решая, что делать. Пришла мысль включить дезинтегратор Крепости и покончить с ожившими хозяевами базы в один приём. Потом подумалось, а что будет, если дезинтегратор не сработает? Не заставит ли это Демонов пойти на крайние меры? Что они предпримут? Не активируют ли какой-нибудь хитрый автономный контур управления, не подчиняющийся Сумасходу? И не уничтожат ли излучатель, оставшийся наверху на позиции?
– Костя!
Ботаник снова не ответил.
«Чёртов академик! – выругался в душе лейтенант. – Безмозглый пустозвон! Что, если он кинется к цератопсу во время включения дезинтегратора?!»
– Егор Левонович, у вас есть связь с ботаником?
– Могу включить аудиосистему в отсеках.
– Прикажите ему не высовываться из столовой!
– Минуту…
Однако времени людям на включение системы внутренней зачистки помещений Демоны не дали.
Второй оживший мертвец, зашедший в отсек, выкатил оттуда металлическое кольцо высотой в рост человека, которое у обрыва тоннеля в шахту начало разворачиваться в подобие решетчатого помоста, выдвигающегося наружу.
Первый Демон перестал возиться с роботом, вылез из него, и трицератопс, развернувшись, покатил к помосту.
Мерадзе понял, что ожившие хозяева Крепости замыслили что-то сделать с излучателем, то ли активировать его, то ли уничтожить, и счёт идёт на секунды.
Лейтенант высунулся из своего укрытия на лестничной площадке, направил «демонский фаустпатрон» на робота и попытался выстрелить.
На беду он перепутал последовательность включения бугорков-клавиш на рукояти излучателя, и за те три секунды, что потребовались на повторение процедуры, Демоны заметили человека.
У одного на плече выросла турель с хищным клювом какого-то оружия.
Второй вытянул к лейтенанту руку, и из пола коридора начал выдвигаться тонкий прозрачный язык, грозя перегородить коридор.
Но «фаустпатрон» наконец получил нужную команду и успел послать разряд до того, как перегородка закрыла коридор.
Волна струения (воздух в канале разряда поплыл как горячее марево над ковшом с расплавленным чугуном) пронзила коридор и превратила большую часть робота в пустоту. Оставшаяся транспортная платформа с гусеницами трицератопса свалилась в шахту.
Не дожидаясь реакции Демонов, Мерадзе отбросил «фаустпатрон» с раскрывшимся навершием и выстрелил из «бластера».
Однако пробить перегородку импульс не смог, только выдул в ней пузырь. Пришлось стрелять ещё два раза, прежде чем прозрачный лист не разлетелся по полу стеклянными на вид брызгами.
Демон, возившийся с помостом, не стал состязаться с человеком в мастерстве владения оружием и скрылся в отсеке, из которого он выкатил помост.
Первый, вооружённый излучателем на плече, выстрелил: вдоль коридора пронёсся сетчатый веер зелёных лучей, – но Мерадзе ухитрился выстрелить одновременно с противником и мгновенно отпрянуть за угол коридора, пропустив разряд мимо, а импульс «бластера» угодил в Демона и оторвал ему руку вместе с плечом и клювом.
Издав гулкое басовитое урчание, гигант попятился назад и свалился с помоста в бездну шахты вслед за остатками модуля.
Мерадзе кинулся к шахте, держа под прицелом коридор, остановился у двери в отсек, успевшей закрыться.
– Егор Левонович, можете открыть дверь?!
– Попробую… – ответил Карапетян.
Послышался топот, в коридоре появился Костя аж с двумя «бластерами» в руках.
– Где они?!
– Назад! – рявкнул Мерадзе.
Но молодой человек не послушался.
– Я помогу!
– Чёрт бы тебя побрал! Я же велел остаться в столовой!
– Я тебе не трёхлетний ребёнок! – возмутился Костя. – Мы все должны прикрывать друг друга!
– Почему не слушаешь рацию?!
Ботаник смутился.
