ее с какой-то даже жадностью. Меридианы открывались навстречу холодным потокам, как цветы навстречу дождю. А может, я просто стал опытнее? Все-таки вчера полдня трансформировал меридианы — тут хочешь-не хочешь, а научишься.
[15 %… 30 %… 50 %… 80 %… 100 %.
Шестой Дублирующий Меридиан трансформирован.]
Я не делал перерывов, сразу перешёл к седьмому.
[Трансформация седьмого… ]
Примерно в это время Лянгу и Ли Бо стало скучно и они устроили перебранку.
И я едва сдержал улыбку, когда слышал некоторые особенно язвительные реплики Ли Бо. Что-что, а поддеть Бессмертный умеет. Впрочем, он и сам при этом остается достаточно ранимым, как бы странно это ни звучало.
[Седьмой… 100 %.]
[Восьмой… 100 %.]
[Девятый… ]
К концу сеанса я почувствовал, что больше не выдержу.
Хотел успеть побольше, но больше четырех было невозможно — концентрация начала плыть и Основание устало.
Так что я остановился на девяти. Четыре Дублирующих Меридианов за один день — это было вполне. Еще три-четыре дня — и можно будет двигаться дальше.
— Хорошо потрудился, — заметил Ли Бо, когда я открыл глаза.
— Угу.
Иней покрывал всё вокруг: землю, камни и даже мою одежду.
Я медленно встал, размял затекшие ноги и запрыгнул на панцирь.
— А теперь… обратно, к своим.
Вернуться было приятно. Особенно после холодной Иньской жилы. Тут было тепло, грело вечернее солнышко и я знал, что сейчас выпью чая из духовных трав. Ну разве не идеальный вечер?
Да всё это в компании двух измотанных от тренировок лис (это значило, что они будут тихие и спокойные), довольной улитки-диктатора, и жадной жабы. Ну и конечно карпа — вот уж кто промерз на Иньской жиле. Правда, сегодня он даже не жаловался.
Но сначала лечение Праведника. Я возвращался с полным Основанием, и этим надо было воспользоваться.
Я сел рядом с ним и попросил всех вести себя тихо. На удивление, меня послушались.
Я начал создавать символы. Принцип я понял вчера: погружать каждый из них не спеша, обманывая искаженные Символы Фу. По чуть-чуть, по капельке, но менять цвет шрамов.
Сейчас я работал только над одним.
Восемьдесят микро-Символов Упокоения. Каждый из которых — крошечный как искра, и каждый я вкладывал точно в рубец.
Я сосредоточился так, что забыл о времени, дыхании и о собственном теле. Был только Символ, место, куда он должен лечь, и тонкий, почти неслышный отклик меридианов Юань Ши.
Когда я закончил, по щекам у меня тёк пот, несмотря на вечернюю прохладу.
— Закончил? — спросил Ли Бо.
— Да, — с облегчением выдохнул я и откинулся на траву.
Минут через десять пришло время чая.
Аромат разнесся по всему берегу. Лисы, успевшие к этому времени восстановиться от тренировок, синхронно подбежали. Чунь Чу лениво открыла один глаз. Лянг блаженно булькнул из кувшина, предвкушая грядущее удовольствие.
Я налил Юань Ши и придвинул чашку к его руке.
В этот раз ждать пришлось меньше. Минуту, может быть две. Праведник медленно опустил руку, нащупал чашку и поднял к губам. Сначала понюхал, а потом сделал глоток. Первый… второй… третий.
Когда чашка опустела, губы Праведника шевельнулись.
— Холодно… было.
— А теперь? — спросил я тихо.
Он не ответил. Просто поставил чашку рядом и положил руку на землю.
Почти десять минут я, — и не только я, — ждал новых слов от Праведника, но их не было.
Я хотел уже встать и пойти отдыхать, когда заметил кое-что.
На земле, прямо у правой руки Юань Ши, на пятачке мягкой почвы было нарисовано две линии.
Я наклонился, всмотрелся и тут же узнал — это была половинка иероглифа Небо. Не дописанная, но узнаваемая.
— Ли Бо, — прошептал я.
— Вижу, — отозвался кувшин так же тихо. — Вижу, Ван. Вижу.
— Что это значит?
— Это значит, — медленно сказал Бессмертный, — что его рука помнит, тело помнит, Дао помнит. Он сам еще не помнит, но что-то в нём, — что больше его, — помнит. И тянется к Небу.
Я долго смотрел на эту половинку иероглифа, потом отошёл, ничего больше не сказав. Не хотелось спугнуть.
На следующее утро я проснулся раньше обычного от странного ощущения, что на меня кто-то смотрит.
Я открыл глаза и встретился взглядом с Юань Ши. Осмысленным взглядом.
Внутри всё встрепенулось от надежды. Неужели… он очнулся?
Я медленно сел. Очень медленно, чтобы не спугнуть момент.
— Доброе утро, — сказал я.
Долгая пауза. Я уже думал, что это всё, что он ушёл обратно в свою раковину, как тут его губы шевельнулись. Он хрипло, но внятно спросил:
— Кто… ты?
Глава 17
— Меня зовут Ван. Я Праведник. И ты сейчас в безопасности. — медленно ответил я, стараясь, чтобы он понял каждое слово.
Непонятно, насколько он сейчас в адекватном состоянии: может то, что я говорю для него просто набор звуков.
Сначала он ничего не ответил, так что я подумал, что он всё же не понял моих слов, и нужно будет повторить.
Юань Ши просто смотрел: на меня, на ручей, на парящий кувшин… И этот его взгляд был странным: так, наверное, смотрит на мир младенец, который видит, но еще не знает, что именно он видит. Его глаза еще раз скользнули по моему лицу, потом задержались на песчаном берегу, а затем он поднял их в Небо.
Я не двигался. Боялся спугнуть.
После его взгляд снова опустился к ручью, и теперь он смотрел уже как-то осознанно. Вода журчала о своем, и в этом журчании Юань Ши, кажется, что-то услышал, потому что его веки на мгновение дрогнули.
— Где… — тихо спросил он, — Где… цепи?
Он поднял одну руку, затем другую, и не увидел там цепей, но поднял он руки так тяжело и медленно, будто они по-прежнему там были. Но теперь там были только шрамы, внутри, на меридианах. Думаю, он чувствовал их как цепи.
— Цепей нет, — сказал я мягко. — Их сняли. Тебя больше никто не держит. Храма больше нет, — продолжил я так же тихо. — Цзянши, что держал тебя, мертв. Всё кончено.
Слово «храм» ударило в него так, что он аж дернулся. Возможно, его покоробило от того, что-то проклятое место я назвал храмом? Не знаю. Когда-то ведь там был настоящий храм, это точно. А может, просто в его голове пронеслись все воспоминания, связанные с этим местом.
Я больше не сказал ни слова. Просто поднялся и пошёл за котелком.
«Молодец, что заткнулся, — мысленно сухо заметил Ли Бо. — Я уже хотел тебе кувшином по голове постучать.»
Ты хотел сказать собой.
«Это одно и тоже.»
Признал наконец-то, что ты
