государства, находят больше действительных удобств для образования союза, чем Нормандия и Бретань, отделенные друг от друга одним ручьем.
К этим удобствам, предоставляемым американским законодателям нравами и привычками народа, присоединялись другие, возникавшие из географического положения страны. Последним особенно следует приписать принятие и сохранение федеративной системы.
Важнейшее из всех действий, могущих проявиться в жизни народа, есть война. Во время войны народ действует как один человек в отношении к иноземным народам – он сражается за свое существование.
Пока речь идет лишь о том, чтобы сохранить мир внутри страны и содействовать ее благосостоянию, для этого может быть достаточно опыта правительства, разумности управляемых и той привязанности, которую люди почти всегда чувствуют к своему отечеству. Но для того, чтобы народ в состоянии был вести большую войну, граждане должны взять на себя многочисленные и тяжелые проблемы. Предполагать, что значительное число людей будет способно по собственной воле подчиняться подобным общественным требованиям, значило бы мало знать человечество.
Из-за того, что почти все народы, которым приходилось вести большие войны, были – почти вопреки своему желанию – вынуждены увеличить силу правительства. Те, кому это не удалось, были покорены. Долгая война часто ставит перед нациями ту печальную альтернативу, что поражение ведет их к уничтожению, а победа – к деспотизму.
Поэтому вообще слабость правительства всего явственнее и опаснее проявляется в войне; а я уже указал, что присущий федеративным правительствам недостаток тот, что они очень слабы.
В федеративной системе не только нет административной централизации или чего-нибудь на нее похожего, но даже правительственная централизация существует в неполном виде, что всегда бывает причиной слабости, когда приходится защищаться против народов, у которых она существует вполне. Даже в союзной конституции Соединенных Штатов, где центральное правительство облечено более реальной силой, это зло все еще ощущается.
Следующий пример даст возможность читателю судить об этом.
Конституция предоставляет конгрессу право призывать на действительную службу ополчение различных штатов, когда нужно подавить возмущение или отразить вторжение неприятеля; другая статья говорит, что в этом случае президент Соединенных Штатов становится главнокомандующим ополчения.
Во время войны 1812 года президент приказал ополчениям Северных Штатов идти на границу. Коннектикут и Массачусетс, интересы которых нарушались войной, отказались послать туда нужное количество войск.
Конституция, говорили они, дает право союзному правительству пользоваться ополчением в случае возмущения или вторжения неприятеля, но в настоящее время нет ни того ни другого. Та же конституция, добавляли они, которая дает право Союзу призывать ополчение на действительную службу, предоставляет штатам право назначения офицеров; из этого, по их мнению, следовало, что даже и во время войны никакой офицер, назначенный Союзом, не может командовать ополчением, кроме самого президента. Между тем дело шло о службе в армии, которой командовал не президент, а другое лицо.
Эти нелепые возражения получили одобрение не только губернаторов и законодательных собраний обоих штатов, но были санкционированы и их судами, так что союзное правительство вынуждено было искать в другом месте недостававшие ему войска[164].
Отчего же Американский Союз, хотя и защищаемый относительным совершенством своих законов, не распадается во время большой войны? Оттого, что он не имеет основания опасаться ее.
Находясь в центре огромного материка, на пространстве которого деятельность человека может беспредельно распространяться, Союз настолько же уединен от остального мира, как если бы он был со всех сторон окружен океаном. В Канаде насчитывается всего миллион жителей, и население ее разделено между двумя враждебными народами. Суровость климата ограничивает размер ее территории и на шесть месяцев в году закрывает порты.
От Канады до Мексиканского залива встречаются еще дикие племена, наполовину истребленные, которых шесть тысяч солдат гонят перед собой.
На юге Союз соприкасается в одном пункте с Мексиканским государством; с этой стороны, вероятно, когда-нибудь возникнут большие войны. Но еще долгое время низкое состояние цивилизации, порча нравов и нищета будут препятствовать Мексике занять высокое положение в ряду наций. Что же касается европейских держав, то отдаленность делает их не особенно страшными (N.).
Великое счастье Соединенных Штатов заключается, следовательно, не в том, что они изобрели такую союзную конституцию, которая давала бы им возможность вести большие войны, а в том, что они занимают такое положение, при каком им нет причины опасаться войны.
Никто больше меня не ценит преимуществ федеративной системы. Я вижу в ней одну из самых могущественных комбинаций для достижения благосостояния и свободы людей. Завидую судьбе народов, которым удалось ее применить. Но я отказываюсь верить, чтобы народы, имеющие федеративную организацию, могли, при равенстве сил, долго бороться с нацией, у которой правительственные силы были бы централизованы.
Мне кажется, что народ, который в присутствии крупных европейских военных монархий раздробил бы собственную верховную власть, отрекся бы тем самым от своей силы, а может быть, и от своего существования и даже имени.
Удивительно положение Нового Света, делающее то, что у человека нет еще там врагов, кроме его самого. Чтобы быть счастливым и свободным, ему достаточно этого пожелать.
Часть вторая
До сих пор я рассматривал учреждения и писанные законы Соединенных Штатов и описывал политические формы, существующие в них в настоящее время.
Но выше всех учреждений и вне всяких форм стоит верховная власть народа, которая по своему желанию уничтожает или изменяет их.
Мне остается теперь указать, какими путями действует эта власть, господствующая над законами, какие у нее существуют инстинкты и страсти, какие тайные пружины ускоряют, замедляют или направляют ее неудержимое движение, какие результаты получаются от ее всемогущества и какая предстоит ей будущность.
Глава I
Почему можно утверждать, что в Соединенных Штатах управляет народ
В Америке народ назначает и тех, кто издает законы, и тех, кто приводит их в исполнение; сам же он составляет коллегию присяжных, наказывающую нарушение закона. Учреждения там демократичны не только в своих основаниях, но и во всем дальнейшем развитии: так народ непосредственно назначает представителей и обычно ежегодно избирает их, чтобы держать их в более полной зависимости. Народ действительно управляет, и хотя форма правления там представительная, но очевидно, что мнения, предубеждения, интересы и даже страсти народа не могут встречать прочных препятствий, которые мешали бы им проявляться в ежедневном направлении общества.
В Соединенных Штатах, как и во всех странах, где верховная власть принадлежит народу, именем его управляет большинство.
Оно состоит преимущественно из мирных граждан, которые по склонности или из личных выгод искренне желают блага страны. Вокруг них постоянно находятся партии, старающиеся привлечь их в свою среду и опереться на них.
