все разом… – Мерадзе не закончил.
Из глубин Крепости донёсся знакомый гул.
Все застыли, прислушиваясь.
Привычным усилием воли Максим, подогреваемый боевым резонансом, настроил сознание на ментальный приём и услышал голос:
«Человек… можешь покинуть… наш мир…»
– Не понял! – вслух выговорил он.
«Вновь появились… ваши соотечественники…»
– Где?!
«В том же районе… на берегу реки… мы полагаем… что пробой между нашими вселенными не исчез…»
– Колоссально! – Максим опомнился, перешёл на мыслеязык: «Давно они там?»
«Это их второй выход… сначала появлялся… малый аппарат… теперь опустилось… воздушное судно необычной конструкции…»
«Транспортный вертолёт?»
«Воздушный шар…»
– Воздушный шар?!
– Командир, ты о чём? – окликнул его Редошкин.
– Подожди, я разговариваю с Лесом… – Максим снова перешёл на ментальную связь: «Боюсь, мы не успеем добраться до шара. Пока разберёмся с мертвецами, пока очистим Крепость…»
«Мы связались… с одним из членов группы…»
«С кем?! – В памяти всплыл образ полковника Савельева. – С ним?»
«Он обещал ждать…»
– Сергей Макарович… дружище!
В потолке открылась ещё одна ячейка, из которой выпала лестница, по которой к терминалу грузно полез чёрный «терминатор».
Редошкин и Мерадзе открыли огонь, и оживший мертвец свалился вниз, едва не разбив телом «огуречный» экран.
– Какие же они… долбоны! – бросил лейтенант. – Никакой выдумки! Лезут напролом!
– Отбивайтесь! – сказал Максим. – Надо решить, что делать. За нами прилетели!
– Что?!
– Кто?! – в унисон с Мерадзе воскликнул Редошкин.
– Сергей Макарович и ещё кто-то, на воздушном шаре!
– Господи! – ахнула Вероника.
– Значит, можно собираться?
– Сначала зачистим Крепость.
– Я не хочу лететь домой! – крикнул Костя из тоннеля. – Что там делать? Тут рай для исследователей, а на Земле практически создан цифровой мыльный пузырь, скоро начнётся поголовная чипизация. Я останусь!
– Следи за тоннелем, академик! – рявкнул Редошкин.
– Да слежу, слежу. Всё равно не полечу.
Редошкин подбежал к терминалу, не спуская глаз с потолка.
– Какой план, командир?
– Я отправлю вас…
– Нет! – вскочила Вероника. – Я не полечу без тебя!
– Понимаешь…
– Командир, не трать время на уговоры и объяснения, – сказал Редошкин, – мы с тобой! Либо вместе улетим, либо вместе останемся.
«Человек… решай…»
Максим набрал воздуха, ещё не зная, какое решение примет. Сердце трепыхнулось в груди птицей, получившей свободу. Глаза защипало.
– Егор Левонович?!
– Ещё немного, – невнятно ответил физик. – Кажется, всё получается… но я должен записать одновременно три команды: вашу или кого-то из ваших помощников, мою и Вероники.
– Вика, Дом, подсоединяйтесь! Командуйте, Егор Левонович.
Редошкин и Вероника заняли соседние кресла.
– А мы? – спросил Мерадзе.
– Держим оборону!
– Значит, остаёмся? – не понял лейтенант.
– Запустим программу и летим.
– В арсенале полно оружия, надо бы забрать.
– Оно вряд ли нам пригодится.
– Я имею в виду демонское.
– Вряд ли оно будет функционировать на Земле.
– Почему?
– Потому что в нашей вселенной иной набор измерений и констант, как утверждает Егор Левонович. К тому же на Земле и без того оружия достаточно.
– Пусть разбираются военные лаборатории.
– Заберём всё, что унесём.
«Человек… не слышим ответа».
«Мы не можем уйти, не выполнив обещаний!»
«Червоточина между нашими мирами неустойчива… вы рискуете остаться здесь…»
«Ты же нас не бросишь? К тому же чёрный лес мы уничтожили, бояться нечего».
«Вы уничтожили последствия… но не причину… ваше будущее нам известно… но не подконтрольно… чёрный лес всё равно будет выращен на вашей планете… уничтожит остатки человечества… и начнёт экспансию…»
«Так что же делать?»
