умру. Я не выдержу ее несчастья.
Он погладил ее затылок, но Мадлен мягко оттолкнулась от него, как от запретного плода. Чем больше она отдалялась от Джека, тем больше ее тянуло к нему. Это удручало.
— Мадлен? Ты что, уезжаешь? — В комнату бесшумно вошел Кевин, держа бурого медвежонка.
— Нет, она не уезжает, — низким голосом ответил Джек, приковав к ней пристальный взгляд.
Мадлен открывала и закрывала рот. Две пары глаз уставились на нее в ожидании. Кевин хотел услышать ответ непосредственно от самой Мадлен, а Джек ждал, что она подтвердит его слова. Она подошла к Кевину и опустилась к нему на коленях.
— Почему твоя сумка стоит с вещами, если ты никуда не уезжаешь? Ты бросаешь нас? — Доверчивые глаза мальчика наполнились слезами.
Мадлен не знала, что ответить. Мальчик должен знать правду о том, что она не может здесь оставаться и должна уйти. Меньше всего она хотела сейчас огорчать Кевина, который никак не касался всей этой ситуации. Он был совершенно непричастен, но пострадает ни на йоту меньше, чем его брат или сестра. Мадлен было больно смотреть на грустного Кевина, но еще больнее будет в дверях отрывать его от своей юбки.
Мадлен обняла его, сказав судорожным голосом:
— Конечно, нет. Я всего лишь складывала старые платья.
— Хочешь, мы сожжем их на костре? — Он прижался к ней. — Или сделаем чучело?
Это рассмешило ее и Джека. Мадлен погладила Кевина по затылку. Она отдала ему свое самое старое темно-серое платье. Оно было беспощадно потрепано временем, поэтому его не было жалко.
— Никаких костров, Кевин, — натвердо запретил Джек.
Мальчик тут же просиял другой идеей:
— Сделаю чучело, чтобы пугать Миранду по ночам!
Мадлен недовольно взглянула на него:
— А вот этого делать тоже не нужно. Чучело можно подарить крестьянам, чтобы оно отпугивало птиц на посевах. Это будет очень-очень полезно.
Мальчик поразмыслил и в итоге согласился, убежав в свою мастерскую.
— Как я потом посмотрю ему в глаза перед уходом? — Мадлен повернулась к Джеку, опершемуся на шкаф. — Он меня не простит.
Он пожал плечом, потянув уголок рта.
— Все просто: не уходи.
— Джек…
— Иначе, — он подошел к ней, — мне придется закрыть тебя в одной из комнат. С этим согласятся и Миранда, и Кевин.
Мадлен была в отчаянии. Она так желала сдаться ему, позволить себе послушать его. Джек и понятия не имел, какую борьбу она ведет против самой себя. Мадлен хотела находиться здесь, быть с ними рядом, но не могла. Ко всему прочему, Мадлен практически лишилась работы, а жить здесь просто так на иждивении она не могла себе позволить. Находиться под чужой крышей в качестве приживалки — ниже ее собственного достоинства.
Джек, глядя на нее, наклонил голову и неожиданно сказал:
— Надень то жемчужное ожерелье, что я подарил тебе.
Она озадаченно подняла на него глаза, но он только просительно добавил:
— Пожалуйста.
Мадлен была непонятна его неуместная потребность примерять на ней украшения. Сейчас было не до того, но она не стала задавать вопросов. Достав сплетенные белые бусины из сундука с вещами, Джек помог их застегнуть на ее шее. Мадлен подошла к зеркалу.
Блестящие жемчужины покоились на ее шее, образуя прелестную нить. Никогда в жизни она не носила подобной красоты.
— Ты прекрасна, — шепнул Джек ей на ухо, вплотную подойдя сзади.
— Ты мне так и не сказал, зачем я его надела.
В отражении зеркала Джек широко улыбнулся, в его глазах сверкнул загадочный блеск.
Глава 20
— Идем со мной. — Джек взял ее за руку и вывел из спальни.
Они пересекли лестничные пролеты и миновали сад, будто тайные шпионы английской короны. Джек вел ее к лесу, кажется, ни капли не опасаясь, что их крепко сцепленные руки увидят из окон темного замка, который дышал им в спины уже где-то позади. Мадлен шла за ним, как за лидером, ощущая безопасность. Наверное, точно так же шли за ним солдаты и лейтенанты — с абсолютной верой в своего предводителя. Твердой походкой и устремленным вперед взором Джек внушал уверенность в своих действиях. Мадлен очень сомневалась, что кто-нибудь осмеливался пойти против его сильной воли или оспаривать принятые им решения и, тем более приказы.
— Джек, куда ты меня ведешь? — Мадлен испытывала муки любопытства. — Скажи мне. Это что, государственная тайна?
Он не обернулся, но в его ответе она расслышала, что он улыбался:
— Ты боишься?
Мадлен вскинула голову и обрамила ответ прочным кремнем:
— Нет.
И правда она нисколечко не испытывала страха. Мадлен не боялась ни его самого, ни его решений. Она доверяла ему. Мадлен вспомнила, как ее обжог страх, когда Броуди потащил ее за собой. И не куда-нибудь, а домой. Человек, которого она знала несколько лет, заставил испытать ее испуг. Джека же Мадлен знала две с небольшим недели, он вел ее в неизвестную глушь, и она все равно чувствовала себя в безопасности. Это было похоже на безумство. А может, это любовь?
Шагая рядом с ним за руку по тропе, Мадлен наполнялась силами. Она испытывала внутреннюю легкость и энергетический подъем, словно все было ей по плечу. Легче было сдвинуть горы, чем заставить Мадлен повернуть назад к замку и бросить Джека. Будто несколько минут назад и не было никакой хандры. Однако расстраиваться все-таки придется.
Оглянувшись назад, Мадлен посмотрела на далекий замок. В этом маленьком издалека доме ее неизбежно ждут проблемы и боль расставания. Как ни убегай, ей придется через это пройти. Когда они с Джеком вернутся, перемены закрутят их в водовороте. И, как после непроглядной бури, они начнут собирать обломки уцелевшего, по-новому восстанавливать свои дома.
Переступив полевую границу, лес тенью поглотил их. Джек продолжал сохранять молчание, ведя ее среди молодых и старых деревьев. Мадлен ухватилась за его локоть.
— Ты что-то замышляешь против меня. — Она метнула к нему наигранно прищуренные глаза. — Хочешь изнасиловать меня в этом лесу?
Джек запрокинул голову и расхохотался.
— Ты бы сопротивлялась? — Он игриво попятился спиной вперед, завораживая в кофейной гуще темных глаз.
— Если бы это был ты, то не сопротивлялась бы. — Мадлен пришлось прервать флирт и вернуться к насущному вопросу: — Джек, ты только отвечаешь мне вопросом на вопрос, но ничего не говоришь. Расскажи мне, что ты здесь прячешь?
Его лицо расплылось в обаятельной улыбке. Он лишь подмигнул ей и развернулся лицом к дороге, заставляя ее воображение додумывать за него.
«Интриган!» — в Мадлен еще больше росло любопытство.
Они уже давно прошли озеро, отклоняясь от него в