– На столе лежит…
Мерадзе сплюнул в сердцах.
– Дать бы тебе в… держи коридор! Егор Левонович?
– Дверь заблокирована, – доложил Карапетян. – Сумасход не знает, как её открыть.
– Что за бред?! Центральный комп не знает ключей к дверям?!
– Очевидно, не восстановился нужный блок памяти, – виновато проговорил физик. – Здесь много индивидуально независимых систем, не все подчиняются Сумасходу.
– Получается, Демоны не доверяли друг другу? Или у каждого были свои секреты?
– Вполне вероятно.
– Не открывается? – кивнул на дверь Костя; глаза парня возбуждённо горели.
– Отсек имеет другой выход? – спросил Мерадзе оператора, не отвечая на вопрос Кости.
– Там, похоже, целый лабиринт.
– Вы видите Демона?
– Минуту… нет, не вижу… в коридорах его нет точно.
– А в этих отсеках система чистки работает?
– Надо смотреть всю программу… поэтажно…
– Смотрите, только побыстрей, пожалуйста, пока сбежавший мертвец не включил какую-нибудь гадскую подставу.
– Подождите, Мирон, на третьем уровне шевеление…
– Конкретней!
– Кажется, ещё ожили… открываются сразу три саркофага… и на четвёртом тоже…
Мерадзе поймал взгляд Кости (ни капли страха, только азарт и воинственное нетерпение, вот же выкормыш компьютерных стрелялок!), поудобней взялся за оружие.
– Началось…
– Что?!
– Восстание мертвецов, – криво усмехнулся лейтенант.
Глава 26
Может быть, мы вернёмся
Возвращались в странном настроении половинчатого удовлетворения. С одной стороны, забот у попаданцев убавилось, так как от острова и центра обороны не осталось ни следа. То есть на их месте теперь зияли три воронки общим диаметром в двенадцать километров и глубиной до километра. На дне же котлована стыло озеро с мутной коричневой жижей вместо воды. Теперь можно было не беспокоиться насчёт того, что кто-то нанесёт по Крепости удар и отправит его обитателей на тот свет, откуда, как известно, иномериана обратно не ведёт. С другой стороны, оставался целым и невредимым главный противник – чёрный лес со всеми его роботами, и в душах людей тлело ожидание и беспокойство, не давая им радоваться жизни.
Больше всех страдала Вероника, по-прежнему переживая убийство лётчика, подчинявшегося приказам чёрного леса и без сомнений расправившегося бы с бывшими соотечественниками, не опереди его операторы «эйфелевой башни». Подуспокоилась она лишь после того, как самолёт пролетел над «раковой опухолью» растительного завоевателя, продолжавшего отвоёвывать у Большого Леса всё больше и больше пространства.
Максим хотел выяснить, сколько у противника осталось боевой биотехники – «птеродактилей», «нетопырей», «крокодилов» и шмелей, но гул Леса сообщил ему о каких-то проблемах, возникших у защитников Крепости, и майор погнал «демонский истребитель» с максимально возможной скоростью, предполагая самое худшее.
Полторы тысячи километров от владений агрессора до базы они преодолели за тридцать четыре минуты.
Ещё на подлёте Максим по рации связался с Мерадзе (она заработала на дальности в четыре километра) и выяснил положение, в какое попали оставшиеся в Крепости земляне. В данный момент они с помощью Сумасхода контролировали коридоры базы, включая посекционно дезинтегратор и не позволяя оживающим Демонам свободно передвигаться, но не имели возможности ликвидировать угрозу полностью, так как хозяева подземной цитадели скрывались в лабиринтах отсеков, недоступных компьютеру, и явно затевали заговор, используя автономные системы, которых оказалось не меньше десятка.
– Держитесь! – передал Максим лейтенанту. – Не давайте мертвецам захватить центральный пост! Люк открыт?
– Открыт, но над ним торчит платформа антенны.
– Опустите её, мы спустимся к вам на самолёте.
Дальнейшие действия людей происходили
