что это так. А нарушать приказы вычислители Роя не умеют, и значит, они попытаются нас остановить, не считаясь с рисками и потерями.
– Вы уже провели сценарный анализ операции? – всё еще сомневаясь, спросил Зыков, внимательно рассматривая висящую перед ним схему.
– Пока лишь основных вариантов. Сейчас этой задачей загружены все доступные мне вычислительные мощности. Предварительная оценка дает семидесятипроцентную вероятность успеха, но нужно понимать, что в исходных данных присутствуют принципиально непроверяемые допущения. Например, об иерархии задач, поставленных перед отрядом кораблей Роя. Я исходил из того, что перехват «Харгейсы» однозначно станет для врага целью с высшим приоритетом. Это предположение выглядит логичным, но наша логика может отличаться от логики Роя. Риск, к сожалению, неизбежен, и я обязан вас об этом предупредить.
– Рич, я не вчера родился, и что такое фактор риска, мне хорошо известно, – невесело усмехнулся Зыков. – Значит, говоришь, у нас всего три дня? Сколько вам понадобится времени на подготовку?
– Сорок восемь часов. На самом деле, нужно больше, но дальше тянуть опасно, так что придется уложиться в двое суток.
* * *
На этот раз командование «Харгейсой» я взял на себя. Формально Анна была значительно старше меня по званию, но брать ее с собой в бой я не собирался, и Зыков меня в этом безоговорочно поддержал. В прошлый раз присутствие госпожи Койц на борту в роли командира экспедиции было вынужденной мерой, и, хотя проявила она себя в боевых условиях на удивление неплохо, повторять этот опыт не стремились ни я, ни она.
Войсковой транспорт взлетал с Бриганы-3 демонстративно неспешно. На высоких орбитах планеты к нему присоединились корветы капитана Конева и «Скаут». Такое представление корабли Роя, естественно, проспать не могли. Правда, скорее всего, их сканеры отчетливо видели лишь «Харгейсу», но вряд ли враг мог решить, что транспортный корабль поднимается в космос без сопровождения.
Покинув высокие орбиты, «Харгейса» начала разгон по вектору, направленному почти в противоположную сторону от дрейфующего в пустоте «Корсара-35», и это сразу поставило противника перед непростым выбором. С одной стороны, транспортный корабль людей должен быть перехвачен, а с другой, придется оставить без защиты захваченный и уже почти отремонтированный эсминец. Я усмехнулся про себя. Вряд ли враг догадывался, что это далеко не последний сложный выбор, который ему предстоит сегодня сделать.
Как и положено искусственному интеллекту, главный вычислитель отряда Роя принял решение быстро и, нужно признать, решение не самое плохое. Лучшим для нас вариантом я считал прямое преследование кораблями противника разгоняющейся «Харгейсы», но враг избрал другую тактику. Догонять войсковой транспорт ему было невыгодно. В этом случае разведзонд неизбежно отстал бы от корветов, и принять бой противнику пришлось бы без эффективной поддержки его сканеров.
Конечно, только эта причина не заставила бы Рой отказаться от самого простого тактического решения, но враг был вынужден считаться с возможностью торпедной атаки. Знать о том, что у нас закончились торпеды, противник не мог. Да, в последнем бою мы их не применяли, но «Харгейса» в нем и не участвовала, так что вычислителю Роя приходилось учитывать в своих расчетах и этот фактор.
Противник решил использовать свое преимущество в скорости и динамике разгона. Сканеры корветов первого поколения уверенно отслеживали «Харгейсу», и пока не начался огневой контакт, они вполне могли обойтись и без помощи разведзонда.
– Командир, один из корветов Роя принял зонд на борт, – доложил Призрак. – Противник начал разгон параллельно курсу «Харгейсы».
Отметки трех кораблей Роя на тактической голограмме начали всё быстрее перемещаться, сокращая дистанцию с войсковым транспортом, имитирующим попытку разогнаться и уйти в прыжок. Вот только преследовать «Харгейсу» они не собирались. План противника состоял в том, чтобы обогнать транспортный корабль, не приближаясь к нему на опасную дистанцию, и выйти на наш вектор разгона далеко впереди нас.
Расчет врага был предельно ясен. Как только его корветы пересекут наш курс, нам придется либо сильно менять вектор разгона и терять скорость, либо принимать бой на невыгодных для нас условиях. В первом случае корабли роя могут гонять нас по системе, пока нам самим это не надоест, и в результате так и не дать войсковому транспорту уйти в прыжок.
Если же мы выберем второй вариант, корвет Роя выпустит в космос зонд, и обеспечит отряду противника надежную защиту от нашей торпедной атаки. Да, торпед у нас нет, но в ангаре «Харгейсы» ждут своего часа два «Сюрикена», собранных из последних оставшихся у нас комплектующих. Боеголовок у них тоже двенадцать, столько же, сколько могло бы быть торпед в пусковых контейнерах войскового транспорта, так что расчет противника выглядел вполне адекватным ситуации.
Рой свой ход сделал, и теперь выбирать ответ предстояло уже мне. «Корсар-35» остался без прикрытия, и я должен был решить, отдавать ли десантным ботам приказ выдвигаться к поврежденному эсминцу и высаживать на его обшивку двух «Скорпионов» и четверку ремонтных роботов. Делать это имело смысл только при условии, что корабли Роя к «Корсару-35» больше не вернутся.
Конечно, я мог просто подождать исхода боя и высадить десант на поврежденный эсминец только в случае завершения сражения в нашу пользу, но, поняв, что бой проигран, ремдроны противника, ведущие работы на борту эсминца, могли натворить дел. Взрывать корабль они вряд ли бы стали, это не в традициях Роя, да и не факт, что при неработающей энергетической установке это бы получилось, но качественно раскурочить они там могли очень многое, и давать им на это время мне категорически не хотелось.
– Десантным ботам начать выдвижение, – наконец, принял я решение. – Призрак, отправь с ними свои зонды для подавления связи в зоне операции.
– Выполняю, – «Скаут» выпустил два разведзонда, немедленно начавших сближение со снявшимися с орбиты Бриганы-3 десантными ботами. Их траектории должны были пересечься недалеко от поврежденного эсминца.
Каких-либо осложнений в этой части операции я не ждал, но теперь только от «Харгейсы» и двух корветов капитана «Конева» зависело то, будет ли иметь хоть какой-то смысл контрзахват «Корсара-35», или мы бездарно потеряем и эсминец, и высаженных на его борт роботов.
– Противник на траверзе «Харгейсы», – доложил навигатор. – Ожидаемый выход на наш вектор разгона через тринадцать минут.
Меня, естественно, не устраивал ни один из предлагаемых мне врагом вариантов, и я собирался заставить Рой действовать вне выстроенных им тактических шаблонов.
– Призрак, выдвигайся к отряду Роя и жди на безопасном расстоянии. Твоя единственная цель – разведзонд, но атаковать его будешь только когда он выйдет из-под прикрытия корветов противника.
– Принято, – лишних вопросов искусственный интеллект задавать не стал, и, на мой взгляд,
