которой одуряюще пахнет молотым кофе. Над входом вывеска: «Жернова». Буква «О» стилизована под серый камень с дыркой внутри.
В это время дня кофейня пустует.
Я заказал себе зелёного чаю с мелиссой и погрузился в осеннее созерцание. Снаружи рос исполинский клён, часть его листьев уже пожелтела.
Листья падали на тротуар.
Шуршали под ногами прохожих.
Волков пообещал к понедельнику оформить мне персональное разрешение на выход с территории Магикума. В любое время. Это не прецедент, в Академии раньше учились сотрудники канцелярии. Дальше — пешочком от Кутузовской набережной до проспекта. И в качестве награды — изнурительные тренировки с Брукс.
Смотрю на часы.
До встречи с Авророй — десять минут.
Официант приносит чайник с напитком и миниатюрную белую чашку. Я тут же наполняю чашку и уже собираюсь сделать первый глоток, но тут до меня доходит, что парень с крашеными в белый цвет волосами не желает уходить. Он пристально смотрит на меня, а потом…
…хватает за руку.
Реальность рассыпается.
Уютная терраса больше не имеет смысла. Я переношусь в облачное хранилище — кубическую комнату, грани которой распахнуты во мрак бесконечности.
Тут же сформировались два кресла.
В первом сижу я.
Во втором — крашеный придурок, на котором ещё надет фартук с логотипом «Жерновов». Официант смотрит на меня немигающим взглядом.
— Здравствуй, Макс.
Мрачно киваю в ответ.
Если МОР, искусственный интеллект концерна «Эскапизм», хочет поговорить, он не церемонится. Использует первого встречного для выдёргивания меня из реала.
Похоже, электронный ублюдок припас для старины Ву задание.
— События последних дней вселяют тревогу, — начал ИИ. — Совершена серия покушений на наших эмиссаров. Не только здесь, в разных мирах.
— Покушений? — уточнил я.
— Убийств. Девятнадцать случаев. Выжить удалось троим, остальные мертвы. Нападения повсеместны. В трёх вселенных мы сворачиваем исследовательскую программу.
— Что это значит?
— У тебя новая миссия. Выяснить, кто стоит за этими убийствами. Мы должны понять, кто против нас воюет. И как вычисляются эмиссары.
— Особый отдел с этим не справился, — хмыкнул я. — И вообще. Я ликвидирую тех, на кого укажут. Расследования не по моей части.
— Мы думаем, — перебил МОР, — что с нападениями связан один из российских синдикатов. Тот, что сотрудничает с Чайнвордом.
— Бандиты?
— Полулегальные формирования. Нечто вроде кланов, только послабее. У синдикатов мощная теневая экономика, они глубоко вросли в общество.
— Их крышует государство, — хмыкнул я.
— Терпит, — поправил ИИ. — За откаты и встречные услуги.
— И что мне делать?
— Речь идёт о синдикате Ночное Братство. Их главный босс сидит в Чайнворде, а само Братство разбросано по южным и восточным губерниям.
— Как мне выйти на Братство?
— Не тебе. Правильные люди, которые переговорят с кем нужно. По нашим сведениям, такие люди тебе известны.
— Да ладно.
МОР — плохой шутник.
Машины вообще не шутят.
— Они привезли тебя в Петрополис. Кара де Винье и Егор Лещенко.
— Как мне их найти?
— Тебе не понадобится их искать.
Эта многозначительная фраза послужила достойным завершением разговора.
Меня вышибло обратно в «Жернова».
Глава 24
Проснулся я оттого, что Аврора начала водить ладонью по моему животу, одновременно покусывая мочку уха. Я лежал на боку и никого не трогал, но девушке захотелось новой порции удовольствий. Думал, она успокоится, но шаловливые пальчики двинулись ниже, сжали моё достоинство.
Не делай вид, что спишь.
Мысль вторглась в сознание, и я вспомнил, где нахожусь.
Апартаменты в одном из домов, зажатых между улицами Чайковского и Фурштатской. Не помню, как называется этот переулок, но он совсем крохотный. Рядом — особняк Трубецких-Нарышкиных. В этом мире особняк жилой, его обитатели — уважаемый род, практикующий воздушную стихию.
Я снял квартирку на ночь с возможностью продления.
Рука девушки трогает мой ствол, и юное тело молниеносно возбуждается. Я чувствую, как упругая грудь Лагранж прижимается к моей спине. На шее — горячее дыхание менталистки. Не выдержав, переворачиваюсь на лопатки. Труселя слетают прочь, как и одеяло. Аврора забирается на меня сверху…
Влажное тепло.
— Ох, — вырывается у девушки, когда я вхожу на всю длину.
Аврора начинает усиленно работать бёдрами, её спина выгнута, ладони упираются мне в грудь. В какой-то момент по всему телу Лагранж пробегает судорога, и она падает на меня. Волосы распущены, щекочут ноздри. Я начинаю двигаться сам, и вскоре Лагранж получает новый оргазм.
Меняем позу.
Я сзади, Аврора упёрлась правым локтем в подушку, а левой рукой вцепилась в спинку кровати. По квартире разносятся стоны. Не знаю, что подумают соседи, да мне, признаться, насрать на их мнение.
Ещё, ещё! Хочу быстрее! Да, малыш! Даааа!!!
Мысли Авроры продолжают врываться в меня.
Как же хорошо!
Шесть часов утра.
У Авроры безупречная фигура и ненасытный нрав. Мы начали свои игрища в девять вечера, отвлекаясь лишь на принятие душа и заказ еды в грузинском ресторане. Я даже не помню, когда вырубился.
Лагранж уткнулась лицом в подушку, а я начал кончать.
Обессилев, откатываюсь в сторону.
Мы не пользовались презервативами. В этом мире фармацевты разработали очень качественные средства контрацепции. С зачарованными ингредиентами, как вы уже догадались. Без гормональных сбоев и всякой неприятной побочки для женского организма.
Секс ничем не омрачается.
Разве что мыслями о стоимости препарата.
Лежим, вслушиваясь в дыхание друг друга. На улице ещё темно. Машины почти не ездят. Переулок тихий, словно вырванный из городского контекста. Укрываемся одеялом и прижимаемся друг к другу. Я опять проваливаюсь в сон — дремотное состояние, из которого меня вырывает…
…звук эсэмэски.
Нет.
Даже смотреть не хочу.
Задолбали уже. Иногда человеку нужен отдых. Просто отдых, без изнурительных тренировок, нескончаемых лекций и драк с каждым встречным магом. Поэтому я буду спать, посылая вас всех к чёрту…
Минуту спустя я, высвободившись из объятий Авроры, выползаю в утреннюю стылость. Индивидуального отопления нет, зато полы с подогревом. Ходить по тёплым доскам приятно.
Ни за что не угадаете, кто мне написал.
У меня самого не получилось.
Приблизившись с телефоном в руке к занавешенному окну, я отодвинул краешек шторы и выглянул наружу. Не знаю, что я там ожидал увидеть. Злобных пришельцев? Быков из синдиката? Фонари не горят, в каменном ущелье сгустилась полумгла. Небо — привычная серая каша. Накрапывает мелкий дождик. Мы с Авророй поселились на втором этаже. Дорога узкая, как и пешеходные тротуары. Через равные промежутки натыканы деревья. Милые сердцу каждого русского берёзы. У дома напротив припаркована тачка, которую я бы сдал в магазин антиквариата. Это наблюдатели Особого отдела. Мужской силуэт, прислонившийся к капоту, огонёк сигареты.
Нет прохожих.
Из тёмной арки
