Мы углубились в изучение карты местности и зоны свободной от запрета на открытие частных порталов.
Глава 14
Мозговой штурм меня немного вымотал. Даже с учетом отсева объектов для осмотра оставалось много. В оставшееся время мы просто не укладывались. Я выпила уже третью миску с кофе и тоскливо положила голову на колено Клесса.
— И что у нас тут получается: в оставшихся 35 хранилищах, а 5 из них относятся к банкам, типовой набор защиты соседствует с дополнительной, в которой каждый извратился по мере своих возможностей, — вздохнул каттис и устало потер глаза.
— Посетить каждое, я так понимаю, мы не успеваем, — вклинился, долго молчавший, Доскол.
— Ага, даже если у тебя вырастут ноги и мы разделимся. Слишком много времени уходит на подготовку самого визита, — подала мысленный голос я. — Ты, кстати, так и не объяснил, что это за деревянная часть у тебя выросла.
— Ага. Выросла. Как же, — буркнул Доскол, — Меня попытались срастить с другим артефактом.
— И? — синхронно затаили дыхание мы с Клессом.
— Ну как видите, я его поглотил, — мне показалось, что Доскол улыбается.
Брр откуда такие ассоциации у него и рта же нет.
— И что теперь? Это сильно тебя изменило? — посыпались из меня вопросы, так что я даже немного взбодрилась.
— Пока ничего. Не было случая проявиться. Да и так я был практически разряжен — мою защиту сильно поковыряли, но я немного подпитался от тебя, — выдал, как бы между прочим, этот паразит.
— Ну, спасибо, что спросил, что предупредил, — выспылила я, — А то, что у меня вампиризм магический временами появляется и я выпиваю все вокруг до пепла — это так пустяки?
— Не знал. Это как инстинкт при появлении хозяина: если мой резерв пуст, беру столько, сколько можно, чтобы не причинить вреда. Хотя на момент, когда вы появились, ты выглядела накаченной магией под завязку, — начал оправдываться он.
— А теперь посмотри на меня внимательно, сколько там во мне осталось? — вкрадчиво спросила я.
— Выглядит как полупустой средний человеческий резерв, — протянул Доскол. — Куда все делось то?!
— Вот и я не знаю. Облик я меняю как-то спонтанно, да и в размерах увеличилась недавно. Сейаза говорит, что у меня три ипостаси, а не две, как у всех нормальных, — усмехнулась я.
— Может, ты мне по порядку обстоятельно все вспомнишь, что вы тут учудили без меня? — спросил он. — И некоторых кошачьих морд это тоже касается.
Мы начали по очереди вспоминать все произошедшее. Обмен информацией на ментальном уровне шел шустро. Доскол схватывал все на лету.
— Мдааа, сдается мне, эта Сейаза не просто змейка-морф, а кое-кто поинтереснее, — вынес он свой вердикт. — Она, кстати, где сейчас?
— В комнате спит, — хмыкнул Клесс. — А кем она может оказаться? Так вроде же ее история — не вранье, по крайней мере, она в нее верит.
— А не слишком ли много она спит последнее время? — спросила я больше саму себя.
— Надо нам ее осмотреть, — почти синхронно подали мысль мои собеседники.
Мы все строем ломились в комнату, где была Сейаза. Дверь оказалась закрытой изнутри. Клесс быстро взломал простой механический замок и мы дружной толпой в два существа и одно копье ввалились внутрь. На кровати лежала тоненькая худенькая девушка с ослепительно белыми кожей и волосами.
Я подошла ближе. Это была Сейаза — черты лица были ее. Только в последнюю встречу в этой ипостаси она не была такого цвета. Рядом с кроватью я вляпалась в нечто склизкое и липкое.
— Кажется это кожа, — донеслись отголоски размышлений Доскола.
— Она сбросила ее, — согласился Клесс. — Я не думал, что она такая маленькая. Как змея она достаточно внушительных размеров.
— Дышит, но истощена. Придется подкормить искусственно. Похоже, она впала в спячку сразу после смены ипостаси из-за истощения ресурсов, — констатировал Доскол.
— Ага, сейчас, — кивнул Клесс и выбежал.
Через несколько минут он вернулся с небольшим чемоданчиком, который оказался аптечкой.
Проведя какие-то непонятные мне манипуляции над левой рукой девушки, Клесс отошел и сел рядом на пол. Над кистью руки вспыхнула ярко-синяя паутинка и окутала конечность до локтя. От «паутинки» тянулась нить к небольшой сфере в раскрытом чемодане.
В правую руку ей воткнули банальную капельницу с питательным раствором.
— Это должно ее поддержать, а там глядишь проснется и сама поест, — сказал Доскол.
Еще долго обсуждали нарисовавшиеся трудности по выполнению заказа и не заметили как начали разговаривать вслух.
— Вам нужно универсальное устройство слежения, — перебил нас хрипловатый голос Сейазы.
— Ты как? Есть будешь? — сразу оживилась я.
— Не помешало бы, — отозвалась наша змейка.
* * *
Лаиентр Шеос уже вторые сутки валялся в регенераторе. Действия яда оказались весьма интересными для изучения местными врачами, хотя бы тем, что среди многочисленной коллекции такого не было. Так что, заполучив в свои руки такую, хоть и высокопоставленную, новинку эскулапы только не приплясывали от радости, в особенности, отдел токсикологии.
Среди нелюдей в белых халатах (будем называть вещи своими именами — какие из высших вампиров люди?) даже получила распространение шутка: императорская дочка настолько ядовита и опасна для жизни, что способна отравить через удаленное подписание свадебного контракта. Именно так адмиралу пришлось подписывать соглашение ввиду своего плачевного самочувствия. А вот на предварительный прием и торжественный бал перед подписанием Лаиентр все же попал. Бал был пышен, помпезен и опасен. Эмульсия сделала свое дело и на внешнем виде Шеос действие яда рыжей лисицы не сказалось. Вряд ли какое-либо другое место могло похвастаться такой концентрацией интриганов на метр квадратный. Отдав дань традициям, адмирал успел дважды пригласить на танец свою невесту, а третий танец даже довести до конца. Но это уже была заслуга стимуляторов, своевременно принятых адмиралом. После чего он попал в цепкие руки матушки и был трепетно передан госпиталю ценным грузом.
По итогам проведенных анализов врачи пришли к выводу, что в недавнем времени, предположительно на балу, в организм Лаиентра Шеос попали с небольшим перерывом во времени два яда: Алая смерть и Кристалл. Оба яда даже при своевременной помощи вызывают необратимые изменения в организме вампира, выражающиеся в расстройстве коммуникативных функций вплоть до потери дееспособности.
Однако ни один из них не подействовал на тело адмирала, а найдены они были в изолированных антителами гранулах, обнаруженных в пищеварительном тракте при подробном сканировании. Детальное исследование показало, что сами «гранулы» покрыты неким токсичным веществом органического происхождения, которое и делает данные гранулы устойчивыми и не дает ядам выпасть из плена. В глубине ран на лице нашлось то же вещество, только тут оно не давало краям раны срастись, воздействовало на нервные окончания, вызывая жгучую боль и зуд.
