Не осознавая, что делает, Эйми отстранилась от Кьелли и попятилась в угол камеры. Её лопатки упёрлись в холодный камень, и она съёжилась там. Бельярн вставил ключи в замок, и механизм заскрежетал, поворачиваясь.
Глаза Эйми забегали по камере в поисках чего-нибудь, что она могла бы использовать в качестве оружия, но в комнате было пусто. Её взгляд метнулся к крошечному окошку, но оно было слишком высоко и слишком мало. Паника сковала её грудь, разрывая горло, перехватывая дыхание, пока ей не показалось, что она вот-вот потеряет сознание от чистого страха.
Бельярн и Сет вошли в камеру, стражник с ножом следовал на шаг позади них. Циэлла осталась снаружи и отвернулась, но ничего не сказала, чтобы остановить мужчин. Кьелли встала перед Эйми, закрыв её своим телом.
— Прими силу, — сказала Кьелли так тихо, что её услышала только Эйми. — Если ты это сделаешь, браслет снова заработает, и ты сможешь остановить их.
Эйми поняла, что Кьелли имела в виду, говоря о том, чтобы остановить их. Если браслет заработает, у неё будет шанс схватить стражника и украсть его искру, убив его прежде, чем он успеет её покалечить. Она могла бы также украсть искры Бельярна и Сета, помешав им осуществить их ужасные планы.
Эйми закрыла глаза и почувствовала, как сила браслета окутывает её разум, проверяя защиту, которую она воздвигла против него, ища способ проникнуть внутрь. Всё, что ей нужно было сделать, это позволить этому случиться.
— Сделай это! — умоляла Кьелли. — Это твой единственный шанс спасти себя, своих подруг и молодую женщину, которую ты любишь. Только Всадница может увидеть все связи между драконами и людьми, между Воинами Пустоты и их повелителем.
Кьелли была права, Эйми знала, что это так. Она была единственным человеком, который мог использовать браслет, чтобы найти Пагрина. Сет не был связан с драконом, он не смог бы увидеть те мерцающие синие линии, которые соединяли Всадниц с их драконами. Он не смог бы увидеть линии силы, ведущие от Воинов Пустоты к человеку, который их создал.
Если Эйми потеряет браслет, они все будут обречены. Но если она воспользуется им, чтобы убить Бельярна и остальных, она будет ничем не лучше их. Она тоже станет монстром.
Сила браслета проникла в её сознание, когда Бельярн подошёл ближе.
— Отойди, — приказал он Кьелли, а когда она не подчинилась, ударил её тыльной стороной ладони по лицу. Сила его удара сбила Келли с ног, и из её носа потекла струйка крови.
— Прими силу, Эйми! — закричала Кьелли, пытаясь подняться на ноги, когда Сет схватил её и толкнул обратно на пол.
Эйми обвела взглядом комнату, всё ещё отчаянно ища выход, который не включал бы в себя убийство трёх человек.
— Сделай это, — Бельярн подал сигнал стражнику.
— Джесс! — закричала Эйми, хотя и знала, что на этот раз её дракон не сможет её спасти.
— Сет, нам понадобится…
Слова Бельярна были прерваны хрипом. Эйми уставилась прямо на него, его глаза выпучились, на лице застыла маска замешательства. Затем он закашлялся горячей кровью, которая покрыла его губы и забрызгала лицо Эйми. Она вздрогнула и ударилась головой о стену позади себя. Бельярн захрипел, кровь потекла по его подбородку, когда он повалился вперёд. Его очки соскользнули с носа и разбились об пол. Эйми проследила за ними взглядом, но тут её взгляд зацепился за длинный нож, торчащий между рёбер Бельярна, рукоять которого крепко сжимал стражник.
Стражник медленно вытащил нож, и Бельярн рухнул на пол, как будто только лезвие удерживало его в вертикальном положении. Камера наполнилась медным запахом крови, которая скапливалась под трупом Бельярна и стекала к ногам Эйми, одетым в носки. Она капала с кончика лезвия стражника, и долгое мгновение казалось, что кровь — единственное, что движется в камере.
Затем, прежде чем Эйми успела среагировать, стражник перепрыгнул через тело Бельярна, схватил Сета и перерезал молодому человеку горло. Кьелли отпрянула, когда безжизненное тело Сета рухнуло на пол рядом с ней.
