стратегических инициатив будущего не испугался, только вопросительно нахмурился.
— Откуда вы знаете моё настоящее имя?
— Сейчас не этом. Слушайте… Вы уходите в своё будущее без меня. Найдёте Айру Грин, и с ней поговорите. Пристрастно! Не откладывая. Возьмёте у неё сверток, что передал ей профессор Хэлп, и придёте в свой дом. Пригласите к себе Лиру Мун — она вам очень пригодится для переговоров.
— Для переговоров с кем?! — не сдержался от удивлённого возгласа Мир.
— С инспектором временных потоков Ритой Харт, — ответил Сергей, вспоминая её. — Ей легче общаться с женщинами, чем с мужчинами. Отдадите Рите свёрток, изъятый у Айры, и отведёте на установку временного перехода. И не спорьте с ней, не спрашивайте, и не уговаривайте. Никто в вашем будущем не пострадал, и не пострадает, если вы сделаете так, как я советую.
Шторм недоверчиво смотрел на Кравцова, но беспокойства не проявлял.
— Допустим, — он провёл ладонью по подбородку. — Но почему я должен вам поверить?
— Как вы думаете, откуда я знаю профессора Академии медицины Лиру Мун? И то, что она превосходно плавает под водой. А ещё про подводный аппарат, с которого исчез профессор Том Хэлп.
— Не может быть! — догадался Шторм, отшатываясь.
— Да, Мир. Я вернулся. И всё хорошо помню… Не теряй времени, напарник.
Проводив «Волгу» взглядом, Кравцов сел в свой автомобиль и доехал до ближайшего крупного отделения банка. Взял пакет и зашёл внутрь. Симпатичная девушка встретила его дежурной улыбкой.
— Доброе утро. Что вы хотели?
— Арендовать индивидуальную ячейку для хранения.
— Пожалуйста, пройдите к окошку номер восемь. Талон брать не обязательно — сошлитесь на меня.
Кравцов безразлично выждал процедуру оформления, но когда девушка в окошке сказала:
— Ваша ячейка под номером 321. Вот ваши документы. Обратитесь к любому из охраны и вас проводят…
Беззвучно засмеялся.
Он вышел из банка и вздохнул полной грудью. Осталось подписать у генерала рапорт, и … свободен. Что будет делать дальше, Кравцов не знал, да и знать не хотел. Это было не важно, но он точно знал, что вознаграждением за расследование не воспользуется. Хотя… Ведь не только в этом банке есть ячейка с номером 321.
Ему нестерпимо захотелось выпить чашку кофе и съесть вкусную выпечку. Сергей покрутил головой и нашёл вывеску приметного кафе. Оно тут должно быть по определению, рядом с крупным офисом крупного банка. Чтобы симпатичные девушки бегали туда перекусить, а деловые менеджеры — проводить важные и приватные переговоры.
Сигнал тревоги застал Кравцова на полдороге.
— Слушаю, товарищ генерал…
— Майор, твою за ногу! Я тут читаю твой отчёт и ни черта не понимаю! Ты что?..
Далее последовали витиеватые выражения, недопустимые в приличном обществе.
— Короче, неси свой зад ко мне в кабинет! Срочно! Нет, ну ты кого вздумал в подозреваемые записывать?! Без фактов, без доказательств! Одни пустые домыслы!
— Товарищ генерал. Где найти доказательства, и какими фактами воспользоваться, я подробно изложил в пояснительной записке. В чём проблема? Пошлите опергруппу и группу захвата по указанным мной координатам — там и доказательства, и факты. Уж фактов в виде закопанных тел, для следствия будет достаточно.
— А каким образом ты связал убийство эскортницы с уважаемым депутатом?..
— Я подробно всё написал. На шее жены депутата золотой кулон убитой девушки. Он же не сам прилетел ей на шею. А стоимость кулона превышает мою годовую зарплату, да и приобретён он по карте «уважаемого» депутата. На кулоне, согласно экспертизе, остались кусочки кожи с шеи эскортницы, а на камерах в отеле — она сама с депутатом. И кулон на её шее.
— Врешь, Кравцов! — закричал генерал. — Записи с камер ничего не показали!
— Запись с депутатом ушла в облачное хранилище. Я её оттуда достал. У вас копия, а оригинал я передал в следствие.
— Кравцов, ты понимаешь, что сделал?! Через мою голову!..
— Товарищ генерал, я же исполнил рапорт. В вашей силе его подписать. К чему весь этот крик?
Трегубов гневно засопел и чем-то заскрипел.
— Ваш рапорт, майор, удовлетворён. С формулировкой несоответствие служебному положению!
— Благодарю, товарищ генерал.
Кравцов отключил смартфон и зашёл в кафе. Тут было уютно, несмотря на пафос, и прохладно. Он выбрал столик в глубине зала и заказал кофе. Пока услужливый официант ходил за заказом, Сергей стал думать о том, что произошло.
Конечно, можно жить и в этом мире, если приспособиться. Но, приспосабливаясь, ты становишься одним из них — человеком без принципов, без совести и с жаждой денег. Ежедневное вранье начинает изматывать. Ты лжешь всем, и самому себе тоже. Потом неустанно тупеешь, выдумывая несуществующее, уходишь с головой в выдуманную реальность. Отказываешь всем и во всём, становясь индивидуалом с тараканами в голове. Постепенно тебя перестают понимать, начинают игнорировать и избегать. И только деньги позволяют купить всё — положение, друзей, любовь и кучу всякого барахла, которое после твоей смерти будут усердно делить те, кого ты, порой, и не видел.
Будущее, в котором побывал Сергей, иное. Там люди озабочены только своей полезностью обществу. Больше их ничего не волнует. Живи, трудись, отдыхай… Они мало эмоциональны, но всё равно — больше живые, чем здесь. Они не умеют врать! Да, могут скрывать, но только когда их не спрашивают.
Кравцов набрал номер сестры.
— Как там дети, скучают?
— Нет! — отвечает сестра. — Носятся, играют, купаются. Сейчас обедать будем. Как у вас с Дашей?
— Никак, — ответил Сергей с полным безразличием. — Слушай, Ира… Только послушай… Ты же знаешь про своего мужа?
Сестра долго молчала, потом заплакала.
— Сереж, прости. Да, я знаю… и знала, но кому я нужна в свои годы? А он мне пригрозил…
— Ладно, Ира, забудь, — перебил её Кравцов. — Он же не может иметь детей, а тебе, ведь, очень хотелось. Ты с моими, вон как возилась, пока я на работе сутками пропадал.
Сестра продолжала всхлипывать.
— Я тут тебе передать хочу… кое-что. Возьми, и бросай мужа.
— А на что я жить буду, Серёжа?
— Не пищи. Прорвёшься.
Он отключился, и удивленно взглянул в окно. Рядом с кафе парковалась старая «Волга». Он
