к ее губам, я даже успеваю скользнуть по ним языком, пока Афина не очухалась и не использовала зубки. А она может.
Нравится…
Безумно нравится, как она из последних сил противостоит мне. Очень нравится. Она вся такая… Воспламеняет за секунду. Яркая, горячая, независимая, гордая. Лед и пламя объединились.
– Меня забыли! – налетает на нас Лина, обнимая за ноги. – А папа кое-что в машине оставил! – сообщает она с немыслимой для трехлетнего ребенка проницательностью, переворачивает в моей душе все вверх дном, роняя свое задорное «папа».
И точно же!
Забыл!
– Там для мамы сюрприз, – спохватываюсь я. – Пойдем!
Тащу моих девчонок за собой. Это непередаваемый кайф. Ладошка Линки, облаченная в мокрую варежку – в одной моей руке. Теплые пальчики мысленно протестующей Афины – в другой.
Открываю багажник.
Вынимаю немаленьких размеров букет синих роз, от которых у Линки перехватило дыхание еще в цветочном салоне.
Подношу Афине… вставая на одно колено. Будь я таким же, как и четыре года назад, запросто бы, не задумываясь, надел ей на палец кольцо.
Но теперь я точно знаю: спонтанность – скверный спутник. Необдуманная свадьба оказалась самым худшим решением в моей жизни. Я готов прямо сегодня, прямо сейчас забрать девчонок к себе, постепенно обустраивая быт на для нас троих, но… Так делать нельзя. Теперь я понимаю последствия. Теперь я понимаю, что порыв – это просто ветер. И за ним не угнаться. Афина и наша малышка для меня – не очередной вздор или блажь. Чтобы они присутствовали в моей жизни, нужно постараться как минимум позаботиться об их комфорте. И не только физическом. И не мне предстоит сделать выбор, потому как свой – я уже сделал.
– Мама немножко ошарашена, но мы спишем на внезапность момента, да, Лин?
– Ага! Мам тебе нйавится?
– Пожалуй…
– А это самое главное. Идем. У нас есть еще немного времени, и я отвезу вас домой. А пока что кто-то может погрызть баранки, в которые вцепился в магазине.
Строго смотрю на Линку. Нет, мне денег не жаль, но она разыграла изумительную сценку на кассе, объясняя, почему ей все это надо. Горжусь!
– Я нечаянно! – воинственно оправдывается Линка, да, у нее неплохие шансы стать великолепной актрисой!
– Ну да, ну да, знаем мы твое «нечаянно», – смеется Афина, сжимая в руках букет.
– Пойдём, тоже погреемся чаем, – уверенно кладу ладонь Афины на сгиб своего локтя. – Только из беседки кружки надо забрать. А с букетом не парься. Если не понравился цвет, в следующий раз выберу классику.
– Ты меня удивляешь.
– Чем же?
– С Линкой по-человечески. Букеты таскаешь. Гулять вывозишь. Даже о чае позаботился, и дочь пораньше забрал. Я уж про стойку на колене молчу.
Она пытается напустить язвительности, но нет. Не выходит.
– Слушай, – накрываю ее руку своей огромной ладонью. – Я ошибся тогда. Сейчас же все изменилось. Нам нужно всего лишь попробовать по-другому. Я прошу дать мне время и возможность быть рядом с вами. Обеими. На этом все.
Она открывает рот, чтобы возразить, но, скорее, по привычке. Не прошли мы пока ту самую грань, когда можно еще откровеннее.
– И не надо сейчас отвечать, – останавливаю ее. – Тебе очень противно здесь? Неприятно? Срочно домой хочешь вырваться? Или все-таки вполне себе атмосферно?
– Здесь приятно.
– Тогда давай занесем букет в дом, поболтаем. А потом я вас домой отвезу.
Мы поднимаемся на крыльцо, синхронно стряхиваем снег с ботинок.
– Кстати, я улетаю завтра. Дня на три. Если ты не будешь скучать, я расстроюсь. А знаешь почему?
– Нет.
Она вновь устремляется вперед, но мне удается заслонить ей дорогу.
– Потому что я уже скучаю.
АФИНА
«Потому что я уже скучаю».
Как нож в сердце. Вонзает и прокручивает. От поцелуя, что последовал сразу после того признания, пробирает до сих пор. Прикрываю глаза, страшась признаться самой себе, что я ответила. Ответила!
Гоша не заострял внимания на этом, когда я разорвала поцелуй. Он еще дважды чмокнул меня в губы, сверкая вдохновленной улыбкой, и лишь после этого позволил отстраниться.
Даже сейчас в душе сладко тянет предвкушением. Гоша завтра вернется из командировки. Уже завтра днем! И я не могу проигнорировать тот факт, что с пылким упованием жду его.
Не выходит переключить мысли и сосредоточиться на работе, сижу, странно улыбаясь, уставившись в одну точку.
Телефон отрывает от переживаний.
Нина Павловна звонит.
– Алло! – отвечаю я с воодушевлением, и тут улыбка стекает с моего лица.
– Афиночка, – ее дыхание прерывистое, будто ей сложно говорить. Словно задыхается… – Афина… Мне так плохо стало, дышать, – она громко хватает воздух, а я мгновенно вскакиваю с места, – дышать нечем. Не могу дозвониться ни до Гоши, ни до скорой.
Голос ее срывается.
– Нина Павловна! – в страхе кричу я в трубку, на ходу хватая сумку, куртку, и выскакиваю из кабинета. – Нина Павловна! Слушайте меня!!!
ГОША
Предвкушение топит. Ни о чем больше не могу думать! Вот вернусь, закружу, зацелую обеих!
Душевный подъем не отпускает. На заводе я пробыл три дня, завтра утром вылетаю домой.
Наконец-то!
– Георгий Александрович! – зовет меня инженер. – Что с цистернами делать?!
Рабочие дела никто не откладывал, поэтому мне вновь приходится переключиться.
Пока обсуждаем с рабочими срочные вопросы, в кармане вибрирует телефон. Я выуживаю его из кармана, не глядя на имя контакта. Тут же звонок повторяется, и я мимолетно царапаю экран торопливым взглядом.
Мама.
Оооо, я представляю, насколько затянутся очередные наставления.
Скоро закончу и перезвоню. Минут через пятнадцать. Все равно сейчас говорить некогда.
Мы проходим дальше, инженер сообщает мне о непредвиденных обстоятельствах. Опять проблемы… Общаемся. Через пять минут звонок повторяется, а имя Афины меня нехило настораживает. Она мне никогда не звонит. Абсолютно.
– Минуту, – прерываю я рабочих и отхожу в сторону. Принимаю звонок. – Алло.
– Гоша! Твоей маме плохо! Боюсь, у нее приступ!
– Что?! – краска стекает с моего лица. – Откуда информация?
– Она очень напугана. До тебя не дозвонилась и набрала мне. Я сейчас бегу к метро и прямиком к ней.
Ругательство все же слетает с моих губ.
– Возьми такси, – уже проматываю в голове все, что нужно сделать.
– Ты забыл наши дороги?! Я до завтра буду ехать, нет, на метро быстрее. Но… если она не откроет? Что делать? У меня ключей нет.
– Тебе привезут. Я сейчас все решу, пара минут, и перезвоню.
– Гош… – по голосу чувствую – плачет. Всхлипывает. Боится. До этого момента держалась, а теперь плачет. – А ты?..
– Вылетаю ближайшим же рейсом.
Глава 47
АФИНА
