– крысы очень быстро приносят вести. Твоя знакомая архивная крыса Мелисса родственница тех, кто живет в нашем подвале под центральной башней. Мы с ними соблюдаем нейтралитет – слуги их не ловят, они не показываются на кухне и в кладовой. Мы их даже подкармливаем, чтобы узнать последние новости раньше, чем они появятся в прессе. Светские сплетни очень любят кухарка и ее помощницы.
– Ну надо же! А что, Мелисса тоже в этом замешена? – удивился Маркус.
– Я об этом ничего не говорил, – отрезал Харт.
– Она была в курсе, что принцесса ведьма? И ничего мне не сказала? – обиделся кот. – Тоже мне, подруга! Крыса всегда останется крысой. Скрытная, себе на уме. Можешь передать через ее родню, что я обиделся, – надулся Маркус, распушив шерсть и превратившись в белый шар.
– Она связана обязательствами перед Императором. Не сердись на нее, – Харт пригладил шерсть Маркуса. – Мелисса добрая и порядочная крыса. Позвольте, метта Ариана, я приготовлю для вас чай и подам закуски? Вам надо отдохнуть и немного прийти в себя после таких потрясений.
– Милок, будь добр, – Маркус развалился в кресле, царственным жестом велел Ариане достать из сумочки настойку, приобретенную по дороге и передать ее Харту. – Накапай мне в блюдце этого живительного эликсира. Что-то сердце стучит как бешеное. Похоже, у меня аритмия. И давление тоже шалит. Нет, хватит с меня подобных приключений. Уж лучше я буду заниматься кофейней. Дворцовые интриги, политические игрища и шпионские страсти точно не мое. Да, и не забудь подать к настойке гусиной печенки, дружок!
Глава 53
Время тянулось медленно, ползло ленивой улиткой, черные стрелки напольных часов словно приклеились к циферблату. Мерно качался бронзовый маятник в резном дубовом футляре, часы гулко и неспешно били каждые четверть часа. Ариана машинально выпила чай, съела все печенья и конфеты, принесенные Эдгаром.
Напившийся валериановой настойки Маркус мирно дремал на коврике у камина.
Девушка не находила себе места. То мерила шагами гостиную, то смотрела в окно, уставившись в одну точку. Где-то за горизонтом в морозном мареве синели горы, замерзшая река, петляя, уходила вдаль. Низенькие домики предместий Столицы укутаны снежным покрывалом.
Неизвестность всегда угнетает. Ариана переживала за Рональда. Она видела, что герцог потерял много крови. И хотя он бодрился, было очевидно – раны у него серьезные.
– Метта Корр, – от голоса дворецкого Ариана вздрогнула как от удара. Она не услышала, как тот вошел в гостиную. – Милорд просит передать, что будет рад видеть вас в своих покоях.
– Ему очень плохо? – испуганно уставилась на Эдгара девушка, пытаясь унять бешено бившееся сердце.
– Он немного утомлен. Врач сделал обнадеживающие заключения. Будем надеяться на лучшее.
Эдгар не отличается многословием. Впрочем, ему вряд ли кто доложил об истинном самочувствии герцога. А Рональд, как всегда, будет утверждать, что все прекрасно и замечательно. Ариана кинулась вон из комнаты, по дороге схватив дворецкого за руку:
– Пожалуйста, скорее проводите меня в покои герцога!
– Подожди! – взмолился Маркус. – Не беги так, я за тобой не успеваю!
Он поднялся с коврика, потянулся, выгнул дугой спину, зевнул и затрусил за Арианой и Хартом.
Коридор казался бесконечно длинным, наконец Эдгар распахнул резную дверь:
– Прошу вас, метта Корр.
Ариана вихрем влетела в комнату и замерла перед огромной кроватью с пышным шелковым балдахином и прихотливо задрапированным пологом. Рональд полулежал, откинувшись на высокие подушки.
– Ты как? – с замиранием сердца спросила девушка, подходя к роскошному ложу.
– Прекрасно, – улыбнулся Рональд.
– Опять врешь? – укоризненно покачала головой Ариана.
– Точно врет, – согласился Маркус, запрыгивая на постель. Кот не без труда преодолел складки атласного одеяла, добрался до герцога и бесцеремонно улегся у него на груди. – Я тебя полечу. У тебя жар. Но я буду рядом и буду следить за твоим состоянием. Я умею отлично регулировать человеческую ауру и прекрасно снимаю высокую температуру.
– Садись рядом, – Рональд похлопал ладонью по постели, приглашая Ариану.
Девушка забралась на высокую перину и села с края. Положила ладонь на лоб Рональда:
– У тебя и правда жар.
– Я уже выпил микстуру, выданную мне императорским врачом. Скоро начнет действовать и жар пойдет на убыль. А пока я хотел поговорить с тобой.
– Только не о сердечных делах, – поднял голову кот. – Романтика должна быть романтичной. Цветы, музыка, шампанское, конфеты и все, что там еще полагается.
Рональд погладил кота по голове.
– Спасибо за совет и заботу, но я буду тебе бесконечно признателен, если ты станешь лечить меня молча.
– То есть буду играть роль молчаливой грелки? – обиделся Маркус. – Ладно, умолкаю.
Рональд взял Ариану за руку, сжал ее пальцы в своей ладони.
– Ты удивительная девушка. Хрупкая, но такая смелая, нежная, добрая и стойкая. Теперь я могу тебе сказать то, в чем давно хотел признаться – я очень люблю тебя. И я прошу тебя стать моей женой.
Как фокусник Рональд достал из-под подушки кольцо:
– Скажи, Ариана, ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете? Ты выйдешь за меня замуж?
– Да, – прошептала Ариана. От волнения у нее пропал голос, сердце бешено стучало в груди, а за спиной словно выросли крылья от счастья. – Я тоже очень люблю тебя, Рональд. И это так прекрасно, – улыбнулась она.
Рональд надел ей на палец кольцо:
– Оно передается в нашем роду из поколения в поколение.
Кольцо сверкало на пальце девушки ослепительной ярко-голубой звездой, переливаясь острыми лучами.
– Это бриллиант? – Ариана любовалась волшебной игрой граней камня. – Никогда не видела ничего подобного. Его сияние завораживает, глаз невозможно оторвать.
– Да. Голубой бриллиант. В нем соединились огонь и лед, смешалось несочетаемое. Он похож на тебя – бесценный и редкий.
Рональд потянулся к Ариане.
– Лежи, не вставай, – девушка испуганно коснулась его плеча. Она наклонилась над Брианом, касаясь губами его губ. Ее поцелуй не был робким, она жаждала ответа, и Рональд тут же отвели страстно и жарко.
У Арианы замерло сердце, закружилась голова и мурашки пробежали по всему телу, будоража воображение какими-то неясными томительно-сладкими желаниями и мечтами.
– Ну все, все! – жалобно взмолился Маркус. – Вы меня задушите. Дайте мне воздуха! Ариана, не надо прижимать меня к Рональду. Я не подушка, я живое существо и мне душно!
– Прости, – смутилась девушка. – Я про тебя совсем забыла…
– Вот она, людская благодарность! – театрально вздохнул Маркус, прижимая лапу к своему лбу. – Придавить верного товарища грудью, перекрыть ему дыхание, заставить страдать от нехватки воздуха и просто извиниться, вроде ничего особенного не случилось! Извини, Маркус, я тебя слегка помяла, – передразнил Ариану кот.
– Маркус, не ворчи, пожалуйста, – потрепал его по