Пальцы Эйми дёрнулись, потянувшись к рукоятям ятаганов, которые она оставила лежать на улице. Её ноги напряглись, когда желание броситься на стражника охватило их. Но у неё не было оружия, и шок от происходящего приковал её к месту.
Не вытирая лезвия, стражник повернулся и направился к двери камеры. Кровь Бельярна и Сета стекала с его ножа, оставляя на полу дорожку. Циэлла, стоявшая, прижав унизанные кольцами пальцы к груди, увидела его приближение и закричала. Она повернулась, чтобы убежать, но стражник в три прыжка оказался рядом с ней.
— Нет! — закричала Эйми.
Лезвие вонзилось ей в спину, окровавленное острие вышло из груди. Она беспомощно дёргала его, порезав пальцы, пока стражник не вытащил его с отвратительным чавкающим звуком. Она упала, кровь, такая же красная, как шёлк её платья, растекалась вокруг неё.
Кьелли неуверенно поднялась на ноги, и Эйми бросилась к ней, позволив пожилой женщине опереться на неё.
Стражник отвернулся от тела Циэллы и повернулся к ним лицом. Половина его лица была забрызгана кровью, но ещё ужаснее было то, насколько он был расслаблен. Он двигался с уверенностью человека, который знал, что представляет собой самую большую угрозу в комнате. Эйми вцепилась в Кьелли, пытаясь сообразить, что происходит.
— Зачем вы это сделали? — закричала она на стражника.
Он проигнорировал её, вместо этого поднял подол своего лоскутного плаща и вытер им свой клинок.
— Эти нелепые плащи были идеей отца, не так ли? — спросил стражник. Он всё ещё был сосредоточен на своём длинном ноже, и Эйми не была уверена, относится ли это замечание к ней.
— Что? — ахнула Кьелли рядом с ней. — Нет.
Эйми почувствовала, как пожилая женщина начала дрожать всем телом. Стражник шагнул обратно в камеру, не обращая внимания на то, что он заляпал кровью пол. Кьелли прижалась к Эйми, тяжело дыша рядом с ней. Он остановился перед ними, держа длинный нож наготове. Его рука была перепачкана кровью Циэллы, и капли, стекая с пальцев, падали на каменный пол. Эйми отчаянно пыталась придумать, как защитить Кьелли и увести их обоих подальше от него. Без своих ботинок она даже не могла пнуть его с какой-либо силой.
Стражник спокойно протянул руку и погладил Кьелли по лицу, оставив на её щеке кровавое пятно. Кьелли захныкала.
— Прости, — прошептала она.
— Извиняться уже триста лет поздно, — ответил стражник.
— Пагрин.
Имя, сорвавшееся с губ Кьелли, прозвучало тише шёпота, но разнеслось по комнате с силой грозовой тучи.
Эйми перевела взгляд с Кьелли на стражника-убийцу. Это был не Пагрин, а обычный городской стражник. Он был старше, с поседевшим лицом и совсем не походил на Воинов Пустоты. Кьелли сказал, что воины похожи на человека, который их создал, потому что они были созданы из его искр.
— Я был удивлён, что ты не заметила этого раньше, — продолжил стражник, обращаясь к Кьелли и игнорируя Эйми, — но тогда я должен был догадаться, что ты всё ещё слишком занята собой, чтобы заметить меня, прячущегося здесь у всех на виду.
Эйми как зачарованная наблюдала, как менялся стражник. Морщины на его лице разгладились. Седая щетина отступила на подбородок. Волосы на его голове начали расти, и пряди стали густыми и тёмными. За какие-то полминуты он перевёл стрелки часов на двадцать лет назад, и теперь за седой маской скрывался человек, которого Эйми узнала. Стражник стоял перед ними с таким же лицом, как у тысяч Воинов Пустоты.
Это был Пагрин.
Глава 25. Сила
Пагрин развел руками в жесте, который свидетельствовал о том, что он знает свои возможности и что они намного превосходят возможности Эйми. Она увидела, как блеснула золотая манжета на его запястье, и поняла, что он тоже носит браслет. Выражение его лица заставило Эйми вздрогнуть, и её пальцы снова дёрнулись, стремясь дотянуться до рукоятей клинков. Его глаза были карими, а не огненными, но в остальном он был идентичен Воинам Пустоты. Эйми знала, что сначала это лицо принадлежало Пагрину, но она не могла отделаться от мысли, что именно он теперь носит черты монстров, с которыми она сражалась.
