с металлом, оружейники — особенности изготовления замков и стволов. Ричард рассказывал медицинские байки, которые вызывали то смех, то содрогание.
Машенька с Анфисой и другими женщинами хлопотали на кухне, подавая то чай, то пироги, то ещё что-нибудь. Я видел, как Машка счастливо улыбается, наблюдая за общим весельем.
Когда гости начали расходиться, Григорий задержался. Подошёл ко мне:
— Егор Андреевич, хочу сказать… Я приехал сюда со скепсисом. Думал — что мы тут, в деревне, узнаем такого, чего на нашем заводе нет? Но сегодня я увидел вещи, о которых даже не мечтал. Паровая машина, пневматические двигатели, дамасская сталь, железо из глины… Это действительно будущее.
— Рад, что ты это понял, Григорий, — улыбнулся я. — А главное — вы это будущее создадите своими руками. Ты и твои товарищи.
Он крепко пожал мне руку:
— Обещаю учиться как следует. И остальных подтяну.
— Именно на тебя я и рассчитываю, — сказал я. — Ты самый опытный из пятерых. Будешь примером для остальных.
Григорий кивнул и ушёл. Я проводил его взглядом и почувствовал удовлетворение. Самый сложный — Григорий — оказался на нашей стороне. Теперь обучение пойдёт легче.
Когда все ушли, Машенька прижалась ко мне и зевнула:
— Устала я сегодня. Столько гостей, столько еды готовить…
— Ложись спать, солнышко, — я поцеловал её. — Отдыхай. Завтра начнётся настоящая работа.
Глава 17
Громкий стук в дверь вырвал меня из глубокого сна. Накинув тулуп, я пошел смотреть кого это ни свет ни заря принесло. На пороге стоял Захар с виноватым выражением лица.
— Прошу прощения, Егор Андреевич, но мастера уже проснулись и спрашивают, когда начинаем занятия. Григорий Сидоров с рассветом встал, остальных поднял. Говорит, нечего время терять.
Я усмехнулся. Надо же, какое рвение! Впрочем, это даже хорошо — энтузиазм дорогого стоит.
— Скажи им, что сейчас я быстро позавтракаю, а потом соберёмся в ангаре, — распорядился я. — На лесопилке. Там будем обустраивать общую мастерскую.
Захар кивнул и ушёл, а я вернулся в дом, где Машенька уже поднималась с постели.
— Егорушка, что там за шум с утра пораньше? — сонно спросила она.
— Ученики рвутся в бой, — улыбнулся я, умываясь холодной водой. — Григорий всех поднял чуть свет. Хочет скорее приступить к учёбе.
— Это хорошо, — одобрила Машка, начиная одеваться. — Значит, действительно серьёзно настроены.
Позавтракав, я вышел во двор и, набрав полную грудь воздуха громко крикнул:
— Степан! — Мысленно стал считать, — один, два… восемь, девять…
— Да, Егор Андреевич, звали? — отозвался он, выглядывая из-за флигеля.
— Звал. Седлай коня — на лесопилку скатаюсь.
Уже через пару минут я отправился к ангару у лесопилки, где собрались все пятеро тульских мастеров плюс наши местные — Петька, Илья, Семён, Митяй. Все стояли, переминаясь с ноги на ногу в ожидании.
— Доброе утро, господа! — поприветствовал я их, спрыгивая с коня. — Вижу, все готовы к работе. Отлично!
Григорий Сидоров шагнул вперёд:
— Егор Андреевич, мы готовы приступить к обучению. Когда начнём изучать паровые машины и пневматические системы?
Я помедлил с ответом, оглядывая собравшихся:
— Прежде чем мы перейдём к серьёзному обучению, нужно обустроить общую мастерскую и завершить обустройство общежития. Сегодня займёмся именно этим.
Лица мастеров вытянулись. Братья Волковы переглянулись с недоумением. Семён Кравцов нахмурился.
— Как это — обустроить? — не понял Антон Волков. — Мы же приехали учиться новым технологиям, а не заниматься плотницкими работами!
— Именно плотницкими и будете заниматься, — спокойно ответил я. — И это тоже часть обучения.
Фёдор Железнов угрюмо буркнул:
— Я кузнец, а не плотник. Зачем мне доски таскать?
— А затем, — терпеливо объяснил я, — что вы должны понимать весь процесс создания производства с нуля. От подготовки помещения до запуска станков. Нельзя быть мастером, который знает только свой узкий участок работы. Настоящий мастер-инженер понимает всю цепочку.
Григорий Сидоров задумчиво почесал бороду:
— А что конкретно предстоит делать?
Я указал на ангар:
— Видите это помещение? Здесь хранятся доски с лесопилки. Нам нужно их перевести в деревенский ангар, а это место превратить в общую мастерскую. Оборудовать верстаки, разместить инструменты, установить станки. Плюс в общежитии нужно сделать мебель — столы, лавки, полки. Это уже для вашего комфорта.
— А сколько это займёт времени? — нетерпеливо спросил Семён Кравцов.
— Если будем работать дружно — дня три, — прикинул я. — Может, четыре. А потом уже приступим к основному обучению в полностью оборудованной мастерской.
Иван Волков, младший из братьев, неуверенно поднял руку:
— А нас научат плотничать? Я топором-то толком не умею…
Илья рассмеялся:
— Ничего, парень, научим! Дело нехитрое, было бы желание.
Григорий Сидоров, видя растерянность товарищей, взял инициативу в свои руки:
— Ладно, мужики, раз Егор Андреевич говорит, что это нужно — значит, нужно. Не боярами же приехали, чтобы только руками махать. Работать так работать!
Его авторитет подействовал. Остальные кивнули, хотя и без особого энтузиазма.
— Вот и отлично! — обрадовался я. — Илья, ты главный по плотницким работам. Распределяй людей, показывай, кто что должен делать.
Илья потёр руки:
— Так, значит, дело такое… — Он обвёл взглядом ангар, быстро прикидывая объём работ. — Сначала нужно доски отсюда вынести, потом пол подмести. Потом, перед тем, как верстаки делать будем да полки для инструментов, утеплим стены и окон побольше сделаем, чтоб днем света было много.
— А из чего верстаки-то делать? — спросил Антон Волков.
— Из этих же досок, — пояснил Илья. — У нас тут добра хватает. Доски отборные, сухие. Как раз для мебели подойдут.
Работа закипела. Пока мужики разбирались внутри, Митяй сгонял на лошади в деревню и уже возвращался на двух санях. На них и грузили доски.
Григорий, как самый опытный, взял на себя роль бригадира:
— Антон, Иван, вы берите доски покороче. Семён, помогай Фёдору с длинными. Петька, ты следи, чтобы доски аккуратно складывали, а не бросали как попало!
Я наблюдал за работой с удовлетворением. Люди организовывались, находили общий язык, распределяли обязанности. Именно так и должна строиться команда.
Тут к нам с очередной ходкой саней приехала Дарья. Привезла кувшин с горячим чаем и связку кружек.
— Вот, мужики, пейте, согревайтесь! — объявила она, но взгляд её был прикован к братьям Волковым.
Антон и Иван, оба молодые
