небо клювобуша. Пулемёт заткнулся уже через несколько секунд. Затем раздался глухой вибрирующий звук, удар совсем рядом со мною. За бетонным столбом, где я прятался, послышался хрип. В проём ворот вывалился человек в штурмовой броне. Пропустил его я. Хорошо что клювобуш не пропустил.
Я сорвался с места, как стрела с арбалетного ложа. Позади что-то бахнуло. Пуля прошла в считанных сантиметрах позади, я случайно сбил небольшую сухую сосенку у обочины, а затем устремился в погоню за автомобилем.
Глава 20
На лесной дороге догнать автомобиль не так сложно, как на скоростной трассе. Может быть у него лошадиных сил и поболе, но зачем они, когда вокруг ухабы да деревья? Так что уже через пару минут я снова атаковал «Запорожец» Феоклистова, но теперь со стороны барона. Высадил окно, уклонился от кровавого сгустка магии, и схватил мерзавца за грудки, вытягивая из машины. Барон не ожидал такого хода и поэтому даже не сопротивлялся толком. Мы упали на мох, и уже через миг в меня полетела кровомантская магическая дрянь. Я едва успел выставить перед собою воздушный щит, сразу же налившийся багрово-чёрным. Феоклистов швырял в меня сгустки, и с каждым попаданием мой барьер набирал вес. Держать его становилось тяжело.
«Запорожец» остановился метрах в тридцати от нас, открылась дверь со стороны водителя. Плечистый мужик в строгих очках и деловом костюме вскинул руку с пистолетом. Чёрт. Я попятился, прикрываясь от нападающих тяжеленым щитом. Где там мой зверинец-то?
Что-то вылетело справа из леса, с гулким стуком врезалось в голову водителя и тот столбом рухнул на дорогу.
Феоклистова окутал кокон защиты.
— Зря вы, юноша, перешли мне дорогу, — сказал вдруг барон. — Я делал на вас ставку.
— Не я начал эту войну, — пожал плечами я, стряхнул отяжелевший щит и заменил его новым. Феоклистов медленно шагнул вправо.
— Именно вы. Здесь всё работало как часы, Илья. Отлаженный механизм. Каждый винтик на своём месте. Тишина и благодать. Пока не появились вы.
— Тут спорить не стану, я шебутной. Мне многие это говорят, — вздохнул я.
— Сколько сил у меня ушло выстроить этот мир, Илья.
Он сокрушённо покачал головой и добавил:
— Сколько пришлось вынести… Вы несёте только разрушение.
Меня окутало холодом. Княгиня. Ох ты ёжкина кошка! Вот почему Феоклистов так спокоен! По дороге ко мне бежал Медведев собственной персоной. Маг-охранник на бегу создал в каждой ладони по боласу, и едва я начал оборачиваться, чтобы встретить новую напасть, как швырнул орудия в мою сторону. Феоклистов, зараза, тоже ждать не стал. Барон выставил перед собою руки, перед ними в воздухе зародилась мерцающая кровавая сеть, размером два на два. Алая паутина устремилась ко мне, да так шустро, что я никак не успевал отреагировать. Вот вообще никак, даже накачивая себя на скорость.
Безмерное безвременье, попался.
Сквозь чащу с гудением вылетало три стальных шара, но защитный купол пробить не смогли, сгорели молча. Бронемяки последней надежды… Болас захлестнул мне шею, тяжёлые шары рванули тело в сторону. Я успел вырваться из этого жуткого захвата, разорвав магическую связь между грузами и укрепив горло, но тут же попал в алую сеть Феоклистова. Чары разрыва стекли с неё как кусочки льда с раскалённой топки. Чёрт, она ещё и экран! Лёгкая с виду паутина сбила меня с ног и притянула к земле. Я застыл в нелепой позе, пытаясь вырваться из волшебного захвата, но становилось только хуже.
— Надеюсь, тебе удобно? — спросил Феоклистов. Он встал надо мною. Левый глаз барона дёргался в нервном тике.
— Подушка жестковата, — ответил я одними губами. Даже головы не повернуть из-за этой сетки. Хорошая штука. Мне бы такую. — Боюсь нервы передавить на шее.
— Это только начало, щенок, — фыркнул барон. — Только начало!
Сеть спеленала меня в удобный изолированный свёрток. Медведев подошёл, тяжело сопя.
— Ты же понимаешь кому служишь, а? — спросил я у него. Непроницаемое суровое лицо на миг прояснилось, но только на миг. Здоровяк легко поднял меня и двинулся к «Запорожцу».
— А Вероника знает? — вкрадчиво поинтересовался я из багажника. Медведев с силой захлопнул крышку. Может быть даже слишком сильно.
Кататься в багажнике не так уж и неудобно при моей юношеской комплекции. Нет, конечно, это вам не люкс, и на каждой кочке моё спелёнатое тело моталось по тёмным недрам машины, ударяясь в самых непредсказуемых местах. Но зато крыша над головой. Хе-хе.
Сеть наглухо заблокировала все мои каналы. Я попытался дотянуться до океана эссенции чтобы выудить оттуда помощь, но при воплощении в этой реальности созданный голем просто испарился при соприкосновении с алыми нитями. Наглухо меня замуровали, демоны… Даже Княгиню призвать не могу. Феоклистов, ты прямо злодей-злодей. Не забуду не прощу.
Машину перестало сильно качать и под колёсами зашумел асфальт. Видимо мы выехали на трассу. Интересно, куда барон направляется? Ведь сейчас у него везде под ногами земля гореть будет. Господа из Тайной Канцелярии уже заточили свои ножи.
— Что происходит, господин, — после долгого молчания раздался глухой голос Медведева.
— Остап, это не твоего ума дело, — тут же ответил ему раздражённый Феоклистов. — Ты служишь мне, пока не будет погашен долг твоего папаши. До того момента ты клялся исполнять мои команды и защищать меня. Пожалуйста, исполняй и защищай.
— Это же ребёнок…
— Остап!
Медведев умолк, но ненадолго.
— Мне написал приятель. Он связан с Тайной Канцелярией. Был зарегистрирован запрос на ваш арест, господин.
Если бы я мог потереть шаловливые ручонки, с вредным видом, я бы это сделал. Но я не мог.
— Знаю. Всё знаю. Есть у них там один придурок, не понимающий когда надо отступить. Типа юнца нашего из багажника. Глупцы. Ведь иногда практически необходимо чуть-чуть прикрыть глаза. Всего один раз. От этого лишь благодать снизойдёт на каждого человека в округе. Просто один раз закрыть глаза… Скажи мне Остап, это большое дело?
Медведев что-то буркнул, но мне из багажника не удалось разобрать.
— Нет, Остап, совсем не большое дело, — ответил Феоклистов. — Кому как не тебе это знать. Это ведь совсем не твоя история. Твой папа тоже когда-то не смог закрыть глаза, и теперь ты служишь мне. Ирония?
Бедолага Медведев… Но такова судьба слабых родов, они всегда кому-то служат. Условия, правда, у всех разные. Интересно, Остап понимает, что будет когда его
