казалось, она поверила в мою историю, но видимо, она все-таки считает меня ненормальной. Зачем же тогда делиться со мной подробностями своей личной жизни? Ладно, пусть думает, что хочет. Я ведь и сама уже начала сомневаться в том, что мне все не приснилось.
— Конечно, актеры все прекрасны, божественны, но они так далеки от нас, словно звезды на небосклоне… неужели ты не понимаешь? А тут представь себе… ну представь себе, что ты на самом деле столкнулась с таким красавцем в реальной жизни. Представила?
— Ага, — нервно сглотнула я.
— Так вот, мы с девчонками поспорили, смогу ли я нему подойти и познакомиться. И что ж ты думаешь? Я выиграла спор.
Она сияла. За все время нашего знакомства я еще не видела ее такой счастливой. Настя расписывала в красках, как они начали общаться, и в первый же день Лев (так звали этого нереального красавца) позвал ее гулять. А потом вся ее жизнь превратилась в ураган страсти, который поглотил ее в свою пучину на целых полгода. И да, это было самое удивительное время в ее жизни.
Конечно, тетка делала все возможное, чтобы заменить девочке семью, но Настя постоянно чувствовала себя в ее доме чужой и ненужной. Она винила себя во всем и считала себя обузой, и ничто на свете не могло заставить девчонку думать иначе.
В школе она неплохо училась, но друзей найти себе так и не смогла. К ней всегда относились с презрением и постоянно шпыняли по любому поводу, или вовсе без повода. Слабую и беззащитную, как казалось жестоким озлобленным одноклассникам, ее легко было унизить и оскорбить. Настя старалась не обращать внимания, но однажды она все же сорвалась и наказала обидчиков, устроив драку в школьном дворе, за что ей потом пришлось несладко.
Девушка не стала рассказывать подробности о своем прошлом. Сказала лишь, что не любила школу и своих одноклассников, и самой большой ее мечтой было скорее поступить в институт и переехать от тетки, начать самостоятельную жизнь. После неудавшегося поступления у девушки чуть было крыша не поехала, и тогда она впервые задумалась о самоубийстве. Но ее остановили.
Наконец-то, сам того не понимая, юный парнишка, красавец и гордость родителей, стал для кого-то гораздо больше, чем просто другом. Он стал для Насти семьей. Лев был из очень богатой семьи, его мать работала директором частного театра, и у нее было очень много знакомых в актерской среде. Сам парень не особо любил театр, а занимался этим скорее для того, чтобы сделать матери приятное. Он с легкостью поступил в театральный, иногда участвовал в постановках маминого театра.
Обычный парнишка, каких много, оболтус и разгильдяй, он очень любил девчонок, и поначалу Насте даже страшно было, что он ее бросит и найдет себе другую. Но в нем что-то изменилось после их встречи, и уже на второй месяц знакомства, Лев привел девушку домой и торжественно заявил:
— Мам, это Настя, она будет жить у нас.
Мать слегка поморщилась, но ничего не имела против. Это было первое серьезное самостоятельное решение сына за всю его осознанную жизнь, и она решила, что стоит хотя бы посмотреть, что из этого выйдет. Она даже предложила Насте работу в своем театре, узнав о ее мечте стать актрисой.
На самом деле, женщина приняла такое решение из любви к своему избалованному сыночку, решила подарить ему очередную игрушку, которая, по ее мнению, должна была скоро ему надоесть.
Но к ее величайшему удивлению все шло хорошо. Эта сладкая парочка была вместе постоянно, Лев стал больше времени уделять театру, чтобы чаще видеть свою девушку. Поэтому сразу же после учебы он летел на крыльях любви к Насте и проводил с ней все свое время, репетируя новые диалоги, оттачивая актерское мастерство. Уж ему-то, как студенту второго курса театрального института, было что рассказать неопытной начинающей актрисе.
Ну, а если серьезно, девушка впервые в жизни почувствовала себя счастливой. Она словно воспарила к небу, и не могла больше ничего желать от этой жизни, опасаясь, что даже это счастье, которое она так долго ждала, у нее могут украсть. Но Лев продолжал ее удивлять: он писал ей стихи, водил по музеям и театрам, аргументируя это тем, что его «невеста должна приобщаться к искусству». Настя хихикала, когда парнишка называл ее «моя невеста». Он делал это так, с одной стороны, небрежно, но в то же время чрезвычайно мило, при этом гладя черные взъерошенные волосы девчонки.
— Хватит, перестань! — как-то раз вырвалось у Насти. — Почему ты говоришь, что я твоя невеста? Мы ведь просто… ну…
— Что? — юноша округлил глаза и задумчиво посмотрел на свою подругу. Оказалось, он даже не задумывался все это время над смыслом своих слов. — Ну да, моя невеста. А что?
В его взгляде Настя увидела игривый огонек, как будто ему в голову пришла гениальнейшая идея.
— А что? Вот будет здорово! Представляешь, как мамочка растеряется! Я уже вижу ее кислую мину… Ой прости… я хотел сказать немного другое. Ты ведь согласна, да? Ты выйдешь за меня замуж?
Настя замерла в нерешительности. Этого она не ожидала, по крайней мере, не так быстро. И очевидно, это было далеко не самое романтичное предложение руки и сердца, которое только может быть, или, возможно, она просто была настолько в шоке, или посчитала, что эта была всего лишь шутка, но ее губы уже бормотали еле слышное «да…». А потом он подхватил ее на руки, как пушинку, и принялся кружить.
— Ты не представляешь, как я счастлив! Нужно это обязательно отпраздновать! Пойдем домой, расскажем маме, а на выходных устроим праздничный ужин.
Настя не помнила, что было дальше, только чистый и белый снег кружился в воздухе, горячую ладонь любимого человека, который шел рядом с ней и что-то весело напевал. «Скоро Новый год», — крутилось в голове у девушки. — «Скоро Новый год… и, кажется на этот раз я смогу полюбить этот праздник… папочка, папочка, у меня все будет хорошо. Я стала актрисой и теперь у меня будет самая настоящая семья. Как ты и хотел для меня».
— Что с тобой, малышка? — вдруг спросил Лев, увидев, как по щекам его невесты скатились маленькие слезинки.
— Ничего, — улыбнулась та. — Это самый лучший день в моей жизни.
— Ха… а сегодня тебя ждет самая лучшая ночь…
Девушка засмущалась и не нашлась, что ответить, но они уже были на пороге дома, поэтому говорить ей особо не пришлось. Мать Льва встретила их прямо у входа: она, очевидно возвращалась из театра. Настроение у нее было прекрасное, и сын решил, что сейчас было самое время объявить о помолвке.
— Мааам! — крикнул он, опередив женщину, и ворвался в дом первым. — У меня шикарная новость: мы с Настей решили
