Feierabend! Feierabend! обер-лейтенанта Криппендорфа было, согласно ранее полученным указаниям, кодовым сигналом со смыслом: «Уходим, и быстро. Завести моторы. Отойти задним ходом на сто метров, затем развернуться и следовать за мной».
Мы мгновенно отъехали от тех зданий, нас никто не преследовал. Нас почти, а может быть, и совсем, не обстреливали. Это была чистая засада и чистый отход.
До того как мы их развернули, все три «ягдпанцера» ехали задним ходом с большим удовольствием, чем любая другая машина в Западной Пруссии или, в конце концов, на всем Восточном фронте.
Мы были в восторге. Два ИС-2 и четыре Т-34–85 на шоссе к востоку от Лессена подтвердили смертоносность наших пушек. Кроме того, к нашим услугам были дороги к югу и западу от озера, а также мосты.
Что беспокоило нас, пока мы наматывали километр за километром, так это столбы бурлящего снега, взбиваемые шестью 40-см гусеницами наших трех машин. Что хуже, куда бы мы ни поехали, те же три пары гусениц — каждый «ягдпанцер» имел 2,05 м от гусеницы до гусеницы — оставляли в снегу не затертые ничем параллельные следы. Те колеи легко могли помочь советским штурмовикам засечь наше местоположение и атаковать, что вполне могли приказать их мстительные командиры.
Ивану, конечно, пришлось возмутиться превращением колонны танков в огромные дымовые шашки — еще до того, как она дошла на запад до Грауденца.
Soldatenklau и противотанковые мины в Грауденце
Мы знали, что большая часть Грауденца лежит на восточном берегу Вислы и что его восточная окраина находится в 30 км от места, где мы устроили засаду под Лессеном. Из Лессена главное шоссе входит в северо-восточную часть Грауденца и отклоняется на юг у Вислы, затем, поворачивая на запад, прямо к большому мосту, который стягивает к себе все движение через реку. К югу от этого бутылочного горлышка лежит главный железнодорожный мост.
Проехав на запад, по большей части держась подальше от шоссе между Лессеном и Грауденцем, мы, зная, что нам придется для переправы воспользоваться северным мостом, 26 января вошли в Грауденц с юга. Мы увидели несколько легких зенитных пушек на позиции в южной части городского периметра, и чем ближе мы подъезжали к восточному концу моста, тем больше зенитных установок проезжали. На какое-то время у нас не было причин бояться советских штурмовиков.
Я должен объяснить, что пилоты советских «ИЛЬЮШИНЫХ» (Ил-2, или Shturmovik, штурмовых самолетов) обычно применяли против танковых колонн на открытой местности два тактических приема на выбор. Один из них состоял в том, чтобы атаковать колонну сзади, с малой высоты по кругу, стреляя противотанковыми ракетами и, если необходимо, повторяя круговой заход до того, как удалиться в направлении, противоположном тому, откуда они прилетели. Этот прием был известен как «круг смерти». Другой прием, называвшийся «ножницы», состоял в том, что несколько самолетов подходили к колонне сзади на малой высоте, затем, делая широкий зигзаг с одной стороны колонны на другую, каждый самолет стрелял из двух своих 37-мм пушек. Этот прием использовал тот факт, что танки с бортов защищены гораздо слабее, чем в лоб, и что в борт каждый танк представлял большую мишень, чем в лоб или в корму. Более того, прием «ножницы» сбивал с толку танкистов, которые, находясь снаружи своих танков, пытались использовать свои пистолеты-пулеметы как зенитное оружие.
«Полевой устав № 462: использование пулемета и винтовки по летящим целям», вышедший 18 января 1935 года и действовавший всю Вторую мировую войну, указывает на стр. 92, что, ведя огонь по самолету примерно 10 м общей длины, нужно брать упреждение в одну длину корпуса при его скорости 250 км/ч и пять длин корпуса для скорости 350 км/ч. Shturmovik,c длиной корпуса 11,65 м и максимальной скоростью 372 км/ч, требовал, таким образом, упреждения в пять своих корпусов. Вышеназванные упреждения — наставление не давало способа расчета упреждений и не указывало дистанции, на которых они действуют, — нужно было применять к самолету, движущемуся под углом 90 градусов к пулемету или винтовке.
Внутри Грауденца здания мешали советским летчикам использовать и тот и другой прием. Уж, конечно, нам не приходилось бояться советских штурмовиков. Не в городе.
У моста толпились тысячи немецких солдат, многие с машинами и снаряжением. Там же собралось неописуемое количество беженцев, старых и молодых, большинство вцепилось в свои пожитки. В общем, огромная толпа, и все желали перейти по мосту, чтобы оставить покрытую льдом Вислу между собой и Советами, гнавшимися за ними по пятам.
Некоторые предприимчивые гражданские, в основном те, кому было сравнительно нечего нести, шли неестественно короткими шажками по шпалам железнодорожного моста, явно надеясь, что ни один германский поезд не заставит их прервать путь до того, как они доберутся до западного берега Вислы — до Померании.
Мы также видели разбитые остатки механизированных частей, ни у одной из них не было знака 7-й танковой дивизии, жирного Y на броне. Наша дивизия еще не дошла до моста.
Казалось, что мы, танкисты, вечно будем делать то, что называется «стоять на месте» — на холоде, в паре кварталов от моста. Так мы себя чувствовали всю следующую ночь.
Но вскоре после рассвета 27 января нас, три «ягдпанцера» с экипажами, взяла в оборот банда Soldaten-klau в шернеровском стиле, которой командовал саперный майор. При этих любителях красть честных солдат было несколько военных полицейских, которые расчищали нам дорогу — не к мосту, а в противоположном направлении, к складу на боковой улице, где они дали нам кофе и немного еды, а также немного горючего для машин — но ни бронебойных снарядов, ни осколочных. В Грауденце Soldatenklau были чем-то большим, чем обычная придорожная операция.
У Soldatenklau не было другого выбора, кроме как оставить обер-лейтенанта Криппендорфа командовать тремя «ягдпанцерами». Таким образом, мы не очень глубоко интегрировались в Soldatenklau в нацистском смысле слова, хотя на складе обер-лейтенанту придали десять человек пехотной поддержки, которых накормили и напоили задолго до нашего появления.
Технически Soldatenklau сделали обер-лейтенанта Криппендорфа одним из руководителей из-за принятия им десятерых пехотинцев, которые, однако, выглядели вполне боеспособно. Факт, что мы и наши «ягдпанцеры» попали на склад после того, как пехотинцам пришлось как следует подождать, напоминал какой-то гангстерский фильм о краже на заказ. Может быть, потом, на гражданке, эти подлецы именно этим и занялись, если дожили.
Танки — вот что Soldatenklau искали в Грауденце. Следовательно, наше время в Грауденце еще не истекло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
