вспомнил про Бернара и разозлился на себя, незачем было его так оскорблять. Он извинится перед ним. Бернар вычеркнет из памяти этот инцидент. Все опять будет как раньше.
Арпаду вдруг страшно захотелось снова оказаться в Сен-Тропе и чтобы Бернар зажал его в углу террасы, а Жаклин утопила в своей болтовне, захотелось повидать несносную свояченицу Алису и хирурга Марка, ее мужа.
Теперь, пятнадцать лет спустя, он все сделает наоборот: сбежит из Женевы и спрячется в Сен-Тропе.
Арпад отправился на ресепшен и сообщил, что остается до пятницы. Потом, чтобы создать себе прочное алиби, поделился с администратором:
– В пятницу уезжаю в Сен-Тропе. Начинаются школьные каникулы, отвезу детей к родителям жены.
Служащий, если его спросят, подтвердит, что в пятницу он отбыл в Сен-Тропе. Лишняя предосторожность не помешает. Потом Арпад вышел из отеля, забрал машину с парковки и уехал.
Сцена не ускользнула от внимания агентов наблюдения, которые с вечера отслеживали каждый шаг Арпада. Женщина-полицейский, игравшая роль постоялицы отеля, слышала его разговор с администратором. На парковке инспектор Марион Брюлье со своей коллегой из угрозыска, сидя в машине без опознавательных знаков, смотрели вслед его машине. За его “порше” двинулась группа слежения, мастера наружного наблюдения.
– Не похож он на налетчика, – сказала Марион, поигрывая картонным стаканчиком с кофе.
– Что значит “похож на налетчика”? – спросила коллега, доедая круассан.
– Не знаю, – улыбнулась Марион. – Но выглядит он как приличный человек.
– Закоренелые преступники вообще выглядят как приличные люди. И потом, если ему не в чем себя упрекнуть, что он делает в гостинице, да еще рядом с аэропортом?
– Может, с женой поругался, – предположила Марион.
Сослуживица промолчала.
– Тот тип из группы быстрого реагирования, который дал наводку, я его знаю…
– И что?
– Скотина. Все думаю, можно ли верить его сведениям.
– Можно быть скотиной и хорошим полицейским. Досье у него лучше некуда.
Марион пожала плечами. Интересно, нашла ли жена Грега ее письмо?
Карин сидела в автобусе, ехала на работу. У нее не выходило из головы это письмо. Она почти не спала. Может, это правда? Может, Грег ей изменяет? Может, она тоже из тех наивных дурочек, что вечно ни о чем не догадываются? А когда он поздно возвращается с очередной операции, может, это и не операция вовсе? И кто написал эти жестокие слова? Там написано, что Грег “грязная свинья”. Может, это какая-нибудь его пассия мстит?
Мужу она, само собой, ничего не сказала. Она еще не готова с ним сражаться. Она попыталась открыть его служебный телефон, но там был пароль, который Грег не сообщал никому. Всегда говорил: “Это не телефон, это орудие производства”.
Карин начинала подозревать, не кроется ли за этими словами что-то еще.
Арпад все утро искал книгу.
Он обошел чуть ли не все книжные магазины в городе. Маленькие частные, огромные сетевые, букинистические. Безуспешно. Он заходил в центральную городскую библиотеку, в университетскую библиотеку филологического факультета. Все впустую. Вдруг ему пришло в голову сходить в антикварную лавку. Он знал один магазин редкой книги в Старом городе, где продавались первые издания, древние карты. И там он ее нашел. “Уникальное издание, настоящий кожаный переплет, с золотым обрезом”, – объяснял продавец запредельную цену. Арпад безропотно заплатил. Ему была нужна эта книга. Ему нужно было понять.
Около полудня.
В зале заседаний Главного управления полиции начиналось обсуждение будущей операции с участием представителей уголовного розыска, службы наружного наблюдения, группы быстрого реагирования и прокурора.
Грег, усаживаясь рядом со своим начальником, заметил среди присутствующих Марион Брюлье. “Непру-ха”, – подумал он.
Совещание открыл глава следственной группы из уголовной полиции. Он пригласил Марион сесть рядом и представил ее собравшимся:
– Инспектор Марион Брюлье, она расследует это дело.
Грег шепнул на ухо начальнику:
– Чтоб их! Поставили девчонку вести расследование… Она же все завалит. Все-таки лучше иногда разбираться самим. Небось спит со всеми подряд. Внешность располагает.
Начальник фыркнул. Глава следственной группы продолжал:
– Марион, несмотря на молодость, один из наших лучших сотрудников, уверен, она сработает образцово. Заранее благодарен за любую помощь, какую вы сможете ей оказать, и предоставляю ей слово.
Марион вышла вперед и начала докладывать:
– Слежка за подозреваемым была установлена вчера после полудня. Выйти на его след оказалось легко. Он снял номер в гостинице напротив аэропорта, под собственным именем. Наружное наблюдение началось после его возвращения в отель около семнадцати часов, он оставался в номере, затем поужинал в ближайшей пиццерии. В отель вернулся в двадцать часов, ночью никуда не выходил.
– А что он делал до семнадцати?
– Неизвестно. Его местонахождение установлено только по возвращении в отель.
– Его телефон на прослушке? – спросил начальник Грега.
– Да.
Слово взял прокурор:
– Я дал разрешение на прослушивание. Но камеры наблюдения, которые запрашивала группа быстрого реагирования, – ни-ни! Ни в гостинице, ни у него дома.
Дома тем более, ведь он оттуда явно ушел. Кстати, кто-нибудь знает почему?
– Семейные проблемы, – пояснил Грег.
– Вы с ним близко знакомы? – спросил прокурор.
– Да, это мне и позволило догадаться, что готовится налет. Жену его я тоже хорошо знаю, могу к ней сходить под каким-нибудь предлогом и за это время установить у них камеру. Он наверняка заедет домой, и нам было бы очень на руку видеть, чем он занимается.
– Я здесь не затем, чтобы играть вам на руку, – сухо заметил прокурор. – Я здесь затем, чтобы не позволять вам делать глупости и нарушать основные принципы права! Мы не с террористом дело имеем. Продолжайте, пожалуйста, инспектор!
– К настоящему моменту активность на телефоне подозреваемого минимальна. Ему поступил звонок от некоего Жюльена Марте, одного из друзей. Арпад Браун полгода назад потерял работу и никому не сказал, даже жене, она, судя по всему, узнала об этом совсем недавно. Жюльен Марте предложил ему помощь в поиске работы. Короче, для нас ничего интересного. После этого вчера вечером ему дважды пыталась звонить жена, он не снимал трубку. Сегодня утром позвонил детям, сказал им, что находится в Лондоне по работе.
– Других звонков не было? – удивился прокурор.
– Ни одного.
– У него есть второй телефон! – воскликнул Грег. – Тем вечером сообщник звонил ему по другому телефону.
– Откуда вам это известно? – спросил прокурор.
– Я… я видел.
– Как вы могли видеть?
– Я был у них дома.
– Да, второй телефон упоминается в твоей справке, но никаких его следов мы не нашли, – уточнила Марион. – Возможно, это телефон с предоплатной симкой другой страны, его отследить трудно.
– Значит, что у нас конкретного, кроме подозрений? – спросил прокурор.
– На данный момент ничего, кроме подслушанного Грегом Льежаном разговора