«Вы знаете, что ждёт ваших соотечественников в будущем… попробуйте создать условия… не позволяющие вырасти этому вирусу зла…»
Максим невольно рассмеялся:
– Эк вы замахнулись! Кто же нас послушает?
«Главное, начать… за сотни и тысячи лет можно создать… движение за сохранение масштабной экологической нравственности… этим будет оправдано… существование человечества».
«Мы не проживём так долго».
«Проживёт ваше дело… мы уверены… эта задача вам по плечу».
Максим очнулся, увидев, что сидевшие на «гнёздах» операторы смотрят на него выжидающе. Расправил плечи.
– Ну что, мальчики и девочки, летим домой?
– Я остаюсь! – уже с меньшим возмущением и одновременно с неуверенностью воскликнул Костя. – Лес, наверно, специально вытащил нас сюда, в свой мир, чтобы мы помогли ему избавиться от вторжения. Уверен, он в любой момент вернёт нас обратно!
Мерадзе красноречиво покрутил пальцем у виска.
– Фантазёр, – хмыкнул Редошкин.
– Записываем! – объявил Карапетян. – Стреляйте!
Максим напрягся, мысленно помогая Веронике сделать выстрел.
– Ещё раз!
Трое стрелков замерли на секунду.
– Спасибо! Готово! – сорвал с головы рога Карапетян. – Достаточно запустить программу, и Сумасход выстрелит.
– Сколько у нас времени после запуска?
– Я установил таймер на полчаса.
– Поставьте на десять минут.
– Можем не успеть…
– Должны успеть! Дом, Вика, Мир, Костя – в самолёт!
Сержант и Вероника выбрались на мостик.
– А ты? – Редошкин перевёл взгляд на учёного. – Э-э… вы?
– Мы догоним! Егор Левонович, посмотрите, есть поблизости от сферы Демоны?
Карапетян нацепил дугу мыслесъёма.
– На потолке никого… двое на верхнем этаже… снизу по лестницам поднимаются ещё четверо… и шевелится ряд камер у арсенала.
– Запускаем дезинтегратор! Это заставит оживающих умерить пыл. Вика, помоги!
Девушка вернулась, пристраиваясь на краешке «гнезда».
Через минуту из глубин Крепости донёсся металлический стон, будто некий гигант скручивал и рвал лист железа.
– В коридорах чисто! – оглянулась Вероника.
– Бегом в самолёт!
– Ты точно… догонишь?
– Выполнять приказ!
– А Точилин? Он… останется?
Максим посмотрел на Редошкина, сержант схватил девушку за руку, и они побежали через мостик.
– Сообщи, когда будете в кабине! – крикнул им вслед Максим.
Костя отбежал в глубь коридора, словно и впрямь собирался остаться, но Мерадзе показал ему кулак, и оба исчезли вслед за убегавшей парой.
– На месте! – доложил по рации Редошкин спустя две минуты.
Максим сжал ладонью плечо физика.
– Ну что, Егор Левонович? Не промахнёмся?
– Не должны.
– Может быть, внести в программу сразу целый залп? Чтоб уж наверняка попасть в Крепость?
– Я так и сделал, – смущённо признался Карапетян. Пожевал губами, волнуясь. – Жалко разрушать такое древнее сооружение… По сути, артефакт войны… и Сумасход жалко…
– Мне тоже, – кивнул Максим. – Но другого выхода у нас нет. Включайте! Да, не забудьте приподнять платформу антенны, чтобы самолёт смог выбраться через люк шахты.
Егор Левонович застыл на мгновенье.
– Всё…
– Ноги в руки!
Они пересекли мостик, добрались по тоннелю до шахты, забрались в кабину, и самолёт взмыл вверх, протискиваясь между платформой, представляющей основание «эйфелевой башни», и горловиной люка. Через несколько минут после запуска программы они были уже над кратером, всё ещё продолжавшим дымиться. Подняв аппарат на трёхкилометровую высоту, Максим, не глядя на расстроенную Веронику, развернул его носом к антенне излучателя, и в самом деле издали похожей на силуэт знаменитой французской башни.
– Мы не слишком близко от Крепости? – спросил Мерадзе. – А
