следом туловище, ягодицы и ноги, и наконец ступни. Она исчезла во тьме, даже не издав ни звука в своем смертельном падении.
А потом… стук. Тяжелый шлепок, с которым тело ударилось о песок.
Воспоминания со свистом пронеслись в голове. Когда Ария снова сфокусировала взгляд, она увидела, что Клодия придвинулась к ней и тянет руки, подталкивая ее в сторону подъемника. В следующее мгновение она вцепилась в плечи Арии и начала трясти. Ее лицо приблизилось почти вплотную к лицу Арии. Все тот же инстинкт самосохранения зажегся в крови Арии.
– Отойди от меня! – закричала она, дергаясь всем телом. Она слегка толкнула Клодию, но та лишь издала отвратительный смешок и зажала Арии рот рукой в варежке. Страх и ярость бушевали в Арии. – Я сказала, отойди от меня! – рычала она, толкая Клодию в грудь.
Клодия с визгом откатилась назад. В этот момент гондола наклонилась вниз, готовая выпустить лыжников с подъемника. Тело Клодии наклонилось вместе с ней. Поднятая перекладина уже не могла ее защитить, и она соскользнула с края скамейки.
– О боже! – Ария потянулась, чтобы схватить ее за руку, но было слишком поздно. Клодия устремилась к земле – шапка слетела с головы, руки в панике цеплялись за воздух, лыжи разлетелись в разные стороны, а лицо исказила маска ужаса и гнева. Спустя три секунды страха ее тело приземлилось лицом вниз в огромный сугроб свежего чистого снега.
И точно так же, как это было с Эли, наступила полная тишина.
29. Не спрашивай, не говори[84]
Спенсер открыла глаза. Она лежала на шелковистых простынях в крошечном номере отеля Hudson. Расслабляющий шум океанских волн из звуковой машины вливался ей в уши. Забавно, но вчера вечером она даже не заметила, что в номере имеется чудо-машинка; да и немудрено – она так напилась, что отрубилась в момент.
Зак лежал рядом. Сегодня утром он выглядел совсем другим. Его короткие каштановые волосы почему-то стали длинными и светлыми. Шею и руки покрывали уродливые шрамы, и струйка чего-то красного сочилась из левого уха. Это что… кровь?
Она резко вскочила и огляделась. Это вовсе не Hudson. Она лежала на длинной полосе нетронутого белого песка. Солнце пылало высоко в небе, и вокруг не было ни души. Запах соли и рыбы щекотал ноздри. Волны разбивались, набегая на берег. Чайки кружили над головой. У нее за спиной маячило розовое здание курортного отеля с «вороньим гнездом», нависающим над пляжем. Очень знакомым «вороньим гнездом».
– Нет, – прошептала Спенсер. Выходит, она на Ямайке? В отеле The Cliffs. Она покосилась на застывшую слева от нее фигуру. Это была девушка. Алая струйка крови стекала из уха на песок. Голубой веревочный браслет обвивал запястье. Подол желтого сарафана задрался вверх до самых ягодиц, а ноги были согнуты под неестественным углом.
Это не Закари. Это Табита. Эли.
– О боже. – Спенсер вскочила на ноги и обежала вокруг тела девушки, чтобы заглянуть ей в лицо. С плотно закрытыми глазами и синеватой кожей, она выглядела так, словно была мертва уже несколько часов.
– Эли. – Спенсер с размаху ударила девушку по щеке. – Эли.
Девушка не ответила. Спенсер попыталась нащупать пульс на запястье. Ничего. Голова болталась на шее, как если бы позвонки разбились на тысячи осколков. Кровь собиралась в лужицы под глазами.
Спенсер в отчаянии огляделась по сторонам, выискивая глазами подруг, но никого не увидела. Как же так? Ведь они все побежали сюда, после того как Ария толкнула ее, не так ли? Они были вместе.
– Эли, проснись, пожалуйста, – кричала Спенсер в лицо девушке, не переставая трясти ее за плечи. – Пожалуйста. Прости за то, что сделала Ария. Она просто испугалась. Она не знала, что у тебя на уме. Я бы сделала то же самое. – Она говорила правду. Сцена на палубе «вороньего гнезда» живо напомнила ей последние мгновения жизни Моны Вондервол, когда Мона призналась ей в том, что она «Э».
Внезапно Эли распахнула глаза. Она выбросила руку вперед, схватила Спенсер за шею и притянула к себе так близко, что Спенсер уловила слабый аромат ванили на ее коже.
– Я знаю, что ты сделала, – хрипло прошептала Эли. – И очень скоро это узнают все.
Спенсер очнулась от собственного крика. Солнечный свет струился сквозь жалюзи. На экране телевизора мелькали кадры детского телешоу. На этот раз она действительно проснулась в отеле Hudson. Рядом с ней лежал Зак, а вовсе не Эли. Но она все еще чувствовала запах соли и песка Ямайки. Кожа головы ныла в том месте, где Эли схватила ее за волосы. Все казалось таким реальным.
Тук-тук-тук.
Стучали в дверь. Спенсер отчаянно заморгала, пытаясь вырваться из сонного плена.
Тук-тук-тук.
– Эй! – донесся голос из коридора.
Зак зашевелился рядом с ней, поднимая руки над головой и сладко потягиваясь.
– Привет, – сказал он, посылая Спенсер долгую, медленную улыбку. – Что за шум?
– Кто-то стучится в дверь. – Спенсер свесила ноги с кровати.
И тут дверь распахнулась.
– Зак? – ворвался знакомый голос. – Половина десятого. Дуглас ждет тебя, чтобы побеседовать о Гарварде. Поднимай свою задницу и собирайся.
Спенсер ахнула и оцепенела. Это был мистер Пеннитистл.
Он увидел Спенсер в тот же миг, когда она увидела его. Кровь отлила от его лица. Спенсер быстро закуталась в простыню – в какой-то момент посреди ночи она сняла юбку и колготки и теперь предстала только в блузке и нижнем белье. Зак тоже вскочил как ошпаренный и потянулся за футболкой, которую тоже скинул во сне. Но они поздно спохватились – мистер Пеннитистл уже все видел.
– Боже правый! – взревел он, и его лицо исказилось от ярости. – Какого черта?
Зак натянул футболку.
– Папа, это не то…
– Ты совсем рехнулся, ублюдок. – Мистер Пеннитистл сузил глаза, уставившись на сына. Потом схватил Зака за плечо, сорвал с постели и швырнул об стену. – Она же будет твоей сводной сестрой! Что ж ты за урод, черт возьми!
– Это не то, о чем ты подумал, – робко возразил Зак. – Мы просто тусовались.
Мистер Пеннитистл с силой тряхнул Зака за плечи.
– Ты что, не можешь держать его в штанах?
– Мы просто спали! – воскликнула Спенсер. – Честное слово!
Мистер Пеннитистл пропустил ее слова мимо ушей. Он тряс сына снова и снова, заставляя Спенсер морщиться.
– Ты извращенец, Закари. Больной, отвратительный извращенец, не достойный того, что я делаю для тебя.
– Папа, пожалуйста!
Мистер Пеннитистл замахнулся рукой и отвесил сыну крепкую пощечину. Зак отлетел назад и попытался вырваться, но мистер Пеннитистл навалился на него всем телом, прижимая к стене.
