— Я не вижу причин делать это. Мы и так много времени провели на борту во время злополучного плавания. Что касается меня, я предпочитаю находиться здесь. Садитесь, джентльмены, нам некуда спешить.
Сарн нахмурился и, нагнувшись вперед, сказал так тихо, чтобы остальные не могли услышать:
— По правде говоря, я мало доверяю Жан-Пьеру. Он созрел для мятежа, и оставлять его, чтобы он мог подстрекать людей, было бы величайшей глупостью. Мне будет гораздо спокойнее, если он останется у меня на глазах.
— Как вы пожелаете, — беззаботно ответил Крайл, — хотя я думаю, что ваши опасения напрасны. Кроме того, Жан-Пьер смертен, и, если он будет мешать, мы легко сможем избавиться от него.
— Берегитесь, мистер Крайл. Он довольно популярный человек, и его смерть может принести нам большие неприятности.
— Могу я узнать, что вы собираетесь делать?
— Я говорю вам, мистер Крайл. Я не хочу давать ему возможности поднять мятеж. Вы должны опасаться его, хотя и доверяете ему настолько, что оставили его наедине с ее светлостью. Девушки находят его достаточно миловидным.
Гедеон приподнял тяжелые веки и холодно посмотрел на Сарна.
— Мой дорогой Сарн, — сказал он со скучающим видом, — я прошу вас не принимать меня за дурака. Мне кажется, что вы ищете предлог избавиться от Жан-Пьера ради каких-то своих целей.
На лице Сарна заходили желваки.
— Я думал, что вы собираетесь жениться на ней.
— Вы вообразили, что я лелею какие-то романтические планы относительно девушки? Мой Бог, я не этот молодой глупец Маунтэйн! Черт побери, Сарн, наводите туман где-нибудь в другом месте и перестаньте надоедать мне!
В любое другое время пират не стал бы терпеть подобные оскорбления, но теперь он стремился уйти. Он молча отвернулся и отправился к лодке.
Когда он поднялся на борт «Вампира», то увидел, что леди Фрэнсис больше не было на корме. Он огляделся в поисках Жан-Пьера. Заметив его, он отправил француза с поручением на берег и принялся разыскивать ее светлость.
Он нашел ее в кают-компании. Девушка была так поглощена своими мрачными мыслями, что не услышала звука открывающейся двери. Сарн остановился на пороге, разглядывая ее, и его холодные глаза проворно охватили прекрасную картину, которую она представляла собой, сидя у открытого окна. Ее золотисто-рыжие волосы блестели под лучами солнца. Сарн подумал о сокровищах, накопленных за годы пиратства, великолепных драгоценных камнях и дорогих тканях и представил ее облаченной в них.
Пират вошел и закрыл дверь, а звук его шагов заставил девушку повернуть голову. Ее лицо было бледным и осунувшимся. Сарн подошел к столу, остановился, опершись руками на полированную поверхность, и посмотрел на девушку со своим обычным мрачным выражением.
— Вы плачете, миледи? Почему?
— Почему? — переспросила она. — Милосердный Боже! Вы еще спрашиваете? Разве могут мне нравиться угрозы пыток и смерти, разве мне может нравиться необходимость выйти замуж за убийцу своего брата? А вы еще спрашиваете, почему я плачу! Чему же мне веселиться?
Проигнорировав ее слова, он продолжал мрачно смотреть на нее, испытывая неуверенность первый раз в жизни. Он не привык добиваться благосклонности понравившейся ему женщины, а поскольку ему недоставало галантности Жан-Пьера, он не знал, как подступиться к разговору. Наконец, собравшись с духом, он заговорил, отбросив всякие вступления:
— В моих силах освободить вас и ваших близких, леди Фрэнсис. Крайл так же уязвим для удара ножом, как и любой другой человек.
Услышав эти слова, Фрэнсис изумленно уставилась на него. После споров предыдущего вечера предложение Жан-Пьера не было для нее неожиданным, но то, что капитан Сарн был готов покинуть Гедеона, явилось для нее совершенной неожиданностью.
— Что… что вы имеете в виду?
— Он считает себя неуязвимым, потому что в Порт-Ройяле известно, что он отплыл со мной, а ведь я могу сказать, что он упал за борт во время последнего сражения. Он считает, что дворянина нельзя убить безнаказанно. Но он забыл, что я мог защищать законного маркиза, вас и лорда Маунтэйна. Чтобы спасти три жизни, можно взамен взять одну. Он говорил, что мне невыгодно убивать его, но он забыл, что теперь не долго будет покровительствовать мне.
Фрэнсис была в замешательстве. Может быть, пират предполагал, что Джонатан и Хэл будут покровительствовать ему вместо Гедеона?
— Вы ищете другого покровителя, капитан Сарн? Но мой брат еще ребенок, а я боюсь, что лорд Маунтэйн…
Сарн покачал головой:
— Вы не поняли меня. Я собираюсь порвать с «береговыми братьями», так как я накопил достаточно богатства, пока был капитаном «Вампира». Я первый раз вышел в море двадцать лет назад, и пятнадцать из них я плаваю под черным флагом. Человек не может долго испытывать свою удачу.
Фрэнсис подумала, что наконец поняла, и вздохнула с облегчением:
— Тогда прошу простить меня. Несомненно, мой кузен Маунтэйн сделает для вас все возможное, так как его отец имеет некоторое влияние на короля. Прошлой ночью, капитан Сарн, Гедеон говорил вам, что полезно иметь друга при дворе. Помогите нам сейчас, и вы будете иметь троих покровителей, а мы еще останемся в долгу у вас.
Он ответил не сразу, а продолжал смотреть на нее со странным выражением. Наконец он сказал:
— Возможно, я намерен сам появиться при дворе.
— Вам все равно понадобятся друзья, — повторила она, надеясь, что на ее лице не отразится охватившее ее смущение. — Я думаю, что без протекции какого-то дворянина трудно будет попасть ко двору.
— Может быть, и нет! — И, не изменив выражения лица, он продолжал: — Достаточно, если у меня будет жена из знатного рода.
В первый момент девушка подумала, что неправильно его поняла, и недоверчиво взглянула на пирата. Капитан Сарн поторопился отмести все ее сомнения:
— Я предлагаю вам выйти за меня замуж, леди Фрэнсис, в обмен на спасение жизней вашего брата и кузена. Только скажите — и мой дорогой мистер Крайл получит удар ножом между ребер.
Фрэнсис сжала руки и попыталась собраться с мыслями. Разногласия между ее мучителями были даже глубже, чем она предполагала, — каждый был нетерпелив, имел различные причины для уничтожения других, и казалось, что ее собственное положение было похоже на ветер, который раздувал тлеющий огонь, превращая его в пламя измены. По какому бы пути она ни пошла, ради освобождения близких ей пришлось бы заплатить дорогую цену.
Ее продолжительное молчание вызвало у капитана Сарна легкое беспокойство. Подойдя к кабинету, который стоял у стены, он открыл ящик, вынул маленькую шкатулку и поставил ее на стол. Открыв ее, он извлек ожерелье из жемчужин, похожих по размеру на воробьиные яйца. Пират поднял ожерелье и взглянул на Фрэнсис.
