевидно, в результате землетрясения, самое мощное из которых в данном районе произошло в 1946 году, а более мелкие – в 1939, 1953 и 1966 годах. Проведение разыскных работ в местах завалов не представляется возможным теми силами, которые проводили осмотр.
Вместе с тем для проведения криминалистических исследований были взяты образцы почвы, куски истлевшей ткани и промасленный лист с плохо читаемым текстом. В ходе проведения исследования полученных материалов удалось установить, что куски истлевшей ткани представляют собой остатки экипировки альпинистских групп конца тридцатых годов прошлого столетия, активно используемые в европейских странах при восхождении в Альпах. Анализ восстановленного текста дает все основания полагать, что это часть сборника молитв под общим названием Liber Ararita, который обязательной частью входил в идеологический пакет каждого члена фашистского ордена «Аненербе» при направлении в командировки по поиску оккультных артефактов в страны так называемой Малой Азии.
Информация была столь неожиданной, что было принято решение сделать двухдневный перерыв в совещании и обдумать каждому из оставшихся участников версии, которые хоть как-то могли объяснить деятельность фашистов в столь глухом уголке земного шара. Но главное было не это. Главное было понять, как федаины Абдул-Вали нашли эту пещеру. Случайно, в процессе активного поиска базы или у них уже были координаты? Если по наводке, то кто им это координаты передал? И что нашли в пещере федаины, когда впервые в нее попали?
Черняев никогда не мог и предположить, что ему придется так серьезно заняться изучением вопроса оккультных корней нацизма и происхождением загадочного фашистского ордена «Аненербе». За эти два дня пересмотрел несколько серьезных изданий на эту тему. А также потратить драгоценное время на издания книг тех авторов, которые явно обыгрывали варианты раннего немецкого романтизма, ничуть не заботясь о фактологическом материале, а лишь самовыражались на ниве «божественного происхождения протогерманских племен».
Конечно, за столь короткое время невозможно было освоить весь материал, но Евгений Владимирович таких целей и не ставил. У него была единственная цель: понять, что искали или могли искать сотрудники «Аненербе» в горах Гиндукуша и Памира? Он даже составил карту, где флажками обозначил все ставшие ему известными места поисков артефактов этой организации. География получилась весьма широкой – от Антарктики до норвежских фьордов. Но крайние точки он отбросил, оставив только интересующий его район. А он был достаточно обширен, чтобы выдвинуть несколько теорий об интересах «Аненербе» на «крыше мира», как называют этот район горных исполинов.
Совещание продолжилось в узком кругу – всего шесть человек. Поскольку оперативные и технические доклады по обстановке в целом были закончены, в кабинете остались только те сотрудники, которым предстояло на основе полученной информации принимать решения по реализации дела оперативной разработки объекта, и степень секретности была повышена до высшего уровня. Но прежде чем приступить к обсуждению основного вопроса, было решено обменяться мнением по информации о найденных в пещере материалах. По ранее достигнутой с генералом Маркиным договоренности общий доклад об «Аненербе» и их возможных устремлениях в Центральной Азии, Ближнем и Среднем Востоке сделал Черняев. Как он ни старался доложить изученную за эти два дня информацию о фашистской организации как можно короче, особо не вдаваясь в детали, времени его доклад занял достаточно. Может быть, в рамках стоящей перед совещанием цели изучение деятельности давно не существующего фашистского ордена не имело большого смысла, но уж больно необычной была сама тема, чтобы оставлять ее вообще без внимания.
Из истории создания организации под названием «Аненербе» Черняев прежде всего акцентировал внимание слушателей на том,
