и маневрировать, опираясь на эту крепость. Однако прове-ение в жизнь новых формирований (из запасных батальонов) гило затруднение вследствие недостатка оружия.
Перемены в управлении армией
После окончания Сарыкамышской операции была установлена оторванность русского командования от войск фронта. Главнокомандующий Кавказской армией и наместник Кавказа генерал граф Воронцов-Дашков, вследствие болезненного состояния не выезжал из Тифлиса на фронт и в конце Сарыкамышской операции возложил на генерала Юденича — начальника штаба означенной армии — руководство действиями главных сил русских на Ольтинском и Карсском направлениях. После успешного завершения названной операции он поручил Юденичу командование Кавказской армией. Новый главнокомандующий, получая от Воронцова-Дашкова в необходимых случаях общие директивы, представлял последнему отчеты о боевых действиях войск и их состоянии.
На главного начальника Кавказского военного округа генерала Вольского было возложено поддержание спокойствия и охрана путей, укрепление Бакинского и Тифлисского районов, обеспечение русско-персидской границы в пределах Ели-саветпольской и Бакинской губерний, сохранение спокойствия в восточной части Персидского Азербайджана и наблюдение за Черноморским побережьем от Керченского пролива до Ко-булети. Для выполнения этих задач ему были подчинены преимущественно дружины ополчения'.
Командующий армией, получив назначение во второй по-ловинеянваря 1915 года, переместился со своим полевым штабом из Тифлиса в Каре. Полевой штаб армии состоял из отдела генерал-квартирмейстера (оперативное, разведывательное отделения и служба Генерального штаба) и представителей от дежурного генерала, органов снабжения и связи.
В целом же этот полевой штаб, насчитывавший около двух десятков командиров, позволял легко располагать его не только в городских центрах, но и при надобности в незначительных населенных пунктах данного театра военных действий.
' К 1 марта вето велении находились: 7 % батальона, 48 дружин ополчения, 62 орудия, 51 сотня и '/^инженерные роты.
Несомненно, такое приближение полевого штаба армии к войскам должно было весьма благоприятно отразиться на управлении во время проведения операций.
Организация связи
На передовом турецком горном театре линии связи были весьма слабо развиты. Поэтому русским при устройстве телеграфной и телефонной связи (особенно вдоль фронта) между крупными войсковыми штабами приходилось сооружать эти линии заново, что потребовало создания подвижных телеграфных колонн. Затем войска, выступив на войну со штатными средствами связи (на пехотный полк 16 км кабеля и 8 телефонных аппаратов), рассчитанными для равнинных, а не для пересеченных горных театров, не могли удовлетворить своих потребностей в этом отношении на широких фронтах и стремились увеличить телефонное имущество своим попечением. Наконец, в предвидении новых операций на отдельных направлениях были сооружены дополнительные линии связи, позволявшие штабу армии иметь более прочную связь со штабами крупных войсковых соединений.
Создание в тылу Кавказской армии укрепленных районов
В отношении инженерного укрепления занятого фронта командование армии учло опыт предшествовавшей Сарыкамышской операции и поэтому создало и усовершенствовало укрепления не только на фронте, но и в тылу — в районах Сарыкамыша, Ардагана, Ахалцнха, Ахалкалаки, Александропо-ля, Тифлиса и Баку. Эти укрепления должны были обеспечить свободу маневрирования войск Кавказской армии.
Названные опорные пункты состояли преимущественно из прочных сомкнутых укреплений, находившихся во взаимной огневой связи. Для вооружения их были использованы орудия главным образом старых систем, из числа имевшихся на складах округа.
В целом для устойчивости тыла армии штаб ее предполагал образовать укрепленный район: Каре, Ардаган, Ахалкалаки, Александроноль с тыловым пунктом в Ахалцихе. Укрепленные пункты намечалось занять второлинейными войсками.
Устройство тыла
В отношении снабжения одной из важнейших задач было упорядочение «запущенного тыла» и приведение его в удовлетворительное состояние. Особые затруднения и недочеты были встречены в обеспечении интендантским довольствием ввиду истощения местных средств, почему почти все довольствие, особенно фураж, подавалось из тыловых районов. Провозная способность линии Тифлис—Сарыкамыш определялась в 9 пар поездов в сутки, причем товарные поезда могли идти на горных участках в составе лишь 18 груженых вагонов; суточная же потребность довольствия выражалась пятью или шестью поездами. Поэтому предоставлялось недостаточное количество поездов для попол пения значительно onycroujeiiных передовых складов.
Артиллерийское и инженерное снабжение было удовлетворительным. Санитарное состояние заметно улучшалось и приходило в норму. Железные дороги, а также транспортная и этапная части оставляли желать много лучшего, и на них было обращено особое внимание. В целом работы по устройству тыла Кавказской армии в период после Сарыкамышской операции сводились к устройству новых и улучшению имевшихся путей сообщения и к формированию транспортов.
Сеть путей сообщения в пределах приграничной полосы Закавказья была достаточно развита для горного театра. К границе подходили следующие шоссе: Ардаган—Ольты и Каре— Сарыкамыш. Помимо того, из крепости Каре к селению Кагызман подходило шоссе, которое затем следовало до города Эри-вань и до Джульфы параллельно бывшей государственной границе. От упомянутого шоссе отходили пути в Турцию. На Батумском направлении, вдоль границы от Батума до Ардану-ча, пролегало шоссе, от которого в сторону границы отходили по ущельям редкие тропы, допускавшие вьючное сообщение.
1 Железная лорога Джульфа—Таприл с веткой от Софиан до Шсрнф-ханс (пристань на озере Урмия), общим протяжением до 200 км, была сооружена п периоде 1 сентября 1915 гола по 1 ноября 1916 юла.
Что же касается железных дорог, то последние имелись: от Карса до Сарыкамыша; от Александрополя до Эривани и далее через Джульфу (параллельно шоссе) до города Тавриз в Персидском Азербайджане1 и от Тифлиса до Батума и 11оти.
К 1 сентября 1915 года мощность железных дорог была доведена до следующих норм:
Главные силы Кавказской армии, значительно выдвинувшиеся в начале 1915 года в пределы Турции на Ольтинском, Сарыкамышском и Эриванском направлениях, располагали лишь фунтовыми путями, лучшими на Сарыкамышском направлении. В худших условиях были пути Ольтинского и Эри-ванского направлений, где требовалась большая работа для создания возможности колесного сообщения. В западной части Персидского Азербайджана имелся ряд колесных путей. На озере Урмия налаживалось судоходство. Таким образом, сочетание колесного сообщения с судоходством в соединении с железнодорожной ветвью основной магистрали на Джульфу позволяло русским войскам, действовавшим в этой области, легко маневрировать своим тылом.
Так как части Кавказской армии своими главными силами выдвинулись в начале января 1915 года на 1—1 '^перехода в пределы Турции, то, несмотря на сравнительно развитую сеть колесных путей на Сарыкамышском направлении, вопросы устройства тыла приобрели особую остроту при начавшейся весенней распутице. Еще в более тяжелых условиях оказались русские войска, действовавшие на Ольтинском направлении, оторванные от железкой дороги, и части 4-го Кавказского корпуса, занимавшие на Эриванском направлении широкий фронт в пределах Турции.
Снабжение этих войск требовало больших транспортных средств и особенно вьючных. Снабжение фуражом животных, обслуживавших эти транспорты, ложилось тяжелым бременем на тыл Кавказского фронта. Для разрешения этого вопроса в
