с мячом, валялась на ковре в кабинете, ластилась к слугам, запрыгивала в прицеп трактора и лениво объезжала оливковые рощи, а ночью спала со всеми остальными в хозяйской комнате. Она подросла, ее больше не кормили молоком, и она, как и ее друзья-собаки, получала жестяную миску с густой похлебкой. И каждый день, когда Лукино пил чай на веранде, пантера, словно комнатная собачка, протягивала лапу за печеньем.
Лукино водил Гаттино в деревню, и это был целый аттракцион. Дети, бросив карусель на площади, сбегались погладить кошечку, и та не сопротивлялась. Нередко можно было видеть, как последний из рода Мадура сидит в кафе или разгуливает меж рыночных рядов, а рядом на поводке вышагивает его маленький хищник.
Лукино регулярно вызывал ветеринара из римского зоопарка, убедиться, что пантера здорова.
– Она отлично растет, – каждый раз подтверждал врач, – и совершенно здорова. Даже на собачьей похлебке.
– Да она и ведет себя как собака, – весело пояснил Лукино.
– Она думает, что она собака, – возразил ветеринар.
– Что вы хотите сказать?
– Гаттино не сознает себя пантерой. В африканской саванне она бы погибла в первый же день. Она утратила рефлексы хищника и не способна охотиться. Она живет среди собак и думает, что она тоже собака.
Год спустя после приезда в замок пантера выросла. Из нежного котенка она превратилась во внушительного зверя. Но зверя невероятно спокойного и благодушного. Более тихого, ласкового, игривого, чем любая собака.
В отличие от псов, выдрессированных по всем правилам, пантера пользовалась безграничными привилегиями: спала в постели Лукино, плескалась с ним в большом бассейне, ела на ковре в столовой из фарфоровой тарелки и почти всегда сопровождала его, когда он ходил в Бракет-то – к великой радости детей, катавшихся на ней верхом.
Слава о Гаттино разнеслась по всей округе. О пантере написали в газетах. В Бракетто съезжались любопытные, только чтобы поглазеть на хищника. Директора цирков предлагали Лукино за комнатную пантеру баснословные суммы, но Джованна раз за разом выпроваживала докучливых гостей. Зверь пленил даже ее, хотя сперва она относилась к нему сдержанно. И потом, с появлением Гаттино Лукино выбросил из головы путешествия. Как можно оставить одну красавицу пантеру? Она стала его подругой.
Три года пантера дарила хозяину счастье. Вплоть до того злосчастного вечера.
Было поздно. В замке все спали, свет горел только в кабинете Лукино. Сидя за рабочим столом, он просматривал письма. Вокруг него на ковре мирно спали вповалку собаки и пантера. Все было тихо и спокойно. Слышалось только дыхание спящих животных да скрип пера Лукино, бегавшего по бумаге.
Трагедия случилась, когда он собирался вскрыть конверт, полученный в тот же день от миланского друга. Торопясь узнать, как у того дела, он слишком резко взялся за нож для бумаги. Лезвие проткнуло конверт и поранило ему руку. Ничего серьезного, простая царапина. Но из ранки закапала кровь. Лукино потянулся за носовым платком и вдруг почувствовал на порезе что-то горячее и шершавое. Язык Гаттино. Пантера стала лизать кровь, сперва потихоньку, потом как одержимая.
В эту минуту Лукино понял, что его ручная пантера, почувствовав вкус крови, снова стала хищником. Он знал, что если отдернуть руку, пантера его загрызет. Свободной рукой он очень медленно открыл ящик стола и достал револьвер. Приставил дуло к голове пантеры, все еще жадно лизавшей рану, и нажал на курок.
Наутро их нашла Джованна.
По комнате метались перепуганные собаки. Лукино распростерся на полу. Он все еще плакал, обнимая тело обожаемой пантеры, лежавшее в луже крови.
Объяснив Джованне обстоятельства трагедии, Лукино сказал:
– Она умерла из-за меня…
– Но, Лукино, она бы вас наверняка растерзала!
– Я решил сделать из пантеры комнатную собачку. Но дикие звери – они как люди. Их можно задобрить, загримировать, переодеть. Можно питать их любовью и надеждой. Но их природу не изменить.
Глава 18
За 3 дня до налета
ВОСКРЕСЕНЬЕ, 26 ИЮНЯ
(Удача Грега)
ПОНЕДЕЛЬНИК, 27 ИЮНЯ
ВТОРНИК, 28 ИЮНЯ
➧ СРЕДА, 29 ИЮНЯ 2022 ГОДА
ЧЕТВЕРГ, 30 ИЮНЯ
ПЯТНИЦА, 1 ИЮЛЯ
СУББОТА, 2 ИЮЛЯ
(День налета)
4 часа 30 мин. утра, в Бородавке.
Грег открыл глаза. Рядом спала Карин. Он выскользнул из постели и спустился на кухню. Сварил себе кофе и вышел с ним наружу, на террасу. Было еще совсем темно. Воздух благоухал скошенной травой. Он включил гирлянду и осмотрел садик – он был мирный и аккуратный. Зато в самом доме несколько часов назад у них с Карин все разом рухнуло.
Несколько часов назад
Грег сидел за кухонным столом и читал ту историю Висконтини, про пантеру. Чтение увлекло его, и он не заметил, что Карин стащила его мобильник. И вдруг она выросла перед ним с перекошенным лицом, вся в слезах. Он сперва решил, что кто-то умер. Лучше бы умер…
– Ты ничтожество! – завопила она. – Отпетый мерзавец! Грязная свинья!
Она сунула ему под нос экран его собственного телефона, на котором Софи ублажала сама себя.
Грега охватила паника. Попался, как мальчишка. Он не знал ни что сказать, ни что делать. Его, мастера переговоров, умевшего разруливать любые кризисные ситуации, застали врасплох. Он залепетал: “Погоди, погоди, это вообще не то, что ты думаешь… ”, но этого явно было мало, чтобы остановить Карин, извергавшую поток воплей и ругательств. За неимением лучшего он разыграл детскую карту:
– Не кричи так, мальчишек разбудишь…
Тактика не сработала. Карин разоралась пуще прежнего:
– Тем лучше! Пусть знают, что их папаша – мерзкая скотина, изменяет матери!
– Я все тебе объясню! – заявил Грег.
– Ну так объясняй!
Надо было придумать что-то правдоподобное. Причем срочно. Единственный выход – сослаться на расследование, то есть нарушить подписку о неразглашении. Но разве у него был выбор?
– Арпад находится под наблюдением полиции, – раскрыл он тайну. – Больше не могу тебе ничего сказать, но у него в спальне установлена камера.
Карин на миг остолбенела:
– Это еще что за история? И какая связь между ней и этим видео с Софи?
Он без зазрения совести солгал:
– Дурацкая шуточка одного сослуживца. Взгляни на видео, сама увидишь, оно снято с экрана.
– У меня нет никакого желания пересматривать этот ужас!
– Отлично тебя понимаю. – Грег на ходу продумывал линию защиты. – Тот коллега вел наблюдение, когда Софи… захотелось. Ему хватило низости заснять экран камеры телефоном и разослать парням из нашей группы. Мало того что это подло для полицейского, так еще и совершенно незаконно. Дошло до нас с шефом. Ну, ты знаешь,
