почему тогда отпечатки пальцев на пакетике двух человек?
– Логично. Если бы исполнитель был в экипаже, отпечатки были бы только его.
– Думаю, что именно так. Хотя может быть и другое объяснение.
– Ну да. Например, первые отпечатки появились еще на Сахалине, при упаковывании.
– Вот-вот.
Как принято выражаться в дипломатической практике, диалога с оппонентами не получилось. Ханэда и Хаяси вообще отказались говорить без адвокатов, поэтому беседа с ними автоматически перенеслась на завтра, так как в конторе их адвоката по случаю воскресенья не было, а по его сотовому электронная барышня сообщила, что абонент находится вне зоны досягаемости как самого аппарата с гуттаперчевой антеннкой, так и витающего в стратосферах невидимого спутника.
Русские же ребята оказались сотрудниками рыбной компании «Нэко Суисан», в которой оба – Валентин Петрович Зарудный семьдесят восьмого года рождения и Дмитрий Сергеевич Рукавишников восьмидесятого года – числятся товароведами. Дежурный компании, офис которой располагается где-то в районе порта, подтвердил все это по телефону. На наши с Осимой вопросы разбойники отвечать не желали. Под конец получасовой беседы нам удалось немного разговорить Рукавишникова, от которого мы узнали, например, что название их фирмы не имеет никакого отношения к кошке (кошка по-японски – «нэко»), а является остроумным сокращением начал названий двух славных рыбацких городов Немуро и Корсакова, так как по форме своей компания эта является совместным предприятием. Разговор не сложился, и только под занавес кое-что удалось мне вытащить из Дмитрия Сергеевича, всю дорогу поддерживавшего свою скатывающуюся с плеч забинтованную голову.
– Вот что, Дима. Интересоваться, зачем ты вчера чужую машину искорежил и меня по голове хотел выхлопной трубой съездить, я не собираюсь. И зачем вы всей кодлой вашей в фотоателье заявились, мне тоже известно. Ты мне ответь по вчерашнему нашему знакомству: зачем вас Ольга за фотографиями послала? Почему она сама за ними не пришла?
Парень завертел тоскливыми глазами, пытаясь уловить в моих словах подвох.
– Че?
– Ты меня слышал. Ведь весь сыр-бор именно из-за этого. Приди она сама за фотографиями, ничего бы ведь не случилось. Почему она вас попросила?
– Да не просила она нас! – выплюнул мой вчерашний обидчик.
– А кто просил?
– Да пошел ты, козел узкоглазый!
Вчера я это уже слышал. Грустно смотреть на таких вот молодых ребят, как этот Митька и вчерашний Жека. Злые, как собаки сахалинские, недовольные и, видно, страшно тупые.
– Да нет, Дмитрий, пойти придется тебе. Тут, в городе, находится представитель вашего консульства. Ты с ним повидаться не хочешь?
– В гробу я видал этих мидовцев! Проститутки вонючие! Курилы японцам сторговывают, суки!
– Значит, не хочешь. Ну-ну! Мы тебя и подельников твоих по полной процедуре начнем с завтрашнего дня пропускать, так что наберись терпения, понял?
Поклонник выхлопных труб полоснул меня песьими глазами, и Осима дал охраннику знак вывести его к чертовой матери.
Мы пошли назад в офис Осимы и по дороге решили поехать к Сазоновой, чтобы снять с нее показания. Мысль о том, почему она сама не пошла за фотографиями, если она и ее напарница Марина, если верить информантам Осимы, из клана Грабова, не давала мне покоя.
Как, впрочем, не давала мне покоя и ноющая боль по всему телу.
Войдя в приемную Осимы, мы увидели развалившегося на диване Мацумото. Он был гладко выбрит и затянут в черные джинсы и атласную черную рубашку с воротником-стоечкой и вышитым серебряным драконом с левой стороны груди. «Интересно, – подумал я, – а на теле у него такой же дракон или что похлеще?»
– Осима-сан! – донесся тигриный рык из утробы поднимающегося нам навстречу Мацумото.
– А вы, значит, как Магомет?
Я попробовал максимально понизить мой тенор, но вышло не очень.
– Осима-сан! – решил поиграться Мацумото.
– Да? – не самым твердым голосом откликнулся посеревший Осима.
– Нас здесь двое, гражданин Мацумото!
Я поместил свое изнывающее от ломоты в костях и зуда в мышцах тело аккурат между противоборствующими сторонами. Мацумото ничего не оставалось, кроме как признать мою телесность и, соответственно, мое присутствие в помещении.
– Ты кто? – поинтересовался он все тем же тигриным тембром.
– А ты не знаешь?
– Минамото?
– Минамото, Минамото.
– Ну?
– Я говорю, ты как Магомет, значит?
Растерянный и опасающийся перехода перепалки словесной в перепалку рукопашную Осима открыл дверь и указал нам внутрь. Я демонстративно первым шагнул вперед, без приглашения сел на осимовский любимый диван и успел небрежным жестом указать Мацумото на кресло до того, как он на него рухнул своим внушительным телом. Осима, пытаясь сохранить остатки офицерского достоинства, постарался как можно более раскованно приземлиться во второе кресло, но вышло у него не очень. Он не то чтобы был напуган, просто как-то сильно нервничал. Я, в общем-то, его понимаю. Я уеду, а ему с Мацумото жить. Но унижаться вот так вот перед этой мразью… Не знаю.
Инициатива – прежде всего, превыше всего. Когда твой противник – сильный и опасный мужик, все нужно делать первым, как давеча Ганин. В других случаях можно не торопиться, а в таких вот медлить нельзя.
– Что тебе, Мацумото, от нас надо? Ну, рассказывай! Чего пришел?
– У вас мои ребята, – несколько сбавил обороты Мацумото, начиная осознавать, что драться придется с равным соперником.
– Какие ребята? – подал голос Осима.
– Кто их видел? – добавил я.
– Дурака из меня делаете? – обозлился Мацумото.
– Почему это ты в настоящем времени спрашиваешь? – поинтересовался я так, между прочим.
– А? Чего?
Мацумото, у которого с грамматической терминологией явно не все в порядке, все больше втягивался в мою игру.
– Да нет, ничего. Это я так, к слову. Так какие ребята?
– Вы оба знаете, какие.
– Что тебе, Мацумото, от нас с Осимой-саном надо? Скажи честно. Что тебе от нас надо?
– Где мои ребята?
– Какие ребята? Что ты все вокруг да около!
– Ханэда и Хаяси.
– А! Значит, Ханэда и Хаяси – твои ребята, да?
– Да.
– И что ты от нас хочешь?
– Отпустите их.
– А мы что, их держим?
– Они у вас в КПЗ парятся.
– Да? Давно?
– А ты, мент, с понтом не знаешь!
– С понтом не знаю, а в беспонтовости твоей глубоко убежден.
– Чего это я беспонтовый?
– А того! Ребята твои мне вчера череп проломить хотели? Хотели! И проломили бы, если бы не стечение обстоятельств.
– Доказательства?
Осима привстал, пошарил у себя на столе и взял в руки две сиреневые папки.
– Здесь показания шести свидетелей, Мацумото-сан. Хаяси-сан и Ханэда-сан вместе с двумя российскими гражданами напали на майора полиции Такую Минамото. Более того, попытались его убить. Все запротоколировано, и отвертеться вашим ребятам будет очень трудно.
– Убить хотели русские. Мои только рядом стояли.
– Конечно! – вскипел я. – И свечку держали!
– Какую
