Янсена в наручниках увозят в тюрьму. Сьюзен обнимает Дэнни.
К ним, улыбаясь, подходит агент Паппас.
— Мы поймали его, Сьюзен, — говорит он. — Мы поймали Чудовище.
Она обнимает агента Паппаса…
Сьюзен проснулась, расстроенная тем, что увидела во сне, как раз вовремя, потому что в окне замаячила табличка: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СЕВЕРНУЮ ДАКОТУ! ОТКРОЙ ИСТИННУЮ ПРИРОДУ!»
Ничего себе, да я уже почти на месте! Внезапно ей отчаянно захотелось сходить в уборную и выбросить этот недоеденный салат. Она встала и направилась по проходу в конец автобуса.
В туалете она вымыла руки, лицо и сделала все возможное, чтобы расчесать спутавшиеся волосы. Внутри было очень узко, но она постаралась и смогла снять пальто, свитер и рубашку и вымыть подмышки.
Закончив, она полезла в карман пальто и достала пакетик с ожерельем внутри. Ага, все на месте. Фиолетовый дельфин, розовая утка…
Автобус подъехал к станции в Фарго, и все вышли.
У Сьюзен был целый час, а потом она наконец сядет на последний автобус, который привезет ее к цели долгого путешествия. Прямиком в Ходж-Хилс. Она взяла свой чемодан и направилась на вокзал. Было холодно, поэтому она застегнула пальто и снова надела бейсболку RJ.
Сьюзен зашла в кафе на станции и заняла место в дальнем углу стойки, чтобы не привлекать внимания околачивающегося там внушительного охранника. Она не знала, имела ли право по закону копошиться в пищевых отходах, и даже не хотела думать об этом. Если она увидит, что кто-нибудь оставит на тарелке что-нибудь съедобное, то возьмет все незаметно для охранника.
Да, если она смогла вломиться в дом к Дэнни и украсть ожерелье, то уж точно перехитрит этого амбала.
Со своей точки наблюдения она увидела, как девочка-подросток встала из-за стола, оставив почти нетронутую тарелку картошки по-деревенски. При одном взгляде на стол у Сьюзен потекли слюнки. Она поспешила туда со своим чемоданом.
Но тут подлетел помощник официанта и забрал тарелку прямо у нее из-под носа.
Это очень расстроило Сьюзен.
Она чувствовала, что сходит с ума. Как она могла столько думать о еде, когда весь ее мир раскололся пополам? Но, черт возьми, это было лучше, чем думать сейчас о других вещах. Может быть, она так сильно хотела есть из-за нервов? Она оглядела зал в поисках съестного, и ее взгляд упал на стол, где кто-то оставил целых два кусочка тоста с мармеладом. То, что надо! Сьюзен направилась прямиком к тостам. Но как только она взяла слегка подгоревший кусок хлеба, то услышала сзади женский голос: «Извините».
Сьюзен вздрогнула, испугавшись. Она мгновенно покраснела оттого, что ее поймали на месте преступления. Она подумала, что сейчас местная официантка попросит ее уйти, а может быть, позовет охранника.
Но когда она обернулась, то увидела, что с ней заговорила посетительница, сидящая за соседним столом, женщина лет пятидесяти с вьющимися седыми волосами и широким лицом. Перед ней стояла тарелка с горячим бутербродом.
— Хотите половину моего сэндвича? — спросила женщина.
— Все в порядке, я… — начала, заикаясь, Сьюзен.
— Пожалуйста, угощайтесь, я заказала слишком много, не могу съесть все это.
У женщины были большие глаза, полные тепла, а бутерброд выглядел так заманчиво, по бокам его сочился желтый сыр. Она взяла половину сэндвича со своей тарелки и протянула его Сьюзен.
— Спасибо, — поблагодарила Сьюзен, шагнула вперед и забрала предложенный ей завтрак.
— Может быть, вы хотите попить воды? — спросила женщина, придвигая свой стакан к Сьюзен. — Просто я заказала себе кофе.
— Спасибо, — снова поблагодарила Сьюзен. — Это не совсем обычная для меня ситуация. Просто пару дней назад кто-то украл все мои деньги.
— Боже мой, это ужасно. — Женщина показала на стул напротив себя. — Садитесь. Вы знаете, кто украл?
Сьюзен села за стол, спрашивая себя: ее собеседница была такой же одинокой, как она, или просто вела себя так, потому что была дружелюбным и отзывчивым человеком?
— Я думаю, что, пока я спала на автостанции в другом городе, кто-то воспользовался ситуацией.
Женщина покачала головой, и Сьюзен в очередной раз восхитилась ее вьющимися седыми волосами.
— В этом мире, к сожалению, есть отвратительные люди, — сказала незнакомка.
Сьюзен опасалась, что женщина начнет задавать личные вопросы, а ей не хотелось делиться своей безумной историей и предположениями о том, кто убил ее дочь. Все, что ей сейчас было нужно, — это съесть стоящий перед ней восхитительный, аппетитный сэндвич.
Поэтому она решила сменить тему.
— А куда вы направляетесь? — спросила она, поднося половинку бутерброда к губам.
— В Ходж-Хилс, — ответила женщина.
Сьюзен остановилась и уставилась на собеседницу. На открытое, привлекательное лицо, вьющиеся седые волосы.
Господи!
Зал суда. Двадцать лет назад. На скамье сидит миловидная женщина лет тридцати с вьющимися черными волосами. Судья произносит: «Виновен». Она начинает стонать от боли.
Младшая сестра Курта Янсена. Лиза.
И вот теперь перед Сьюзен сидела та же самая женщина, двадцать лет спустя.
Глава тридцать первая. Пятница, 3 декабря, наши дни
Сьюзен пребывала в таком шоке, что почти не слышала того, что говорит Лиза. Но потом ей удалось взять себя в руки, и она смогла разобрать:
— Я прилетела в Фарго, и надо было выбрать, каким образом я поеду дальше: либо на арендованной машине, либо на автобусе. Автобусом-то подешевле.
Сьюзен поняла, что сидит, открыв рот, и сделала над собой усилие, чтобы прибрать челюсть.
— А вы? — спросила Лиза. — Куда вы направляетесь?
Сьюзен сначала хотела соврать, но поняла, что им все равно придется ехать в одном автобусе.
— А я тоже еду в Ходж-Хилс.
Лиза удивленно приподняла брови и улыбнулась:
— Ничего себе. А зачем вы туда едете?
Сьюзен надвинула чуть ниже бейсболку, чтобы прикрыть лицо. Сейчас она носила очки, ее лицо постарело, она больше не красилась в блондинку, но все равно боялась, что Лиза может узнать ее в любой
