центре которой на горе возвышался храм жриц. Его построили из золота, серебра и орихалка. Знаешь, что это такое?
– Что-то вроде латуни. Сплав меди и цинка. Платон описывал его как блистающий огнем металл, который жители Атлантиды ценили почти как золото.
– Ну конечно, ты знаешь.
– И Скипетр света находился в храме?
– Жрицы и скипетр очень тщательно охранялись, – кивает он. – Вокруг храма стояли дворцы богов. Из центра острова к морю вели три канала. А этот центр, в свою очередь, также был окружен каналом. Дальше следовало кольцо земли, где располагали свои владения мы, ангелы, затем еще канал и еще земля, на которой жили джинны. На окраинах селились остальные бессмертные. Каждое кольцо и центр защищались высокой стеной. Мы считали, что Атлантида никогда не падет. Но я принес гибель нашей родине. В этом виноваты не только жажда власти и богатства Сета, как бы мне ни хотелось себя в этом убедить.
– Должен же ты был что-то сделать. – Я бережно вынимаю свиток из коробки. Азраэль больше ничего не говорит в свою защиту, и я меняю тему: – Записи, которые раньше входили в «Корпус», к сожалению, почти все утрачены. То есть самая интересная часть, которая состояла из заклинаний, магических практик и целебных рецептов. Я не удивлюсь, если окажется, что все они служили единственной цели – выяснить, как вернуть Атлантиду.
– Так и есть. Тот занимается этим на протяжении тысячелетий. Он до сих пор верит, что мы можем вернуться домой.
– И часто вы вместе тусуетесь? Ты и Тот? – спрашиваю я, стараясь говорить максимально безучастным тоном.
Азраэль скрещивает руки на груди и откидывается на спинку стула.
– Он не самый общительный парень. Хочешь с ним познакомиться?
– Необязательно. Мне хватает тех твоих друзей, с которыми я уже знакома. Особенно Энолы, она такая душка.
Ангел снова закрывается. Разговор с ним похож на полосу препятствий. К тому же я вечно наступаю на любимую мозоль.
– Она не настолько хорошо адаптировалась, как мы, – поясняет он. – Боги, ангелы и даже джинны вполне приспособились к человеческой жизни. Другим бессмертным созданиям не так повезло.
– Как горгульям? – выгибаю бровь я.
– Как горгульям, – подтверждает он.
Прежде чем я перехожу к новым вопросам, раздается громкий хлопок. Шум слышен где-то между стеллажами. Азраэль встает плавно и бесшумно.
– Я думал, мы одни.
– Я тоже так думала.
– Ты остаешься здесь.
Ангел выскальзывает из комнаты, и при этом его ступни едва касаются пола. Еще до того как я успеваю возразить, он скрывается между рядами полок. Я тихо вздыхаю. Будь он Малакаем, даже не подумал бы требовать подобное. Так тихо, как только могу, я крадусь вслед за ним. Впрочем, мне не удается ни увидеть его, ни даже услышать. Он действительно словно парит по проходам. Снова удар. На этот раз звучит как будто дальше, и кажется, что книги сыплются на пол. Жутко. Надо мной мигает свет, а лампа начинает гудеть. Пульс ускоряется, и, чтобы успокоить его, я делаю два глубоких вдоха и выдоха. Втягиваю в легкие типичный спертый воздух подвала. Он пахнет типографскими чернилами, старой кожей и застоявшимся воздухом. Какую бы технику ни применяли для вентиляции архивов, запах древних книг и пергамента все равно рано или поздно побеждает. Касаясь ладонью корешков книг, я осторожно шагаю вперед. Основные проходы хорошо освещены, однако, чем больше я приближаюсь к задней части архива, которую, по словам Мари, до сих пор не отремонтировали, тем мрачнее становится.
– Азраэль, – тихо зову я.
Уже пару минут я не слышала, чтобы что-то падало, и это делает обстановку еще более зловещей. Не следовало ему рассказывать про горгулий. Слушать истории про бессмертных – это одно, а получать подтверждение от бессмертного, что эти монстры существуют на самом деле, – уже совсем другое. Я достаю из кармана складной нож и перекладываю за пояс джинсов. Нужно развернуться и уйти, но вдруг на Азраэля напали? До меня доносится порыв холодного воздуха, будто где-то распахнулась дверь. Я ежусь от холода. Ангел точно справится самостоятельно. Он не хотел, чтобы я шла за ним, и мне в качестве исключения стоило его послушаться. Хотя он может быть ранен. Я делаю следующий шаг вперед, и в этот миг рот мне закрывает чья-то ладонь. Меня окутывает запах Азраэля, и он прижимает меня вплотную к своей груди. Я пытаюсь освободиться, но он не пускает. С каждой секундой становится все холоднее. Если бы ангел не окружил меня своим теплом, я бы уже давно превратилась в сосульку. В конце коридора появляется какой-то силуэт. Он черный как ночь и тянется к полкам своими пальцами-тенями, словно что-то ищет. Азраэль сжимает меня сильнее, а потом мои ноги отрываются от пола. Понятия не имею, как у него это получается в узком проходе, потому что крылья ангел не использует, но все равно без единого звука уносит нас назад из коридора. Призрачные пальцы вытаскивают книгу с полки, и она с шумом падает на пол. Хоть и ожидала этого, я все равно вздрагиваю в руках Азраэля. Его губы успокаивающе касаются моего виска. Он прислоняет меня к узкой части стеллажа и пристально смотрит в лицо. Потом прикладывает палец к моим губам. Судя по всему, это означает, что я должна вести себя тихо. Я просто киваю. Он знает, что делать с этим существом. Еще одна книга шлепается на пол в нескольких шагах от меня. Азраэль активирует свет в ладонях и возвращается в коридор. Раздается пронзительный, пронизывающий насквозь визг, и я выглядываю из-за угла. Мне хочется знать, что там происходит. Ангел нависает над дико извивающейся тенью и давит руками ей на грудь. Из них бьет свет, и тьма тени исчезает. Чернота рассеивается, становясь сначала серой, а затем прозрачной. На секунду показывается изуродованное лицо, которое скорее напоминает череп мертвеца. Я бы не назвала себя трусихой и люблю смотреть ужастики, но это на самом деле жутко. Прежде чем создание развеивается в воздухе, оно шипит на меня. Его глаза вспыхивают огненно-красным светом, и в последнем рывке оно рассыпается в пыль. Азраэль еще мгновение стоит на коленях на полу, затем встает. Когда он смотрит на меня, на его лице не отражается никаких эмоций.
– Все в порядке?
– Ты у меня спрашиваешь, все ли в порядке? – хмурится он. – Знаешь, что это было?
– Теневой демон? – предполагаю я. – Шатиу. Я когда-то о них читала.
– Он пришел сюда за тобой, – подтверждает мою догадку Азраэль. – Он искал тебя. Это уже второй демон, который нацелился
