вместе со всеми.
На улице воздух был другой — прохладнее, свежее. Перед входом — аккуратная площадка, дальше — парковка. Машины то подъезжали, то уезжали. У одной из колонн кто-то курил, подальше подростки фотографировались на фоне вывески.
Она остановилась недалеко от дверей, но так, чтобы её было хорошо видно и с улицы, и изнутри. Поставила пакеты ближе к ноге, достала телефон. Это был удобный момент: человек, который смотрит в экран, редко изучает периметр.
Я сместился к рекламному щиту с распродажами и встал так, будто читаю мелкий шрифт на афише. Кепка закрывала часть лица, корпус немного повернут, обзор — под нужным углом. До неё — метров десять–двенадцать, не больше. Слышимость, если не шуметь самому, была приемлемой.
— Да, Максим, — её голос был спокойным. — Я уже всё купила… Да и в «Заме» и в книжном. Да… Угу. Могу сама поехать, если хочешь. Или ты меня заберешь?
Пауза. Кто-то рядом громко засмеялся, но суть фразы не потерялась.
— Хорошо. Тогда жду. Я у северного входа. Да, всё нормально… До встречи.
Она отключилась и убрала телефон в сумочку. Посмотрела на парковку, но не как человек, который ищет пути отхода, а как тот, кто просто ждёт свою машину.
Я медленно поменял опору с правой ноги на левую, как будто затекли мышцы. В этот момент что-то чуть коснулось штанов у щиколотки. Едва заметно, но знакомо — мягкая лапа.
«Тут», — прозвучало в голове.
Контакт. Значит, кот нашёл способ подобраться незаметно и сам решил дать знать, что рядом.
Я не стал смотреть вниз. Со стороны это выглядело бы странно. Просто чуть сдвинулся ближе к большому кашпо, в котором была искусственная пальма. Вот засранец, как через двери проскользнул. Достал телефон и приложил к уху. Еще не хватало, обратить на себя внимание разговорами с самим собой.
— Что чувствуешь? — Сказал я вслух, словно говорю по телефону.
«Жрать хочу. »
— Чего… — поперхнулся я воздухом, — да я про девушку!
«А. Тогда. Ничего».
Касание исчезло. Всё. Связь оборвалась: кот отпрянул и снова превратился просто в часть фона. Я даже не пытался понять, где именно он спрятался. Лишняя информация.
Прошло пару минут. Машины подъезжали и уезжали, люди перекидывались короткими фразами, кто-то ругался по телефону. Элизабет стояла спокойно, чуть притопывая носком сапога и перекладывая пакеты с руки на руку — не потому что тяжело, а просто чтобы сменить положение.
Потом к краю площадки мягко подъехала тёмная иномарка. Узнаваемый силуэт, знакомый звук двигателя. Герб рода Максима на номерах.
Максим вышел из машины. Поправил рукав, обошёл капот, поднял на неё взгляд. Она улыбнулась.
Он взял у неё пакеты, положил на заднее сидение. После этого открыл ей переднюю дверь и она спокойно села. Максим обошёл машину, сел за руль.
Ну всё. Моя слежка закончена. Никто никуда не собирался убегать.
Иномарка мягко вырулила с парковки и влилась в поток машин на дороге. Не резко, не демонстративно — как сотни других выездов в этом городе.
Я проводил её взглядом, пока машина не скрылась за поворотом. Потом достал телефон и набрал Женька.
— Забери меня от «северного входа», — сказал я, когда он взял трубку.
— Уже почти тут, — ответил он. — Минута.
— Хорошо. Буду возле колонн.
Я отключился, отошёл от рекламного щита и занял место чуть в стороне от дверей, у опорной колонны.
Через полминуты откуда-то сбоку появилась чёрная тень. Кот аккуратно вывернул из-за урны, огляделся, потом одним точным прыжком взлетел мне на плечо. Я машинально провёл ладонью по его спине.
— Ну что? — спросил я тихо.
«Ничего. Жрать хочу.» Он зевнул и удобнее устроился у меня на шее. «Я спать.»
— Ну как обычно, — пробормотал я.
Кот ещё раз зевнул и засопел. Вот лентяй.
Через пару минут к тротуару подкатила знакомая машина Женьки. Он припарковался так, чтобы не мешать и чтобы на него не начали сигналить. Открыл окно, высунулся.
— Ромыч, подвести? — чуть улыбнулся он.
— Можно, — ответил я и сел на переднее сиденье. Дверь захлопнулась с привычным звуком.
— Ну как? — спросил он, трогаясь с места. — Побег устроила или просто шопинг?
— Сегодня — шопинг, — сказал я.
— И всё? — разочарование у него прозвучало слишком явно.
— На сегодня — да. За ней дальше следить смысла нет.
— Почему?
— Она с нанимателем уехала — улыбнулся я.
— Понятно, — он кивнул, вливаясь в поток. — В офис?
— В офис… — задумался я. — Хотя, давай наверно паркуйся и идём пообедаем.
— Давай тогда лучше на районе. Я знаю классную чайхану, там ребята такой плов делают, — сказал он так, словно уже ест этот самый плов.
— Поехали, — решил я не отказываться.
Мы выехали на дорогу, заняли свою полосу и потихоньку потянулись вместе с остальными.
Я смотрел в окно и прокручивал в голове увиденное.
Элизабет провела в торговом центре достаточно времени, чтобы любой охранник мог потом отчётливо сказать: «Она была тут». Она не пыталась уйти от наблюдения, не искала слепых зон, не меняла маршруты. Всё ровно, корректно, предсказуемо.
И именно это, по опыту, всегда заставляет держать у себя в голове ещё один незаданный вопрос.
Но отвечать на него сейчас было рано.
Мы приехали на район, но не поехали к офису, а заехали куда-то во дворы, где стояла неприметная кафешка с названием «У Зураба». Я удивился — я даже о ней не знал. Выглядело немножко страшно, я бы, наверное, ни в жизни туда не зашёл, но, посмотрев на лицо Женька, который уже изливался слюнями от голода, я понял, что место и правда хорошее. И, наверное, недорогое.
Всю дорогу я думал о поведении Элизабет в торговом центре. Это выглядело больше как создание алиби. Она могла уехать сама, могла вызвать такси, но позвонила именно Максиму — что тоже заставляло задумываться. И ещё момент: кот её не почувствовал. Это тоже странно. Я, конечно, пытался пару раз тыкнуть в него пальцем — может быть, он что-то скажет, — но он только ворчал и посылал меня разными матерными и нематерными словами. Вот засранец.
Женька увидел мой взгляд и, будто умел читать эмоции, сказал:
— Ты не смотри, что выглядит так страшно. Здесь отличный плов. Уж поверь, я здесь не первый раз ем, и пока ни разу
