нарисовал себя и нас с Яром. А Яр был краток: «Ульяна, я тебя люблю. Мы скоро вернемся».
Эпилог
Владияр надеялся вернуться в Москву не позже, чем через неделю. Хотя был уверен, что «лечение» и вовсе закончится после первой же встречи с фейри. Но он ошибся.
Фейри, не пожелавший назвать своего имени, осмотрел Владияра и заявил, что случай интересный, он возьмется за лечение, но только в том случае, если от него не ждут чуда.
— Я восстановлю утраченные связи, но этого недостаточно для того, чтобы мышцы заработали вновь, — сказал фейри. — Это долгая и кропотливая работа. Ваша работа, Владияр. Комплекс упражнений, обязательный, ежедневный. Пропускать нельзя, иначе все усилия пойдут насмарку. И новые органы я вам, естественно, не выращу.
— Я согласен, — ответил Владияр.
Никаких чудес. Фейри оперировал его несколько часов. И несколько дней наблюдал, как срастаются ткани, восстанавливается кровообращение и нервные связи. А Владияр чувствовал боль от иглы, которой фейри тыкал в ступни и не мог в это поверить. Потому что одно это было чудом.
Еще две недели Владияр учился правильно тренировать мышцы. Афанасий ему помогал.
Все это время за Митей присматривали Фрея и Добрыня. Владияр видел сына каждый день, но не мог проводить с ним много времени. Митя казался довольным, веселым, был здоров, только скучал, часто спрашивал о маме.
Владимир и Любомира не могли постоянно поддерживать связь между Москвой и Долиной Фей, но Владияр обменивался с родными письмами. Марьяна писала, что Ульяна в тюрьме подорвала и без того слабое здоровье, и ей лучше не ехать в Шотландию, а лечиться самой. От Ульяны тоже пришла весточка, но о себе она ничего не рассказывала, больше расспрашивала о Мите.
Зато к Владияру приехали батюшка и матушка, прервав свое путешествие по европейским курортам. В ответ на вопрос о родовой книге, батюшка лишь отмахнулся.
— Не надо мне в нее заглядывать, я и так знаю, что у тебя есть бастард. Почему не говорил? Тебе тогда не до внебрачных детей было! И потом, как его искать, где? Мало ли ты с кем… — Батюшка закашлялся под строгим взглядом матушки. — Короче, женишься на его матери, тогда и узнаешь точно, он или не он. Или ты жениться не хочешь?
— Она может не захотеть, — мрачно признался Владияр. — Но предложения я еще не делал.
Матушка, что хмурилась, когда обсуждали женитьбу, вдруг разозлилась.
— Как это она не захочет?! Она еще нос воротить будет от такого сокровища?!
— Мама, дело вовсе не в этом…
Сокровище? Да если бы! Владияр прекрасно понимал, что характер у него непростой, а больше всего не хотел, чтобы Ульяна шла за него замуж по необходимости, а не по любви.
А вот история Ульяны матушку ничуть не смутила.
— Это ты виноват, — заявила она, — потому что нельзя так с девушками поступать. И неважно, барышня она или крестьянка.
И на батюшку так зыркнула, что он смутился.
— Я с себя вины не снимаю, — покорно согласился Владияр. — Так вы примите ее, как мою жену?
— Разумеется! — воскликнула матушка.
— А если нет, то что? — поинтересовался батюшка.
— Все одно женюсь, — нахмурился Владияр.
— И зачем тогда спрашиваешь? Ты всегда поступал так, как считал нужным. Но я не против твоей женитьбы. Влад поболе твоего рассказывал, Ульяна эта тебя к жизни вернула. Так что мне все равно, кто она, лишь бы ты был счастлив.
А потом Владияр познакомил их с Митей, и случилась любовь с первого взгляда. Матушка млела, находя несомненное сходство между Митей и Владияром, а батюшка выпячивал грудь, повторяя, что Митя — его старший внук.
Митя же беззастенчиво пользовался вниманием бабушки и дедушки и чуть не выпросил у них в подарок щенка колли. «А то Ночке одной скучно», — объяснял он. Владияр вовремя пресек такое возмутительное поведение. Ему и самому нравилось баловать Митю, но есть же предел. И навряд ли Ульяна обрадуется, если рядом с отцом Митя превратиться в избалованного эгоистичного барчука.
Домой вернулись все вместе. Владияр — все еще на коляске, хотя определенный прогресс в лечении был заметен ему самому. Он чувствовал ноги. А еще — слабый отголосок ведовской силы. Фейри бессовестно врал, он подарил Владияру целых два чуда.
Дома собралась все: родители, оба брата с семьями. Только Ульяны среди встречающих не было.
— Твоя Ульяна — упрямая ослица! — заявила Марьяна. — Она же отказалась жить с нами. Ее брат перебрался в Москву, он теперь управляющий в моем магазине. Так Ульяна живет вместе с ним. Она ждет твоего возвращения, но сказала, что не будет мешать встрече с близкими!
— Мой ведомобиль на ходу? — спросил Владияр. — Говори адрес. Афанасий? Митя, едем к маме.
В домике на окраине города их определенно ждали. Ульяна знала о часе приезда и стояла у ворот, вглядываясь в дорогу. А когда заметила ведомобиль, не выдержала, побежала навстречу. Владияр велел Афанасию остановиться, не доезжая буквально десяти шагов, и высадил Митю.
Ульяна, подхватив на руки сына, расцеловала его и подбежала к ведомобилю.
— Яр…
Он улыбнулся ей и сказал:
— Прости, но я не буду ждать того момента, когда смогу встать на колено и сделать тебе предложение по всем правилам этикета. — И кольцо протянул на раскрытой ладони. — Просто скажи, что выйдешь за меня замуж. Пожалуйста.
Она хотела возразить, Владияр это чувствовал. Он знал все, что она может сказать. Что недостойна, потому что сидела в тюрьме, например. И что не нужно брать ее в жены из-за ребенка. Поэтому Владияр ее опередил.
— Прости, я бросил тебя тогда, не подумав о последствиях. Но я понес наказание, правда. И мое выздоровление теперь зависит от тебя. Если ты не простишь, не станешь моей женой…
Это был шантаж чистой воды. Но лучше так — сразу и навсегда.
— Да ты не виноват, — перебила его Ульяна. — Меня тогда сестры… приворотным зельем опоили. Юра вот… рассказал. И тебе досталось. Помнишь, ты из моего кувшина пил?
Владияр аж замер. Вот теперь она точно окажется!
— А на меня приворот не мог подействовать, — нашелся он. — Я ж ведун, и тогда в силе был. И амулет у меня есть, против приворота.
— У меня не было, — засмеялась Ульяна. —
