поверхности кожи.
Грация выдохнула, а затем приложила ладони к шершавой кладке. Она обратилась к дару внутри, позволила собственной мане течь через подушечки пальцев, обволакивать пространство стены вокруг ладоней, пока не заметила в дерганном, едком фоне пятнистые вкрапления — участки, что еще сопротивлялись разрухе этого места. Она подала в них ману и отпрянула назад.
Стена задрожала, с потолка посыпалась пыль, а затем часть кладки просто вывалилась наружу неаккуратными валунами, едва не раздавив ей ноги. Под взглядами учениц неаккуратный разлом стал приобретать черты прохода, где отдельные каменные осколки торчали, точно зубы алчного монстра. И теперь им предстояло добровольно зайти к нему в пасть.
Они сделали шаг вперед, в кромешную тьму и бархат уютной, обволакивающей ненависти. Эманации уютного, где-то знакомого зла сочились из провала морской пеной, накатывали волнами, вызывали трепет, волнение, оторопь… и манили вперед, только вперед. Но даже в полном отсутствие света девушки чувствовали наличие еще одного прохода в тупике. Тогда как точно впереди ощущался провал. Конец. Окончательное забвение. Тюрьма для дерзких, но опрометчивых.
— Хорошо, что ты настояла на втором эликсире, — дриада осторожно погладила плечо Елены и прошла следом за Грацией, — я точно не хочу видеть подробности…
— И тех, кто зашел бы на огонек, возьми мы с собой простые факелы, — тихо закончила Арна.
Да, в последний момент они отказались от них. Особенно, когда демон Зу, на которого девушки набрели в четверг, в красках расписал, какие именно ужасы могут идти на незнакомый свет в подземелье.
«Снадобье паучьего чувства» — второй эликсир, купленный уже Авлидой на две драхмы. Классом повыше, оно позволяло ощущать вибрации от собственных и чужих шагов, а также потоки ветра, даже самые незначительные. Благодаря ему, они могли ощущать пространство, строить некую карту в голове, при этом не прибегая к зрению. Что находится впереди, прячется ли кто-то во тьме, откуда идет сквозняк, что показывает проход и многие другие вещи.
Очень полезный эликсир, но он конфликтовал с большей частью остальных снадобий или декоктов, не позволял использовать магию выше второго ранга, а также давал рудиментарное чувство вкуса в комплект к осязанию, что изрядно мешало и вызывало отвращение. Далеко не каждый удержит желудок от тошноты, когда возьмет подругу за руку и ощутит ее вкус.
— Вот он, подъемник.
Они свернули в боковой коридор. Тот оказался куда шире прохода в стене, напоминал скорее их гостиную своим размером. Затхлые потоки магии здесь словно кружили вокруг вторженцев косяками голодных рыб, стены ощущались монолитными глыбами, а впереди их ждала массивная арка с неожиданно тонкими воротами, скорее ширмой, чем дверью.
Девушки вздрогнули, когда поверх арки зажглась странная лампа — околпаченный стеклом металлический фитиль вспыхнул слепящим холодным оттенком, высветил неожиданно пустую комнату, забросал пространство тенями и силуэтами, что начали жить своей жизнью.
— Э-это что, скелет?.. — полузадушено прошептала Авлида.
— Их тут два. Вон, в углу еще один. П, кх, прикован цепями, — из-за внезапной дрожи Грация прикусила язык — ширма в каменной арке стала медленно отъезжать в сторону.
— Подожди-подожди-подожди! Я еще не готова!!! — запищала дриада и чуть не наступила на фаланги пальцев скелета у арки.
— Этот более свежий, чем тот, в цепях, — почти равнодушно отметила Елена, — и кости блестят. Кто-то его выскоблил сразу после убийства. Или срезал мясо такими острыми зуба— …
— Замолчи, замолчи! — взмолилась Доркас.
А затем ширма окончательно отъехала в сторону.
Взглядам пяти учениц предстала маленькая, тесная, но неожиданно уютная комнатка: панели из красного дерева, мозаика на полу, сводчатый потолок, выложенный голубой плиткой создает ощущение высоты. На стене слева — ряд рычагов, а напротив ростовое зеркало с характерным зеленоватым оттенком полированных минералов. Сразу три лампы, похожие на ту, арочную, освещали небольшое пространство. Их свет казался намного более теплым, чем у входа, почти оранжевым, как лучи солнца перед закатом.
«Зеркало! Ох, пронесло… Оно не из олова и не из платины. Должно быть безопасным… само по себе», — украдкой выдохнула Грация.
Только истинные минералы, текущая вода или особым образом обработанная бронза могли безопасно отражать окружающий мир, и, в особенности, населяющих его жителей. В остальном же… самой большой угрозой для страны ее учитель называл не вторжение демонов и не нападки алчных соседей, а придумки очередных амбициозных идиотов, которые хотели удешевить процесс производства бронзовых экранов, слюдяного стекла или каменных зеркал. Так пал когда-то великий Город Отражений.
— Вперед, — скомандовала Грация и вошла в комнату с уверенностью, которой не ощущала в себе ни единой капли.
Плиты внизу слегка дрогнули под ее весом — единственное свидетельство того, что они стоят в подъемнике, а не просто в очередной комнате. И от этой мимолетной качки ее вдруг объял такой ужас, что Грация застыла на месте и уставилась в пол, пока последняя из их команды не зашла внутрь.
— Почему з-здесь так пусто? А как же Привратник? — Авлида зашла последней — после того, как затолкала бледную даже под всей своей шерсткой дриаду вслед за остальными девушками.
Стоило последней ученице переступить за порог, как ширма снова пришла в движение. С сухим, пыльным шорохом она закрылась за ними и окончательно отрезала пятерку подруг от замка.
— Он не обязательно появляется сразу… если вообще появится. Кто знает, может быть в коридоре стояла ловушка, которую мы избежали, Привратник идет на свет факелов или люди без нашего снадобья просто не могли определить, где этот подъемник находится… Не трогай!!! — она зарычала на дриаду, которая машинально потянулась рукой к ближайшему рычагу, — сначала надо понять, где настоящий!
— Давайте осмотримся, — быстро сказала Арна, прежде чем взвинченная Доркас успела ответить какой-нибудь колкостью, — а потом решим все вместе.
Напряженный кивок или тихое: «ладно», после чего все участники приключения развернулись к ближайшим стенам. Кабинка подъемника оказалась достаточно просторной, чтобы они не стояли впритык, плечом к плечу, но все еще недостаточно большая, чтобы свободно ходить. Грация, если бы захотела, могла бы коснуться рукой любой из своих подруг.
Всего в комнате оказалось семь рычагов. Верхний и нижний на левой стене, правый и левый на противоположной, два рычага по обе стороны от ширмы — чересчур маленькие и тугие на вид, а также огромный на полу посередине комнаты. Сдвинуть его одним человеком точно не получится — придется попотеть трем-четырем. Еще оставалось зеркало за ее спиной, но туда Грация, по старой привычке, лишний раз
