под надзором у деда Андрея. Оказалось, что с немцем ничего не случилось – он жив и здоров. Когда колонна пленных была построена, трое бойцов роты и трое мальчишек вместе с Игнатом Тимофеевичем повели их назад, в сторону Вязьмы. А бойцы роты стали располагаться на ночлег. Шубин решил, что на ночь глядя он не поведет свою роту на штурм Ярцева. Надо было выспаться, отдохнуть, а потом уже идти в бой.
На следующее утро рота выступила на северо-запад. Первый час шли по хорошей дороге. Снег уже начал таять, на дороге стояли лужи, но настоящая распутица еще не началась. Когда до железной дороги, идущей через Ярцево к Смоленску, осталось идти примерно полчаса, Шубин приказал роте свернуть на запад, прямо в лес. Он задумал обойти Ярцево и выйти на дорогу западнее от поселка. Тем самым он бы отрезал все немецкие части, находящиеся в Ярцеве и вокруг него, от основных сил и помешал немцам вывезти на запад рельсы и прочее имущество с разрушенных участков дороги. Это, конечно, была смелая операция – ведь у Шубина было мало бойцов, всего одна рота. Но он знал, что смелость города берет и, если напасть на врага внезапно, там, где он не ждет, можно добиться успеха.
Так, по лесу, рота шла еще два часа, а затем повернула на север. И вскоре перед ними показалась насыпь железной дороги. Шубин изучил карту и определил, что они находятся на три километра западнее Ярцева. Тогда разведчик разделил бойцов роты на две группы. Одной группе он приказал разобрать рельсы на участке примерно в двести метров. А другая группа занялась тем, что валила лес, пилила стволы на бревна и из этих бревен, а также из железнодорожных шпал и рельсов строила две линии обороны: одну обращенную на запад и другую – на восток. Теперь бойцам оставалось занять эти оборонительные линии и приготовиться к отражению вражеской атаки.
Но сначала немцы не обнаружили шубинский оборонительный район. Со стороны Ярцева показался грузовой поезд. Когда он приблизился, стало ясно, что он везет военную технику, а также остатки дороги, разрушенной в другом месте. Часть платформ занимали орудия, минометы, самоходные установки. На других платформах виднелись рельсы и шпалы. Паровоз, который вез этот состав, остановился в ста метрах от первой линии укреплений. С паровоза соскочили солдат и офицер и поспешили к возведенному бойцами роты доту.
– Они что, сдаваться к нам идут, что ли? – предположил один из бойцов, наблюдая за приближением немцев.
– Нет, они просто не поняли, что это не их войска, – ответил сержант Зверев, командир второго взвода. – Им в голову не могло прийти, что наши части окажутся здесь, у Ярцева.
Действительно, немцы уже вплотную подошли к линии укреплений. Они явно ничего не опасались. Тут офицер закричал:
– Эй, скажите, что вы тут делаете? Кто вам разрешил загородить дорогу? Вас разве не предупредили, что еще поезда пойдут?
Шубин, находившийся среди бойцов второго взвода, прокричал в ответ:
– Мы получили приказ из Смоленска. Не знаю, чем они там думали. Наше дело маленькое, мы просто выполняем приказ.
– Немедленно разберите ваши баррикады! – потребовал офицер.
Он подошел уже совсем близко, до него оставалось несколько шагов, и Шубин отлично видел, что перед ним находится капитан вермахта. Но немец все еще не видел солдат, которые укрывались за стенами из шпал и бревен.
– Мы не станем ничего разбирать, пока не получим приказ от генерала или хотя бы от майора, – продолжал говорить Шубин на чистом немецком языке. – И вообще, у моих солдат кончились силы. Ведите сюда ваших солдат, капитан, пусть они и разбирают. Ну а мы, так и быть, им поможем.
Шубин, конечно, не думал, что немецкий капитан так и поступит: выведет своих солдат к линии обороны роты, прямо под ее пули. Ведь не идиот же он, в конце концов! Но разведчик продолжал этот странный разговор – он просто издевался над немцем.
– Нет, я не поведу сюда своих ребят, вы сами все разберете, я вас заставлю! – воскликнул немец, подойдя вплотную к укреплению. – Где тут у вас можно перелезть?
– Да вот здесь, капитан, вот сюда ставьте ногу и перелезайте, – посоветовал Шубин.
Немецкий капитан так и поступил. Он забрался по бревнам на самый верх укрепления, глянул вниз… И увидел солдат в касках с красными звездами, с советскими автоматами в руках, увидел Шубина, с усмешкой взирающего на придурковатого немецкого капитана. Только теперь немец понял свою ошибку. Он повернулся, чтобы спрыгнуть с бревен и бежать обратно, но Глеб не дал ему такой возможности. Он выстрелил, пуля попала немцу прямо в лоб, и тот рухнул на землю. Шедший с ним солдат побежал назад, к поезду, но не пробежал и нескольких шагов – его застрелили.
– Бойцы, огонь по составу! – скомандовал Шубин. – Постарайтесь уложить машиниста, чтобы они сдвинуться не могли.
Загремели выстрелы, зазвенело разбитое стекло кабины паровоза. Из вагонов стали выпрыгивать немцы. Укрываясь за вагонами, они открыли огонь по укреплению роты. Но что могли сделать их винтовочные выстрелы против цельных сосновых бревен и крепких шпал? А вот выстрелы наших солдат достигали цели. Вот упал один враг, второй… Остальные начали отступать назад, к хвосту поезда.
– Прекратить огонь! – скомандовал Шубин.
Можно было заключить, что и второй бой его рота выиграла. Причем выиграла без потерь – никто из роты не был даже ранен. Конечно, Шубин понимал, что этим боем на рельсах дело не ограничится. Сейчас немцы побегут обратно к Ярцево и оттуда радируют в Смоленск о дерзких русских, построивших укрепление прямо на путях. И тогда из штаба 4-й немецкой армии пришлют ударный отряд, чтобы уничтожить это неожиданное препятствие. Так что главный бой у солдат роты был еще впереди.
Но пока у них была передышка, и ее следовало использовать. И Шубин приказал своим солдатам отдыхать. Вскоре на путях между двумя линиями укреплений запылали костры, на которых варилась нехитрая похлебка из картошки и тушенки. Поев, солдаты стали устраиваться на ночлег кто где мог. Чаще всего просто стелили на пути толстый слой лапника и ложились на него, тесно прижавшись друг к другу. Шубин выставил часовых и сам тоже лег. Он был уверен, что ночью ничего не произойдет – немцы редко воевали ночью, считали это нарушением порядка.
Он оказался прав – ночь прошла спокойно. Но едва взошло солнце, как с запада послышался шум приближающегося состава.
– Подъем! – скомандовал Шубин. – Рота, на позиции! Занять свои места, к бою!
Две линии обороны
